Крылья судьбы (СИ)

- Я уже проснулся. Ну, почти совсем, да... Сейчас... - Он с трудом открыл глаза.
- Иди, надень что-нибудь приличное, Эва вместе с нами ужинает.
- Угу...
Она неожиданно ущипнула его пониже спины.
- Ай!.. Ты что?..
- Проверяю, не появились ли там у тебя трудовые мозоли.
- Ну и шуточки у вас, красавица!.. Все, не надо меня больше щипать, уже иду...
Поднявшись на ноги, Алекс подошел к бассейну и плеснул водой себе в лицо, затем ушел в дом.
На кухню он прибыл, переодевшись в джинсы и черную футболку. Ужин не торжественный, в конце концов, сойдет и так. Дамы уже сидели за накрытым столом — о, даже немного накраситься успели?
- Милые дамы, - обратился к ним Алекс. - Хочу подарить вам маленькие сувениры из далеких краев.
С этими словами он протянул им по небольшой коробочке, каждая была обвязана ленточкой. Когда они открыли подарки, выражение их лиц было достойно запечатления для истории. В коробках были матрешки!.. Джинджер досталась матрешка чуть побольше, Эвелин — чуть поменьше, и с более «детским», что ли, выражением нарисованного лица.
- А я уже видела такое, только не помню, как называется... - попыталась сообразить Эва.
- Это «ма-трьё-шкаа»? - утвердительно-вопросительно сказала Джинджер.
- Да, именно «матрешка». Вот, решил привезти хоть что-нибудь, только времени по магазинам бегать почти не было. Да вы попробуйте их открыть...
Они начали открывать матрешек и доставать «семейство», в результате на столе с обеих сторон выстроились шеренги «по росту».
- Первой матрешкой считается фигурка добродушного лысого старика, привезенная с японского острова. Но сами японцы утверждают, что такую игрушку первым выточил неизвестный русский монах.
- А почему она так называется? - Эва демонстирует любопытство, как всегда.
- Раньше имя «Матрена» было очень распространенным, считается, что оно происходит от латинского Mater - «мать». Это имя ассоциировалось с матерью семейства, обладающей хорошим здоровьем.
- Здорово!..
Выдержав театральную паузу, он сказал:
- А вы еще в коробках посмотрите, внимательно!..
Дамы практически одновременно вытащили из коробочек что-то, лежавшее на дне и завернутое в бумагу, развернули и ахнули — это оказались цепочки-браслетики, надеваемые на запястье, у Джинджер с небольшими рубинчиками, у Эвы — с изумрудами. Цепочки были тонкие, но смотрелись очень хорошо.
- Нравится?
- Очень!.. - и они по очереди поцеловали Алекса «в щечку».
Эвелин почти забыла об окружающем мире, нацепив цепочку на руку и любуясь ею. Джин смотрела на нее и улыбалась по-доброму, как младшей сестре, что ли. Но свою цепочку она тоже сразу надела на руку.
- Теперь можно и начинать ужин! - пришлось провозгласить Алексу. (Девочки на радостях про еду почти забыли...)
Почти весь ужин они шутили и смеялись, в интонациях Эвелин и Джинджер чувствовалась искренняя радость от возвращения Алекса в «целом виде». И ведь они нисколько не притворялись, между собой болтали совсем как лучшие подруги...
Когда стали приближаться сумерки, Эва засобиралась в «Танцующие звезды», чтобы не ездить по темноте. Алекс предложил было ее проводить на своей машине, но она замахала руками — сиди, отдыхай, до клуба ехать всего минут десять, и то если двигаться со скоростью пешехода. Он заметил благодарный взгляд, которым ее одарила Джинджер — ей не хотелось никуда отпускать только что приехавшего...
Машина Эвелин скрылась за кустами зеленой изгороди, напоследок мазнув светом фар по окружавшим двор зарослям, Джинджер взяла Алекса за руку и они подошли к стоявшему под навесом ее «Гелендвагену». Затем она неожиданно оперлась ногой о бампер и влезла на капот, основательно усевшись на нем.
- Джин, ты что, вдруг погнется!..
- Не бойся, тут железо толстое... - Тем более, что недавно туда запихали пластину чуть ли не из брони, но это секрет!..
Алекс подошел к ней вплотную, обнял и прижал к себе, ее голова оказалась чуть выше.
- Милая, как хорошо, что ты у меня есть... - тихо прошептал Алекс, но она все услышала:
  
- Ты вернулся... Знаю, смерть снова ходила рядом, стояла за спиной, но ты вернулся... Теперь можно...
- Хочешь, я тебе стихи прочитаю? А то я вдруг понял, что так мало говорил о том, что чувствую...
- «Вперед, Макдуф!..»[35] - тихо засмеялась Джинджер.
Приблизившись к ее уху практически вплотную, Алекс тихо зашептал:
Я развернул бы шелк, слетевший с неба,
Расшитый золотом и серебром луны,
Тенями дня и ночи, утреннего света,
Заката сумраком и сполохом зари.
Такой бы шелк-мечту стелил перед тобой на землю,
Но я - бедняк, и эти грезы тают, словно дым.
Прошу тебя, ставь ноги осторожней –
Ведь ты ступаешь по мечтам моим... [36]
Неожиданно Джин наклонилась и начала целовать его до боли в губах, сильно впиваясь ногтями в плечи и спину, но Алекс не возмущался, лаская все, до чего только мог дотянуться. Наконец, Джинджер решила перевести дыхание и ослабила свои объятия, откинувшись на капот машины, тяжело дыша. Алекс продолжал нежно поглаживать ее, слыша тихий шепот «Пожалуйста, пожалуйста...», и она снова прижалась к нему...
Через какое-то время он помог смеющейся Джинджер слезть с капота «Гелендвагена», она поправила свою одежду, и они вокруг дома пошли к бассейну, рядом с которым лежал на земле такой замечательный матрас. (Совсем не вовремя за высокими кустами зеленой изгороди на улице возле соседнего дома вдруг затарахтела двигателем какая-то машина, поэтому им пришлось замереть, обнимая друг друга и затихнуть, борясь со смехом.)
Возле бассейна было совсем темно - наружное освещение не включили, и матрас пришлось искать на ощупь, в темноте быстро опустившейся летней ночи. Хорошо, что он лежал в стороне от бассейна, поэтому в воду никто не свалился.
- На чем мы остановились? - спросил Алекс у Джинджер.
- Я уже забыла... - тихо рассмеялась она в ответ.
- Тогда давай повторим все с самого начала.
- Подожди, какая там заключительная строчка была в стихах?..
Звезды молча подмигивали им с ночного неба, ведь за почти бесконечное время своей длинной астрономической жизни они видели многое и не удивлялись абсолютно ничему. Разве могли их чем-нибудь удивить двое людей, обнимающихся возле бассейна и по очереди признающихся один другому в любви? А потом мужчина и женщина на ощупь собрали разбросанную одежду и ушли в дом, все-таки утро лучше встречать, лежа в кровати.
Глава пятая 
Утром Джинджер открыла глаза и почувствовала, что хочет есть. Странно, с чего бы это?.. Осторожно, чтобы не потревожить мирно сопящего Алекса, выбралась из кровати и неслышно проскользнула на кухню. Кот бдил на подоконнике и только покосился в сторону хозяйки (она не стала ничего надевать), дернув ухом. Пес мирно дремал на коврике в спальне, потому что для завтрака было еще слишком рано.
Итак, что есть интересного в холодильнике?.. Наверное, вот этот большой апельсин вполне подойдет, захотелось чего-то, в меру кислого... По-хозяйски усевшись прямо на стол, Джин принялась счищать кожуру с оранжевого бока.
Довольно скоро на кухню заявился Алекс, надевший шорты. На кухне он увидел Джинджер «в костюме Евы», которая сидела на столе и с аппетитом что-то жевала, блаженно закрыв глаза. Она услышала шаги, но специально внешне никак не отреагировала, продолжая покачивать ногой. Алекс сел возле нее на стул и откровенно залюбовался этой картиной.
Через несколько минут апельсин закончился, Джин открыла глаза, с улыбкой посмотрела на молчаливого зрителя, соскочила со стола и пошла мыть руки. Вытерев их полотенцем, она неожиданно подошла и уселась к Алексу на колени, лицом к лицу, обхватив руками за шею. Когда он обнял ее и притянул поближе, она продолжила улыбаться, но с каким-то непонятным выражением на лице.
- Милая, ты хочешь что-то сказать? - Он заметно напрягся, будто почувствовал недоброе.