Всем сердцем (СИ)

«Что со мной? Почему я так странно себя веду?»
– И давно у тебя повадки шанаров? – раздался недовольный рык Тарлана, и я тут же посмотрела на него, не зная, что ответить.
– Ну? Обоняние и слух! Говори! – вновь процедил предводитель.
– Ты меня в чем-то обвиняешь? – раздраженно ответила вопросом на вопрос, и, бросив нож на песок, бросилась вперед, желая помочь пострадавшей женщине, и уйти от неприятного разговора.
Далеко не убежала, даже двух шагов не сделала. Тарлан схватил меня за запястье и, дернув на себя, рыкнул:
– Отвечай!
– И что тогда? Да, зрение, слух и обоняние изначально были выше нормы, а сейчас…
– Ты – шанарка! – со злостью выплюнул он.
– Этим ножом порезали, а может и хуже, ту надсмотрщицу, что ударила ребенка. Может, к ней пойдем, пока не поздно? Или будем рассуждать о том, чем меня наградила Тайхара? Или лечение уже не имеет значения, и ты меня поселишь в домик к пленным?
– Светлана… Хорошо, пойдем в домик надсмотрщиц, а после поговорим… – недовольно выдал Тарлан, пронизывая безумным тяжелым взглядом.
Сказал и отпустил, и мы направились через поселок к полям, Тарлан – впереди, а я следом. Смотрела себе под ноги и одновременно переводила взгляд на спину мужчины, рассуждая о его словах.
Хм-м-м, как же мне не хочется говорить с ним на эту тему, но очевидно придется. Я уже и сама догадывалась, что магия подарила мне не только цвет волос оборотней, но и тело. Главное, чтобы не оборачивалась, а то мне еще только превращения в медведицу не хватало.
Посмотрела на свое плечо, и недовольно сморщилась. Думаю, завтра у меня будет огромный синяк с его ладонь, если учитывать, с какой силой он меня держал. Хорошо хоть руку не сломал. А насчет остального, увидим потом.
Чем дольше я тут нахожусь, тем сильнее мне не нравится. Уже и орудия убийства подкидывают, решив, бесспорно, подставить. Как все банально, и я даже уверена, что это женушка предводителя ко мне так неравнодушна. И как же быть?!
Чем дальше шли, тем сильнее мерзла. Как же на Тайхаре ночью и на рассвете холодно, аж до костей продирает. А на ногах у меня только кожаные чешки, и все.
Тарлан резко остановился, и, придирчиво посмотрев на дрожащую меня, недовольно насупился и проворчал:
– Почему не оделась?
– Что теперь говорить? Да и нет у меня ничего…
Предводитель еще больше нахмурился и, сняв с себя шерстяной жилет, вручил мне. Посмотрела и подумала, что он на мне платьем будет смотреться. Только открыла рот, чтобы сказать спасибо, как услышала:
– Одевайся!
Промолчала и быстро накинула на себя его жилетку, следуя за ним. Столько вопросов кружилось в голове, но я пыталась держать их при себе, прекрасно осознавая, что мужчина еле сдерживает ярость. Еще немного и рванет со всех сторон, и кому будет плохо – известно. Мне в первую очередь. Может быть, прогуляется немного, да успокоится.
Подходя к домику, почувствовала кровь, но в другой стороне. Молча направилась в сторону забора, ограждающего территорию деревянных домиков. Как только дошла до душа, прикрыла рот ладонью, чувствуя, как тошнота подступает к горлу из-за огромного количества крови на земле и неприятного тленного запаха, но не от жертвы.
Помимо этого, в воздухе пульсировали отголоски чего-то темного и сильного, распространяя липкий страх по всему телу. Посмотрела по сторонам, и, вновь принюхавшись, на мгновение уловила что-то резкое и знакомое, но конкретно запах определить не смогла.
Увидела ноги женщины, спрятанной в промывочном сооружении, и, только хотела обойти и вытащить, как услышала рычание:
– Стой на месте! Я сам!
Замерла, и стала наблюдать, как Тарлан подошел к женщине и подтащил ближе ко мне, проверяя рукой пульс. Тайхар недовольно посмотрел на меня и произнес:
– Она уже почти мертва…
Не теряя времени, стремительно села, осматривая тело в поисках раны, чтобы понять причину и последствия.
– Светлана, ты опять потеряешь сознание, – недовольно процедил мужчина, мешая мне работать, прожигая насквозь колючим взглядом.
Ничего не сказала, считая, что бессмысленно отвечать на этот вопрос. Я и сама прекрасно понимаю, что до сих пор не разобралась в своем даре, и поэтому после исцеления мгновенно теряю сознание, но и смотреть, как женщина умирает, не могу.
 
«Нет, тут все чисто. Значит, рана на спине. Между прочим, на Тайхаре любят в спину бить… Подлость в почете».
– Переверни ее, пожалуйста, – попросила я, отмечая, как замечательно вижу в темноте.
Мужчина недовольно рыкнул, но перевернул, и даже не повторил своего вопроса вновь, за что была ему благодарна. Осмотрев женщину, сразу же увидела рану на пояснице, отчего на секунду замерла. Попыталась не паниковать от мгновенного диагноза, а все разобрать по полочкам.
Раневой канал – линейный (укол), протяженностью приблизительно 10 см, шириной 2,5 см. Удар пришелся в поясничную область и пробил аорту. Кровь быстро поступила в окружающие ткани и полости, образовав «подушку-тампон». Но… очевидно, женщина упала и ударилась спиной, тем самым оторвав ее. Итог: мышцы сократились, растянули раненую аорту; отверстие на ней увеличилось, кровопотеря в течение нескольких секунд привела к потере сознания, вследствие резкой потери артериального давления и остановке сердца. На данный момент пострадавшая находилась в состоянии клинической смерти. И если в течение нескольких минут не провести реанимационные мероприятия, наступит биологическая смерть.
Глубоко вдохнула и, посмотрев на свои руки в крови, стала их очищать, мгновенно продумывая свои действия. Как только прокрутила их в голове, мгновенно подалась вперед, и сама перевернула женщину, решив, что первым делом необходимо заставить заработать сердце, а потом остальное. Отключилась от всего, погрузившись в процесс, и как только услышала стук бьющегося сердца в груди женщины, облегченно улыбнулась. Хмурый мужчина, видя мою попытку вновь перевернуть женщину, рявкнул что-то и сделал это сам. Принялась незамедлительно за рану, мысленно растворяя кровь и зашивая раны.
Закончив исцеление, встретилась с изумленным взглядом надсмотрщицы, непонимающей, что с ней произошло, и счастливо ей улыбнулась, понимая, что на смертельный случай потратила меньше времени, чем на укус таршаны, и даже не падаю в обморок, хотя все перед глазами плыло.
Тарлан резко гаркнул что-то женщине и, услышав ее ответ, только недовольно зарычал, и в эту же секунду я оказалась в сильных руках мужчины, не испытывая недовольства, что он опять меня носит на руках.
По пути к поселку отключалась на несколько секунд и тут же приходила в себя, чувствуя свежесть и запах утренней росы на растениях в полях, глупо улыбаясь.
– Не пойму твоей радости, – буркнул Тарлан, сильнее прижимая меня к своей груди. – Опять все силы истратила!
– Главное – вылечила, – прошептала я, все также вдыхая чистейшие ароматы свежести и еще… терпкий запах мужчины, приятно окутывающий мой нос. Странно, но мне нравился его запах, что неправильно. Нахмурилась, и очень тихо произнесла: – Думаю, тебе не стоит быть рядом со мной. Уверена, что только благодаря твоему вниманию получила дополнительную работу исцеления, а женщина, по этой же причине, чуть не умерла.
Ворай тут же остановился и гневно процедил мне в лицо:
– Не тебе решать, где мне быть и с кем!
– Мне, если это и меня касается, – спокойно произнесла, с огорчением понимая, что совсем нет сил спорить. – Я не желаю, чтобы около меня ходил мужчина, у которого есть жена.
Тарлан резко поставил меня на ноги, и, внимательно посмотрев в глаза, в надежде что-то там увидеть, прямо отчеканил:
 
– Мужчина, как и женщина, освобождается от жены только в том случае, если один из них умирает. Но в общине допускается иметь несколько…
– Шавань? Или как там их??? – возмущенно уточнила я, наблюдая, как Тарлан скривился, услышав мои слова.
– Дери, – возразил он.
Хмыкнула в ответ и, вздохнув, спокойным тоном произнесла: