За порогом 4. Барон войны

Конечно, важную роль в хорошем — порой на грани обожания — отношении людей к своему правителю играла служба Диная и выписываемые каждый месяц Серовым деньги на «пропаганду». До газет и фильмов местное общество еще не доросло, но, например, своя цирковая труппа, которая колесила по деревням баронства и землям ближайших соседей, давая бесплатные представления, — вполне. Вместе с выступлениями специальные люди доносили до крестьян, по большей части безвылазно сидевших на своей — вернее арендованной, у барона, конечно — земле и ничего об окружающем мире не знавших, последние новости и политинформацию. В нужном, понятное дело, ключе.
Пропаганда велась на всех уровнях и в купе с реально полезными для населения нововведениями давала достаточно высокий уровень лояльности подданых и дружины. Неиспорченные обилием информации и слишком, скажем так, хорошим к себе отношением — ну не мог Серов подобно другим феодалам относиться к простолюдинам, как к говорящей скотине, советское воспитание, ничего не поделаешь — подданые не могли нарадоваться на своего правителя, а поток переселенцев в баронство рос, не смотря на постоянные боевые действия, с каждым годом.
Более того несколько раз Серов вообще слышал о себе, что дескать такого владетеля людям послали сами боги, что его изрядно смущало. Будучи атеистом и не желая портить отношения с местными служителями культа, Александр в целом старался эту тему не трогать никак. Тем более, что жители Вольных Баронств традиционно отличались низкой набожностью, а общая бедность региона и слабая его заселённость делала его ответно неинтересным для разного рода церковников. Нет, в городах, — в том же Бресонзоне — были храмы, чаще всего посвященные богу торговли Армесу или богине семьи и домашнего очага Лиос, однако свою паству они окормляли более чем лениво. Так в Александров не смотря на стремительное увеличение численности города никто с предложением построить тут храм так и не пожаловал, ну а сам Серов в целом к такому всеобщему агностицизму относился более чем позитивно. Все лучше, чем с какими-то монахами власть над людьми делить.
— Вперед! — Вынырнув из омута размышлений, Серов махнул рукой в сторону севера. Команду тут же подхватили сотники, потом десятники и вся масса закованных в металл людей одномоментно пришла в движение. Пора было нанести ответный визит вежливости.
 Интерлюдия 4 
 
Вопрос веры в Бога или правильнее сказать в Богов, на континенте был достаточно сложен и имел как минимум несколько точек зрения. С одной стороны, все живущие тут разумные совершенно точно знали историю появления своих предков в этом мире, каждая из которых так или иначе была связана с божественным вмешательством. Ну как каждая? Гоблинов точно никто не спрашивал в следствие нежелания диких подземных обитателей вступать к какой-либо конструктивный диалог. Змееюлюди живущие в южной пустыне тоже историю имели достаточно туманную, впрочем, про разумность этих существ давно ходят споры и однозначного мнения на этот счет не существует.
Все остальные — люди, орки, гномы и эльфы — достаточно хорошо сохранили кто в летописях, а кто в устных приданиях историю своего прихода в этот мир, поэтому в целом разговор о «вере» в Богов, наверное, не совсем корректен. Да и силы, которые проявляются у церковной верхушки вследствие истового служения высшим силам, тоже берутся явно не из воздуха. Тут нужно говорить о знании.
При этом, отношение к Богам у жителей континента было во многом утилитарное. Какой смысл напрягаться и что-то делать, если все равно Боги практически никак себя не проявляют. Можно всю жизнь прожить праведником, а можно нарушать все мыслимые и немыслимые людские и божественные законы, видимой разницы для обывателя нет. Ну а до концепции ада и рая местные церковники так и не додумались, скопом «отправляя» всех умерших в одно место, что, на взгляд Серова, было явной недоработкой в плане влияния на умы паствы.
Как в любом нормальном язычестве точного количества богов в местном пантеоне не знал никто. Кроме Девятки — число девять вообще почиталось церковниками как священное — основных богов, которых почитали повсеместно, существовали еще и кое-какие «региональные» божества, плюс духи природы и тени предков. Поскольку последним также порой полонялись и приносили жертвы, их тоже вполне можно было определить к божественным сущностям. Причем, если в реальном существовании Девятерых никто не сомневался, то насчет божественности всех остальных, «младших», Богов то и дело разгорались споры и даже конфликты.
 
Верховным Богом в пантеоне считался Овас. Его парафией было небо, смена дня и ночи, времен года, изменение погоды и вообще все глобальные процессы.
Лиос — богиня женского начала, красоты, семьи, детей, домашнего очага, плодородия, зарождения новой жизни.
Армес — бог торговли, путешествий, исследователей, разбойников и мореплавателей.
Рас — бог мужского начала. Бог войны, соревнований, споров.
Фарина — богиня мудрости, учености, считается что именно благодаря ей в мире появилась магия. Покровительствует учителям и ученикам, писателям, сказителям. Считается покровителем человечества.
Литон — бог ночи, тьмы, смерти, заведует сбором и «утилизацией» человеческих душ.
Фастен — бог ремесленников и земледельцев. Кузнецы, строители, плотники — все, кто так или иначе работают руками — его паства.
Бакуз — бог развлечений, театра, искусств, красноречия. Так же отвечает за виноделие.
Как уже говорилось, в целом жителей континента назвать слишком религиозными сложно. Боги для них такая же данность как смена дня и ночи или времен года и, в общем-то, такая же далекая и непостижимая. При этом север континента считается гораздо более религиозным чем юг, что традиционно объясняется тем, что люди впервые ступили на землю этого мира именно там, и уже потом постепенно двигались на юг вытесанная остальные расы на окраины, которые те занимают сейчас. Впрочем, Серов, например, считал, что дело как обычно в первую очередь в экономике. На севере банально численность населения и его плотность выше, соответственно и для церковников та территория интереснее.
Что касается других рас — гномов, эльфов и орков, — то они на удивление полностью согласны с перечнем основных богов, что еще раз говорит о его обоснованности. При этом эльфы считают своей покровительницей Лиос, гномы Фастена, а орки, что логично, — Раса.
Еще одним странным аспектом местных верований было наличие таких себе «демонов», которые противопоставлялись божественному пантеону. Если каждый из Девятки отвечал за что-то хорошее, то все плохое в мире как бы шло именно от их антагонистов. И вот тут разобраться насколько легенды о демонах имеют под собой какое-то обоснование было вообще невозможно. На этот счет у ведущих теологов и культурологов континента было как минимум три основные теории.
Первая: демоны — это боги, которые контролировали этот мир до прихода сюда Девятки. Вследствие большой битвы старые боги пали и потеряли большую часть сил и теперь могут лишь гадить понемногу, пользуясь тем, что их победители не слишком себя проявляют.
Вторая: демоны — это сущности — не всегда причем злые — из другого мира, которые иногда прорываются в этот, и просто слишком иные, для нормального тут существования.
Третья — и возможно самая логичная — заключалась в том, что никакой реальной основы под мифами о зловредных демонах нет, и все это лишь бабкины сказки, нужные чтобы пугать доверчивую малышню.
Поскольку ни одна из теорий принципиально недоказуема, вопрос этот так и остается одним из наиболее популярных в качестве основы для философских и теологических диспутов, что опять же никак к ответу никого не приближает.
И еще одним важным аспектом местных верований является культ героев. Учитывая наличие магии на континенте достаточно логично, что некоторые люди, овладевшие ею на определённом, превышающем средний по больнице, уровне, становятся в сознании народа на первую ступеньку лестницы ведущей к божественности. В этом мире, например, миф о Геракле был бы чем-то гораздо большим чем просто мифом: может быть реальной историей, а может — руководством к действию. Ведь если есть Бог, то почем бы не быть сыну Божьему, и, опять же, если архимаг может двигать усилием воли горы — условно конечно — то почему бы не считать его полубогом? Где вообще граница между силами подвластными обычному человеку, и тем что может сотворить лишь сверхсущность.