Рассвет с Рыцарем-Волком (ЛП)

Глава 41
День прошел как в тумане.
С первого момента нашего разговора с Конри и до позднего вечера я представляю собой ходячее противоречие. Внешне я безмятежна и ношу блаженное выражение лица. Мой голос — ровный тон, который время от времени переходит в возбужденный. Я стараюсь изобразить энтузиазм по поводу того, что ждет меня ночью с Конри. Похоже, это его радует, и он с готовностью приступает к планированию костра, когда мы с Авророй отправимся в путь с рыцарем, которого я сначала едва узнала в лицо, а теперь знаю как Фаркольфа.
  
Несмотря на внешние проявления, внутри меня все дрожит, а желудок так сильно сжимается, что мне приходится заставлять себя есть, чтобы набить его как можно больше, прежде чем мы совершим побег. Мои руки время от времени дрожат, когда я собираю вещи, такие как нитки и плошки с водой, и все это под предлогом работы над заклинанием плодородия. Но все, что я беру, — это то, что облегчит наше путешествие.
Рыцарь провожает нас обратно в покои короля, когда солнце начинает садиться. Конри находится в главном зале, все еще расставляя вещи для костра. По дороге мы проходим мимо горы дров, сложенных прямо у главного входа в большой зал. Костер, несомненно, будет зажжен к восходу луны.
Фаркольф занимает место там, где обычно стоит Эвандер — прямо у входа в покои короля. Но, в отличие от Эвандера, он стоит спиной к нам и не отходит от двери. Он не прислоняется к стене, сложив руки. Он не поворачивается лицом к нам, ища меня. Эти различия напоминают о том, что Эвандера здесь нет.
В голове проносятся неприятные мысли о том, что Конри подслушал наши разговоры. О том, что он знал о нашем плане и охотился на Эвандера после его ухода. Образы глубоких шрамов на спине Эвандера вызывают полоски фантомных болей между моими плечами. Эвандер может лежать на земле мертвым, растерзанный Конри, а я не буду знать. Возможно, я никогда не узнаю. Он…
Рука Авроры смыкается вокруг моей. Мы в спальне, при свечах разбираем наши скудные вещи и упаковываем только самое необходимое. Я переключаю свое внимание на нее.
— С ним все будет в порядке. — Она сжимает мои пальцы. — И с нами тоже.
— Я знаю, — говорю я. Хотя я не знаю. Никто из нас не знает. — Я бы хотела, чтобы он был здесь, с нами. — Мне было бы легче, если бы я могла его увидеть.
— Скоро. Так же, как скоро ты сможешь прикоснуться к нему.
— Прикоснуться к кому? — спрашивает Конри, проскальзывая под занавес, закрывающий вход.
Аврора отпускает меня, и мы обе выпрямляемся после сортировки. К счастью, я успела запихнуть большинство вещей в сумки на полу. Та, что лежит передо мной, я подталкиваю носком ноги, пытаясь незаметно задвинуть ее под кровать. Аврора делает то же самое с сумкой, которую она наполняла, пока я обхожу ее, своим движением отвлекая Волчьего Короля.
— К тебе, конечно! — говорю я со всем восторгом, на который только способна, практически бросаясь в его объятия и целуя его в губы.
Конри хихикает, когда я отстраняюсь. Его руки опускаются на мои бедра, к спине, где они могут дотянуться до изгиба моей спины.
— Я ценю твой энтузиазм. Неужели этот ритуал плодородия уже дает о себе знать?
— Возможно. — Я смотрю на него сквозь ресницы. — Мне больше всего хочется прикоснуться к тебе сегодня вечером.
— Кто сказал, что мы должны ждать вечера? — Конри наклоняется и покусывает мочку моего уха. — Что мешает мне взять тебя прямо сейчас?
— Мой король, ритуал еще не готов. — Я принужденно смеюсь, как будто все это просто игра.
— Я могу взять тебя без необходимости зачинать ребенка сейчас, а потом снова позже. — Он откидывается назад, глядя на меня с ухмылкой.
— Мне убрать с кровати? — сухо спрашивает Аврора, как будто видела все это сотни раз. Возможно, так оно и есть.
— Может, и стоит. Думаю, у меня есть несколько свободных минут.
Отвращение к мысли о том, что Конри может затащить меня в кровать, сочетается с жалостью и печалью по всем прошлым женщинам, с которыми он спал, если он считает, что «несколько свободных минут» — это достаточно. Я провожу руками по его груди со страстной улыбкой, как будто меня сильно соблазняет эта идея. Глаза Конри блестят в слабом свете свечей в комнате, как у хищника, готовящегося к трапезе.
Я открываю рот, собираясь сказать свое очередное оправдание, чтобы задержать его еще немного. Но Фаркольф отдергивает занавеску и с легким кивком головы входит внутрь.
— Мой король, патрульная группа вернулась. Эвандер здесь, чтобы доложить.
Мое сердце замирает при этой новости.
— Хорошо, отправь его обратно. — Конри все еще не отпустил меня.
— Возникло небольшое осложнение. — Это привлекло внимание волчьего короля. И мое. Фаркольф продолжает: — С ним еще один воин, связанный и с кляпом во рту.
— Член первичной группы? — Конри теперь уделяет Фаркольфу все свое внимание, и я могу отстраниться. — Или кто-то другой?
— Я не уверен, мой король. — Фаркольф выглядит крайне неуютно. Несомненно, потому, что ему не хватает информации, которую ищет Конри. — Возможно, будет лучше, если…
Конри вздыхает прежде, чем он успевает закончить. Волчий Король бросает взгляд в мою сторону.
— У меня никогда нет ни минуты, чтобы побаловать себя. — Он берет меня за подбородок и прижимает к себе, приникая своим ртом к моему. — Не теряй эту мысль, моя дорогая. Пусть она кипит до тех пор, пока ты не станешь такой горячей, что не сможешь этого вынести. Сегодня мы будем танцевать с волшебством, и я сделаю тебя своей.
— Я считаю секунды, — задыхаясь, шепчу я.
Конри выходит из комнаты, кивнув в сторону Фаркольфа; рыцарь следует за ним. Когда занавес опускается, мое внимание останавливается на Авроре. Мы обе смотрим друг на друга, затаив дыхание и напрягая слух. Шаги мужчин затихают вместе с их голосами. Говорят мало, и трудно разобрать что-либо, кроме первоначального «…да, я пойду…» Конри.
— Что скажешь? — шепчу я Авроре.
— Фаркольф все еще там? — спрашивает Аврора.
Я шаркаю к занавеске, слегка отодвигая ее в сторону. Фаркольф стоит у входа. Кивнув, я отступаю в комнату.
Она ругается под нос.
— Полагаю, Эвандер не смог найти предлог, чтобы заставить его тоже уйти.
Что делать? спрашиваю я себя, быстро огибая кровать и поднимая с пола свою сумку. Времени на то, чтобы рассуждать, что брать с собой, а что нет, уже нет. Все оставшееся запихиваю в сумку. Аврора следует моему примеру.
— Мы собираемся отправиться в рощу.
— Хорошо. — Аврора кивает. Ее безоговорочное доверие очевидно. Это наполняет меня уверенностью, а также чувством глубокой ответственности.
Я хватаю ее за руку прямо перед тем, как мы выходим через занавес, оттягивая момент, который мы не можем себе позволить, но я должен им воспользоваться.
— Я защищу тебя, — клянусь я. — И отведу тебя к сиренам, чтобы их старый бог восстановил твою магию и освободил тебя от этого полусмертного круга. Ничто не остановит меня — ни Волчий Король, ни дух, ни сама судьба. Клянусь тебе в этом.
Аврора сжимает мои пальцы, и меня охватывает прилив магии, такой сильный, что мир на мгновение кружится. Ее брови опускаются, а голова слегка наклоняется в сторону. Ее улыбка выражает облегчение.
— Я верю тебе, Фаэлин. Вы с Эвандером — первые смертные за долгое время, которые, как я полагаю, позаботятся обо мне, — мягко говорит она. — Спасибо.
  
— Тебе не за что меня благодарить, — говорю я. — Это давно пора сделать.
— Я все равно тебе благодарна.
Я отпускаю ее и поправляю рюкзак на плече, надеясь, что это не покажется Фаркольфу слишком подозрительным.
— Пойдем.
Мы выходим в центральный зал, и я стараюсь идти неторопливым шагом. Как будто нет ничего необычного. Фаркольф не обращает на нас внимания, пока мы не оказываемся рядом с ним.
— Все в порядке? — спрашиваю я, с любопытством глядя влево, в сторону большой пещеры.