Новый мир для Киани. Дороги выбора (СИ)

- Нет. Я бы приходил к тебе в любом случае. Я больше не позволю тебе платить за мои ошибки. Клянусь, Звездочка. Ты вернешься домой.
- Благодарю, Лаваэль. Но я так и не могу найти то место из видения.
- Это не важно! В момент рождения твоего малыша за тобой придут, и не только я, но и Мирх. Он уже набирает команду. Да и твои драконы сдаваться не собираются, и это еще больше привлекает внимание Создателей.
- Лаваэль, а Григорий сильный? Почему Мирх набирает команду?
- Магия. Вся магия, что струилась раньше по Земле, теперь направлена в одного Григория. Он действительно силен, но не сильней меня! Так что, не переживай! Мы справимся! Главное, ты не теряй надежды.
- Никогда! А ты не мог бы рассказать, как там Ар, братья, остальные. У них все хорошо?
- Со вчерашней ночи ничего не изменилось.
- Ну, Лаваэль!
Дух погибшего мира засмеялся, но вновь стал рассказывать, как Ар ищет божественные аномалии, как скучает и перечитывает мое письмо. Братья уже вернулись на учебу и получают задания по работе на местности. Кит и Алекс взяли шефство над приютом лэри Мэй, которая в скором времени готовилась стать мамой. В семье целителя Парта также ждут появления малыша. А владыка Фарх и Рейна обустраивают свой новый дом. Фарх делает все, чтобы Рейна вновь вернулась к нормальной жизни, и у него это не плохо получается. Мои друзья продолжают учиться и с надеждой ждут моего возвращения.
Кажется, Лаваэль сказал, что если я не вернусь, то за мной отправятся не только драконы, но и другие жители Миолы… Я засыпала, улыбаясь, понимая, что даже на Земле больше не одна.
Семен
- Пожалуйста, пожалуйста, - женщина стекала по косяку на колени, в ее глазах стояла мольба, а я чувствовал, как во мне все переворачивается от этой мольбы и взгляда.
Мне тяжело давались отказники, те, кому я не мог помочь. Я ведь понимал, что со своей болью они преодолевали огромные расстояния, идя ко мне, как к последней надежде. Было невыносимо говорить, что я не помогу, не облегчу их страдания. Кто-то просто смирялся, кто-то обзывал шарлатаном, но были и те, кто вот так вставал на колени и молил, молил…
- Поднимитесь, – строгий возглас Киани оборвал срывающийся на плачь голос женщины. Я поднял взгляд. От девушки шло сияние, опять гуляла в горах, понял я.
– Может, я посмотрю? – предложила она.
- Да, - я вскочил. – Посмотри. Ты опытней.
Мы прошли из приемной в мой кабинет, где на кушетке лежал молодой парень. Полтора года назад он попал в аварию, его парализовало полностью. Мать на инвалидном кресле, по нашим дорогам, дотащила его до поселка, и сейчас тихо выла от отчаяния.
- Привет, - Киани подошла к парню. – Говорить можешь?
- Да, это единственное, что я могу, - спокойно заявил наш пациент.
- Как зовут?
- Олег.
- Отлично, Олег. А меня Киани.
- Странное имя.
- А мне нравится, - улыбнулась девушка, - Единственное и неповторимое.
- Это точно.
- Олег попал в аварию, ему диагностировали тетраплегию – полный паралич тела, – решил прояснить я ситуацию.
- Но язык-то у него не парализован, - покачала головой Киани.
Она подошла к парню и сняла с него обувь и носки.
- Шея, - растерялся я. – У него повреждение шеи.
- Отлично, – кивнула Киани и, подхватив стул, уселась в ногах парня. – Олег, слышишь меня?
- Да.
- Сейчас мне надо, чтобы ты сосредоточился и сказал, появятся ли у тебя где-нибудь в теле какие-нибудь ощущения, хорошо?
- А если нос зачешется, говорить?
- Обязательно!
-Хорошо.
Олег закрыл глаза, а Киани приложила ладони к его ступням. Я видел, как сияние стало вливаться в тело парня. Оно медленно текло, поднимаясь к коленям, прошлось по бедрам, слилось в животе и пошло дальше, наполнило правую руку, потекло по левой.
- Левый локоть чешется, - неожиданно заявил Олег.
- Отлично, с него и начнем, – заявила Киани. Она не стала отзывать ту энергию, что вкачала в Олега, просто переставила стул и, расстегнув манжет рубашки, освободила его запястье.
- Задание то же, только ограничиваем его левой рукой, – озвучила она. – Малейшие ощущения, даже такие, что тебе просто покажутся. Хорошо?
 
- Да.
Тихо скрипнула дверь, это мать Олега зашла из приемной и тихо уселась на стульчик, с безумной надеждой смотря на меня и Киани.
А энергия вновь потекла в тело парня от пальцев Киани.
- Мизинец жжет, - нахмурился Олег.
- Где именно?
- Самый кончик.
- Хорошо. Мне нужно, чтобы ты не терял ощущение этого жжения, -  заметила Киани. – Продолжаем.
Проходила минута, вторая, Олег покрылся потом и начал жаловаться, что уже весь мизинец пылает.
- Олег, - окликнула Киани парня. – Ты хочешь двигаться?
- Да!
- Тогда позволь этому жару пройтись дальше. Просто представь, что он сжигает твой недуг. Будет больно, но пойми, что эта боль в твоих конечностях, которые не двигаются. Будем продолжать?
- Да! Я готов. Давайте.
И вновь потекло время. Я не отрывал глаз от энергии, что, направляемая целительницей, тянулась по нервным переплетениям парня, словно обновляя и восстанавливая их. Свет тянулся по руке вверх, к локтю, плечу и, наконец, коснулся спинных позвонков. Олег закричал.
- Прекратите! – взмолилась его мать. – Прекратите его мучать!
- Нет! – в свою очередь взревел парень. – Я чувствую! Чувствую всю руку!
- Отлично, – кивнула Киани и отпустила руку Олега. – Постарайся пошевелить пальцами. Движение снимет весь жар и боль.
Она положила руку на грудь парня, и я видел, как свет энергии впитывается в хребет Олега. Я слышал, как скрежетали зубы парня, его мать, закрыв себе руками рот, раскачивалась из стороны в сторону, не спуская глаз с сына. Слезы струились из покрасневших глаз.
- Давай, - подбодрила Киани. - У тебя получится.
Олег покраснел от натуги, я видел, как на шее надувается странный колтун из переплетения его нервных волокон.
- Да! Да! Олег, не сдавайся! Еще немного, у тебя получится.
Сверкающий импульс пробился сквозь колтун, небольшая вспышка пронзила его, и маленькая искра пролетела от него по руке и сверкнула в указательном пальце. Палец дрогнул, как будто в него укололи иглой. Одновременно с этим Олег закричал и зарыдал от облегчения.
Я отшатнулся, отступив на пару шагов назад, плюхнулся на стул. Эмоции, что сейчас бушевали в теле парня, оглушали. Тут было огромное облегчение, что жар и боль прошли, а еще невероятная радость, он чувствовал, чувствовал свою руку. Да, она была слаба, и все, что он мог – это дергать указательным пальцем. Но он мог это делать.
- Тише, тише, Олег, - Киани перехватила дергающиеся пальцы и старалась утереть слезы. – Ты справился. Ты это сделал. Теперь все наладится. Слышишь? Ты снова сможешь ходить, - она оглянулась на мать и поманила ее к сыну. -  Поговорите с ним. Успокойте. Пока пусть спокойно полежит полчаса, потом можно переместиться в вашу комнату. Завтра попробуем еще раз. Торопиться не будем. Тело вернется в норму, но в любом случае нужно время.
- Пальцы, мама, мои пальцы, - задыхался от эмоций Олег, и мать, уткнувшись ему в плечо, зарыдала вместе с ним.
Киани поторопилась выйти из кабинета, я последовал за ней, попросив помощницу присмотреть за пациентом и помочь переместится в комнату через полчаса.
Киани уселась на крыльце и разминала пальцы.
- Как?
- Что как?
- Как ты это сделала? Почему начала с ног? И энергия, как ты ее направляла?
- На Миоле я училась на целителя. Мой учитель Май говорил, что не всегда надо лечить то, что болит. В свое выздоровление Олег не верил. В него верила только его мама. Я же заставила его поверить, пробить его отчужденность. Сейчас он передохнет и сам начнет стремиться к восстановлению. Завтра можно будет попробовать твою практику восстановления, если снова не сработает, попробуем опять завести его моим способом.
 
- Это отнимает много сил?