Магические притязания (ЛП)

Однако в его голубых глазах, прикрытых веками, всё ещё читался «лесной» взгляд. Человеческие глаза выразительные. Мы общаемся взглядами так же, как и словами. Когда оборотни охотятся в лесу, их глаза теряют эмоциональность и ничего не выражают. Они просто наблюдают, следят за добычей, выслеживают её, фиксируют опасность и слабости, и если вы случайно встретитесь с ними взглядом, то, возможно, даже не поймете, что смотрите на человека. Глаза Айзека были немного похожи на эти.
  
Я остановилась в дверях.
— Входите, — сказал он.
Я шагнула внутрь.
Кабинет Айзека был квадратным, с окном в стене напротив двери. По обеим сторонам от окна висело оружие: лук с колчаном, набор ножей и холодного оружия, которое можно было использовать как инструмент: топоры, томагавки и короткие мечи, похожие на мачете.
Слева стоял письменный стол, заваленный аккуратными стопками бумаг. За ним на полках от пола до потолка стояли книги, скрученные свитки, куски изогнутых корней, банки с сушёными травами и другие вещи, которые можно найти в лесу и принести домой.
Стена напротив стола, справа от меня, была завешана занавеской.
— Клаудия хочет, чтобы я отговорил вас, — сказал Айзек. У него был тихий, слегка хриплый голос.
— Клаудия — хороший человек.
— А это сработало бы?
— Нет.
Айзек прислонился к столу и пододвинул ко мне кресло на колёсиках. Я села в него задом наперёд и положил руки на спинку.
— Нас было пятеро, — сказал он. — Я, рыцарь-маг и трое рыцарей-защитников.
Стандартная команда. Айзек шёл бы впереди, рыцарь-маг ставил бы и разрушал барьеры, а трое рыцарей-защитников следили бы за тем, чтобы все они дышали.
— Все были опытными. Все знали, как ориентироваться в дикой местности. Мы с Тимом, старшим рыцарем-защитником, несколько раз до этого работали вместе. Он был хорошим человеком, надёжным, компетентным. Сохранял хладнокровие.
— ПР или ПУ?
Рыцарские отряды такого типа существовали в трёх разновидностях, в зависимости от их задач: поисково-спасательные, поисково-разведывательные и поисково-уничтожительные. Первый вариант исключался, так что оставался один из двух других.
— ПР, — сказал Айзек. — Зайти, найти угрозу, по возможности определить её и выйти, чтобы доложить об этом.
Что означало, что как только всё пошло бы наперекосяк, команда бы слилась. Они бы не стали испытывать судьбу, но он оказался единственным, кто выжил.
— Мы добрались до Пендертона, когда магия рассеялась, — сказал Айзек. — Чем ближе к городу, тем хуже становится предчувствие.
— Похожее на что?
— Как будто ты должен развернуться. Это начинается незаметно, но чем дальше ты идёшь, тем сильнее это чувство. Что-то не хочет, чтобы ты был там.
Айзек замолчал. Я не торопила его.
— Они рассказали вам о холме?
— Нет.
Рыцарь-следопыт подошёл к книжному шкафу и потянул за шнур, висевший сбоку. С верхней полки опустилась карта, на которой был изображён Уилмингтон и его окрестности. Она выглядела по-другому. Границы самого Уилмингтона были шире, а дюжина или больше небольших городков и деревень усеивали местность над городом и к западу от него, соединённые сетью дорог.
— Раньше к югу от Харреллса был холм, — сказал он.
Мне потребовалась секунда, чтобы найти его. Небольшой городок примерно в двадцати милях к северо-западу от Бургау, ныне Пендертона. В паре миль к югу от Харреллса кто-то (вероятно, Айзек) поставил жирную чёрную точку.
Я достала из сумки папку Неда и нашла карту. Холм находился прямо в центре синего квадрата, обозначающего землю, которую нам выделил Пендертон. Прямо в центре.
— Насколько большим был этот холм?
— Площадью чуть меньше двух квадратных миль, конической формы, высотой 260 футов.
— Необычно для этой местности, — подумала я вслух. Большая часть окружающего ландшафта была плоской, с круглыми впадинами, которые были озёрами или пастбищами, беспорядочно разбросанными то тут, то там.
— До Сдвига с холмом были проблемы, — сказал Айзек. — Люди видели вокруг него странные вещи. НЛО, скунсовых обезьян, снежного человека, призраков, обычную современную фольклорную чепуху. После Сдвига местные жители избегали его, потому что он вызывал у них неприятные ощущения.
— Словно он не хотел, чтобы ты был там? — предположила я.
Айзек кивнул.
— Холм исчез.
— Что значит «исчез»?
— Когда лес начал разрастаться, Лесная служба поднялась туда и установила на вершине холма большой флагшток с флагом и сигнальный фонарь, чтобы помочь людям ориентироваться. В ясную ночь фонарь был виден даже с башни в Пендертоне. Он исчез во время последней вспышки. Ни флага, ни сигнального фонаря, ни холма.
Этого не было в досье Неда.
— Они пытались его найти, — сказал Айзек. — Запустили туда дрон. Что-то его уничтожило, но не раньше, чем он передал изображение ясного неба и леса на месте холма.
— Значит, вы поставили на холм?
Он снова кивнул.
— Мы подождали, пока придут технологии, и отправились в путь, как только рассвело. До холма, где сейчас лес, около двадцати миль. Теперь это должна была быть обычная саванна из длиннолистной сосны — светлая, яркая, открытая. На лесной подстилке трава, почти нет подлеска, лишь изредка встречаются болота. Это был весёлый, лёгкий для прогулок лес. Даже близко не похоже на широколиственные леса Озарка или еловые леса на севере штата, где приходится прорубать себе путь.
Да, леса ниндзя. Высокие сосны и солнечный свет.
— Когда мы зашли внутрь, дурное предчувствие начало усиливаться. После первого часа Тейлор, рыцарь-маг, сказала, что мы ходим кругами. Она уверяла, что уже дважды видела одно дерево, так как поцарапала ствол сосны, и царапина была на месте. Дело в том, что мы шли правильной дорогой. Она хотела вернуться в город, перегруппироваться и попробовать ещё раз. Я отказал ей, и Тим меня поддержал.
— К концу второго часа все, кроме меня, были уверены, что мы идём не в ту сторону. Мы остановились на поляне у пруда. Я взял одного из рыцарей-защитников, указал на север и велел ему посмотреть в ту сторону и запомнить, как выглядит лес. Он сказал, что запомнил. Я велел ему закрыть глаза, трижды покрутиться вокруг себя и сказать мне, где север. Он понятия не имел. Хотя он знал, что пруд находится с его западной стороны, но он не смог сориентироваться. Он сказал, что каждый раз, когда он поворачивает голову, лес выглядит по-другому. Когда технологии были в зените, ничего из этого дерьма не должно было случиться.
— Что вы сделали?
— Мы пошли гуськом. Я достал паракорд [1], привязал всех друг к другу, Тим замыкал, а я шёл впереди, и сказал им смотреть на спину идущего впереди. Мы продолжали идти. Всё это время я оглядывался в поисках шаманских тотемов, ведьминских знаков, чего угодно, что могло бы объяснить происходящее, но ничего не было.
Айзек провел рукой по лицу, словно стирая воспоминания.
— Лес начал смыкаться. Внезапно появился подлесок. Я увидел иву, ольху и чернику. Я увидел осины. Они не растут к югу от 6-й зоны, так что это странно, но они произрастают в Северной Каролине. Их можно найти на склонах Смоки-Маунтинс. А потом я увидел это.
Он повернулся к полкам, снял стеклянную банку и поставил её передо мной. Внутри была горсть золотистых сосновых иголок.
Я посмотрела на него.
— Тамарак, — сказал он. — Также известное как американская лиственница. Хвойное дерево, которое осенью сбрасывает иголки.
— Мне это мало что говорит.
— Это потому, что он растет в Канаде и на северо-востоке США.
— О.
  
— Этот лес процветал. Деревья выглядели здоровыми, птицы пели, белки прыгали, олени, мыши — все, как и должно быть, только всё это должно было быть намного севернее, а что-то не хотело, чтобы мы были там. Всё это подтверждало, что мы шли правильным путём, потому что чем дальше мы шли, тем страннее становилось. Мы продолжали двигаться. Наш путь уже лежал через чащу. Мне пришлось достать мачете и прорубать дорогу сквозь заросли. Во всех остальных направлениях были видны чёткие следы животных, но прямо перед нами — зелёная стена.