Горничная Карнеги

— Не стоит вам ехать в Нью-Йорк, мисс Келли.
Меня удивило, что он со мной заговорил, а его слова обескуражили.
— Я не могу не поехать, мистер Форд. Я сопровождаю хозяйку.
— Думаю, вы понимаете, что я имею в виду. Вам не следует путешествовать вместе с мистером Карнеги. — В его голосе не было гнева и осуждения, лишь сочувствие и беспокойство. И я вдруг поняла, что все эти месяцы после свадьбы младшего мистера Карнеги мистер Форд избегал меня вовсе не потому, что сердился, а потому, что искренне за меня переживал. Просто он не хотел встречаться с еще одной болью после того, как утратил надежду разыскать жену и дочку, хотя их поиски продолжались.
— Мистер Форд, я очень ценю ваше мнение. Но как я уже объясняла, между мной и мистером Карнеги нет ничего, что выходило бы за рамки приличий.
— То есть объятия в темноте — это, по-вашему, вполне прилично?
Я густо покраснела.
— Да, я согласна, само объятие было ошибкой. Однако ничего подобного между нами не происходило ни прежде, ни впредь. И в тот раз я его обняла просто в порыве радости. Он сообщил мне хорошие новости делового характера. Вот и всё.
Мистер Форд недоверчиво покачал головой.
— Какие у вас двоих могут быть новости делового характера, да еще требующие объятий?
— Мистер Карнеги учит меня разбираться в предпринимательстве. Я ему помогла в одном деле, и он меня вознаградил.
— Вознаградил? — Мистер Форд чуть ли не рассмеялся.
— Он заплатил мне за идею акциями компании, которые стоят хороших денег.
— И что же, он выдал вам на руки доллары? Или эти самые акции — уж не знаю, что это такое?
— Нет, — очень тихо ответила я.
Вопросы мистера Форда разбередили во мне беспокойство. Я и сама хотела бы знать, когда я все-таки получу деньги за те самые акции. Но я не решалась спросить у Эндрю, долго ли еще ждать. Я боялась, что покажусь слишком жадной до денег и вообще лишусь права на эти акции, а значит, и на премиальную выплату.
Мистер Форд взял меня за руку и крепко ее сжал.
— Послушайте, мисс Келли. Я знаю, как это бывает, и надеюсь, вы все-таки примете к сведению предостережение от умудренного жизнью старого человека, повидавшего многих хозяев и многих служанок, перешедших границы дозволенного. Для служанок все это добром не кончается.
* * *
Я постучала в дверь купе Эндрю, зная, что он откроет сам. Многие мужчины его положения путешествовали в сопровождении камердинера или дворецкого, но только не Эндрю. Он любил подчеркнуть, что вырос в простом окружении и привык самостоятельно заботиться о себе.
Эндрю открыл дверь и улыбнулся своей обычной приветливой, обезоруживающей улыбкой.
— Клара! Входите, пожалуйста.
Слова мистера Форда все еще звенели у меня в ушах, и я не решилась переступить через порог.
— Я пришла по поручению вашей матери. Она спрашивает, в котором часу будет ужин.
— Ужин в шесть, — сказал он. — Может, вы все-таки уделите мне пару минут, Клара? Я хочу показать вам одно интересное приспособление в купе. Вудраффская разработка по моему поручению.
Его приглашение очень напоминало ту ситуацию, от которой меня столь настойчиво предостерегал мистер Форд.
— Я все увижу отсюда. Думаю, мне не стоит входить к вам в купе в такой непосредственной близости от купе вашей матери, — заметила я.
Радостный, как дитя, он продемонстрировал мне письменный столик из красного дерева, который складывался к стене, когда пассажиру требовалось больше места. Я наблюдала за представлением из коридора.
Он обернулся ко мне с гордым видом, явно ожидая похвалы.
— Гениально, Эндрю! — отозвалась я.
Он с размаху уселся на обитый бархатом табурет рядом со столиком, как бы подчеркивая его мягкость.
— Когда мы с Вудраффом еще только обсуждали идею вагонов для путешествий класса люкс, приближалась война и на них почти не было спроса. Но теперь трансконтинентальное железнодорожное сообщение активно развивается, а люди хотят комфорта в дальних поездках.
— Люди, у которых есть деньги на этот комфорт.
  
— Да, удовольствие действительно не из дешевых. Простому человеку оно, к сожалению, не по карману. А пульмановские спальные вагоны еще дороже вудраффских.
— Ваша мать говорила о Пульмане. Кто это?
— Пульман — наш конкурент. Сейчас в эксплуатации находятся восемьдесят восемь вудраффских вагонов по контрактам с Пенсильванской железнодорожной компанией и другими ведущими среднеатлантическими компаниями, и до недавнего времени именно эти вагоны доминировали на рынке спальных вагонов. А теперь Пульман с его вагонами прибирает к рукам Средний Запад — ту территорию, где мы собирались расширить наш бизнес. И это особенно настораживает в свете слухов о том, что Объединенная Тихоокеанская железнодорожная компания планирует предоставить франшизу на спальные вагоны для своих трансконтинентальных поездов.
— И вам нужно исключить Пульмана из числа претендентов на контракт с Объединенной Тихоокеанской компанией.
— Вот именно.
— Расскажите подробнее о вагонах компании Пульмана. Чем они отличаются от вудраффских?
Эндрю дал краткий обзор инженерных решений по каждому типу вагонов, отметил различия в конструкции и размерах и признал, что пульмановские вагоны прочнее, тише и даже немного комфортнее вудраффских. Ирония в том, сказал он, что Пульман построил свои спальные вагоны, используя разработки Вудраффа.
— Похоже, Вудраффу будет непросто конкурировать с ним. А что, если объединить две компании?
— Я уже предлагал Пульману объединиться, причем сулил ему очень хорошие деньги. Я думал, что он согласится, — ведь ему нужны средства для расширения производства. Но он очень упрямый. И недоверчивый.
— Похоже, он достойный соперник, — пошутила я.
— Даже слишком достойный.
Мне в голову пришла одна мысль. Хотя Эндрю наверняка сам додумался до этой же идеи, а потом по какой-то причине отказался от нее. Все-таки решение слишком уж очевидное. Посмеется ли он над моим предложением?
— Вы сказали, что Пульман строит свои вагоны, используя разработки Вудраффа?
— Да.
— У Вудраффа есть патенты на эти изобретения?
Эндрю поднялся и начал расхаживать взад-вперед по купе.
— Патенты есть.
— А что, если вы пригрозите подать в суд на Пульмана за незаконное использование запатентованных разработок Вудраффа? Я забыла, как называются такого рода дела.
— Иски по нарушению патентного права. Интересная мысль.
— Да. Если он не соглашается по-хорошему объединиться с Вудраффом, то разъясните ему, что вы подадите на него в суд за нарушение патентного права. Вы говорили, ему нужны средства для расширения производства, значит, он не захочет тратить свой капитал на защиту в суде. Возможно, у него не останется выбора, кроме как принять ваши условия.
Мне показалось, что я услышала свое имя. Я прислушалась, но все было тихо. И снова переключила внимание на Эндрю. Он так долго смотрел на меня, что мне стало боязно. Что он сейчас скажет? Но вместо ответа он рассмеялся. Я совсем растерялась, не зная, как реагировать на этот смех.
— Клара, — произнес он, успокоившись. — Не меньше десятка профессиональных консультантов помогают мне с делом Пульмана, но отличное решение предложили мне вы — горничная моей матери. И придумали его меньше чем за минуту. Вы гений.
— Клара! — Сердитый голос хозяйки раздался прямо у меня над ухом. Миссис Карнеги вышла следом за мной в коридор, пребывая в ярости.
Обернувшись, я увидела ее злое, налитое кровью лицо и смущенно пробормотала:
— Прошу прощения, мэм.
— Почему ты так долго? Я отправила тебя к сыну с одним вопросом. О чем еще вы можете разговаривать столько времени?
Эндрю выглянул из купе с книгой в руке.
— Клара не виновата. Это я ее задержал, мама. Попросил подождать, пока не найду в багаже книгу. Я подумал, что тебе захочется почитать ее в путешествии.
Она шумно выдохнула и сказала: