Рассвет с Рыцарем-Волком (ЛП)

Костер поглощен целиком. Он проваливается в глубину, оранжевый цвет исчезает и превращается в дым. Когда последний завиток серого дыма поднимается в воздух, лыкины переводят дыхание, хватаются друг за друга и бормочут в удивлении и ужасе, земля начинает двигаться заново.
Теперь уже с криком. Они думают, что наступил конец света. Или что я нападаю на них. Рыцари превращаются в волков, пытаясь устоять на земле. Что, по их мнению, они могут сделать со мной, если я нападу? С моей точки зрения, я контролирую ситуацию.
  
Я стою, покачиваясь, но Брундил держит колонну под мной благословенно неподвижно.
— Брундил, иди ко мне! — Я раскидываю руки, откидываю голову назад и кричу в небеса, мой голос разносится по равнине, как гром.
Земля грохочет от моих слов. Из большой трещины передо мной бьет фонтан грязи. Но он не обрушивается на нас. Вместо этого он неестественно парит, медленно тая в форме могучего голема с двумя гладкими валунами вместо глаз.
— Здравствуй, ведьма. — Голос Брундил грохочет, как глубокая земля. Я оценила, что она решила опустить слово «маленькая». — Ты звала меня?
— Я хочу попросить у тебя благословения — благословения для этого народа в твоих землях, если у тебя хватит сил, — кричу я так, чтобы все слышали. Брундил продемонстрировала свою мощь. Теперь я хочу, чтобы она продемонстрировала свою полезность и, по косвенным признакам, мою собственную. — Создашь ли ты здесь рощу деревьев, где дичь могла бы процветать на протяжении многих поколений, чтобы кормить лыкин этих земель?
Брундил смотрит на меня тяжелым взглядом. Мой желудок сжался, как будто я проглотила червей. Если она откажется, это покажет, что я почти не контролирую ситуацию. Моя уловка будет раскрыта.
Но она выдерживает.
— Очень хорошо. Но за это придется заплатить и твоей силой.
— Договорились.
Это слово еще звучит в моих ушах, когда она возвращается обратно в землю. Снова раздается грохот, но уже более тихий. Травы колышутся от волны, которая пульсирует под ними, от меня.
Невидимая рука тянет меня за лодыжки. Я погружаюсь в землю, пьедестал вокруг меня трескается, словно я внезапно стал огромным весом. Моя сила вытягивается через ноги, вниз и в землю. Ощущение такое, будто под кожей дергают мокрую ткань. Вырывают из меня с безжалостностью.
Я откидываю голову назад, задыхаясь, словно пытаясь вынырнуть из невидимой воды, чтобы перевести дух. Но мои легкие тянут за собой все остальное. Они проваливаются внутрь. Невозможно сделать вдох. Саму мою душу вырывают из тела.
И все же я цепляюсь за сознание. Я борюсь за то, чтобы держать глаза открытыми, даже когда все, что я хочу сделать, — это сдаться этому изнеможению. Боковым зрением я вижу, как земля продолжает покрываться рябью. А вслед за магическим всплеском из земли вырастают деревья. Не саженцы, а полноценные деревья, высотой со старый лес, который рос рядом с красным деревом у моего дома.
Они усеивают ландшафт вокруг лагеря, становясь гуще там, где останавливаются палатки. Их могучие корни проникают в трещины в земле, словно пытаясь скрепить разрушенный камень и почву. Они упираются в землю, как мосты, а лианы и заросли покрывают их. Глубокий запах свежей земли сопровождается насыщенным ароматом сосны и кедра. Треск и стон дерева замедляются.
Наконец-то я освободилась от притяжения. Я бросаюсь вперед, теряя равновесие, и опрокидываюсь на бок колонны, на которую меня посадила Брундил. Ветер проносится вокруг меня, и меня подхватывают две сильные руки.
По какой-то причине, когда я поднимаю голову, то надеюсь увидеть глаза Эвандера. Но меня встречает Конри. Даже измученная, я умудряюсь улыбнуться и скрыть свое разочарование.
— Ты удивительное создание, — шепчет он с благоговением. Конри осторожно опускает меня на землю. Я шатаюсь. На этот раз не притворство. Но он поддерживает меня, обхватив рукой и крепко держа за бедро. Свободной рукой он указывает на меня. — Узрите мощь вашей будущей королевы!
Ликины разражаются радостными криками.
Глава 25
Конри не теряет времени, чтобы отвести меня в свою палатку, когда ликование утихнет. Я стараюсь как можно незаметнее взглянуть на него уголками глаз. Я не могу прочитать его.
— Прости, что пропала и что доставила тебе беспокойство. — Когда я пытаюсь идти, на моем лице легко появляется страдальческое выражение. Мышцы горят, суставы болят так, словно я бегала без остановки несколько дней. — Я действительно хотела показать, как я могу использовать духов, чтобы помочь твоему народу. Я почувствовала духа земли и подумала, что смогу связаться с ней, что это будет чудесная возможность! И, в общем… я потеряла счет времени.
— Тише, тише. Да, я волновался. И в будущем ты обязательно должна говорить мне, что делаешь. Я не хочу быть в неведении, когда дело касается тебя. Я имею право знать.
По тому, как он говорит, можно подумать, что эти слова исходят из его заботы о моем благополучии. Что он боится из любви. Но я вижу, что все так и есть: Он хочет контролировать меня. Не только из-за Авроры, но и чтобы знать, что эта сила, которую я продемонстрировала, будет принадлежать ему и только ему.
— Я знаю, — говорю я. — Мне жаль.
— Почему ты не могла просто пообщаться с духом в нашей палатке?
— Честно? — Я смотрю на него широко раскрытыми глазами, боясь расправы.
Он останавливается и нежно гладит меня по щеке.
— Милая, ты для меня самое важное. Я несу за тебя ответственность. Нет, мой свет, любовь и надежда для нашего народа. Да, я всегда хочу, чтобы ты говорила правду.
— Это потому, что… — Я опускаю глаза. — Твоя сила столь могущественна, мой король. — Он преклоняется перед лестью. Старые боги, им легко манипулировать, когда я хочу приложить усилия. — Брундил — старый могучий дух, но она прячется глубоко под землей. Мне пришлось найти место подальше от тебя, как бы больно это ни было, чтобы сохранить ясность чувств. Я знала, что Эвандер доверяет тебе и будет держать меня в безопасности, поэтому не могла придумать лучшего места, чтобы сделать то, что нужно.
Конри смотрит между мной и Эвандером, замедляя шаг и останавливаясь перед своей палаткой. Он глубоко вздыхает.
— Прости меня, Эвандер. Я думал о тебе самое худшее.
Извинение поражают даже меня. Я удивлена, что Эвандер не упал.
— Твоя реакция была понятна, мой король. Такой, как я, не заслуживает твоих извинений. — Эвандер опускает взгляд, слегка склоняя голову в знак покорности.
— Я все равно приношу их с радостью.
Я прикусываю язык и сопротивляюсь желанию заступиться за Эвандера. Что он достоин извинений Конри. И многого другого.
Конри возвращает свое внимание ко мне.
— Скажи мне, Фаэлин, возможно ли найти еще таких духов, чтобы они помогли нам в других делах? Можешь ли ты снова призвать Брундил, чтобы она восстановила леса на наших равнинах? Может быть, пообщаться с другими, чтобы побудить дичь вернуться? — Его глаза сияют от восторга. Он искренне хочет сделать это для своего народа. Это вызывает восхищение.
— Я могла бы… — Пора приступать к следующему этапу моего заговора. — Но было достаточно сложно найти Брундил среди твоей могущественной магии и сил всех остальных лыкинов. К тому же ведьма должна отправиться туда, где обитают духи, чтобы призвать их, встретиться с ними, узнать их имена и установить с ними связь. Мы не можем вызывать духов, особенно тех, которых никогда не встречали, из ниоткуда.
  
Конри размышляет об этом, задумчиво поглаживая подбородок. К счастью, это тоже правда. Так что даже если он знает, как работает магия ведьм, я не дала ему повода сомневаться во мне.
— Итак, если ты знаешь, где могут обитать духи, — продолжаю я, — я могу отправиться в эти места, потратить время на то, чтобы узнать их имена, и установить с ними связь. Тогда мы могли бы призвать их силы во славу тебя. — Я смотрю на Эвандера, на секунду встречаются с его глазами и задерживают на нем пристальный взгляд. Конри не замечает этого взгляда: он слишком погружен в свои мысли. Пожалуйста, прочитай мои мысли, тихо прошу я Эвандера. Хотя, наверное, это бесполезно. Придется скормить ему еще что-нибудь. Я открываю рот, чтобы заговорить снова.