Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 4 (СИ)

— Лежи и не дёргайся, — буркнул я. — Если умеешь себя ремонтировать, то чинись, а через недельку поговорим нормально. Ты вообще умеешь говорить нормально?
— Трево-га, — сообщил он мне в ответ. — Тре-вога.
— Очень приятно, Вик.
— Тре-во-га.
Почему-то на этот раз в скрежете автоматона послышалось что-то, напоминающее торжество. А спустя секунду я понял, что металлические служаки умели не только громко топать, но и подкрадываться тоже — когда на затылок сзади обрушился сжатый стальной кулак. Я дёрнулся только в последний момент, смазывая удар на скользящий и разворачиваясь для контратаки. Теперь во мне бурлила нормальная, «честная» ярость, разогнанная злостью и напитанная мощью «Зверя»!
Я не сдохну здесь, вновь потеряв ценную экипировку, без нормальной возможности вернуться.
Я не позволю каким-то механическим идиотам взять над собой верх.
Я… определённо должен был выбрать другой проход. Знал бы где падать — соломки бы постелил. А пока что — не думать, не рефлексировать, просто крошить и рвать!
Всего автоматонов оказалось четверо, и никто из них не носил на спине заводных ключей. Пришлось действовать иначе, по старинке. Любителю подкрадываться сзади я в итоге оторвал голову, ещё двоих, прибежавших на подмогу — расплющил в разных местах до неузнаваемости и для надёжности продырявил из револьвера. Бой длился не менее часа, и к его окончанию половина малого склада запчастей превратилась в металлические руины. Дважды меня пытались придавить тяжеленными полками, швыряли всевозможные детали, били не предназначенными для такого обращения инструментами. Регенерация начала замедляться, раны зарастали нехотя, всё-таки сражаться против отряда роботов в одних трусах — посредственная затея.
Когда я наконец прикончил третьего болвана, что-то схватило меня за ногу, заставив упасть. Самый первый встреченный автоматон с отстреленными ногами дополз-таки через полосу препятствий и вцепился в меня мёртвой хваткой.
— Тревога, — сообщил он, пытаясь ухватить меня за другую ногу.
— Да заткнись ты! — рявкнул я, хватая его в ответ и отдавая мысленную команду.
Переносной карман для предметов среагировал мгновенно, заставив упрямого врага исчезнуть и занять внутри артефакта ровно один слот. Тот же фокус я проворачивал с Адель, но в пылу битвы вспомнил про него не сразу.
Победа. Вроде как. Хорошие, блин, новости, но есть и плохие! Теперь это место будет некому обслуживать, а если я не найду выход, чтобы затем вернуться с подмогой, то оно и вовсе зачахнет. За сегодня будет хоть один момент, когда хорошие новости окажутся по-настоящему хорошими⁈
Второй коридор, со светом в конце, оказался совсем коротким, и вывел меня к подъёмнику. Подъёмнику, который на вид сильнее всего напоминал старомодный механический лифт, и над ним висела лампочка накаливания — тусклая, но рабочая! Спустя двадцать минут дребезжащего, но сравнительно ровного подъёма, я вышел на площадку у подозрительно знакомой металлической двери с окошком, прикрытым затворкой. Она, по счастью, открывалась единственным рычагом.
Ну здравствуй, гостиная на втором этаже. Никогда бы не подумал, что буду так рад тебя видеть!
  
Глава тринадцатая
 
— Выходит, там всё-таки был какой-то телепорт?
— Я не заметил, а что?
— Да ничего, просто расстояния не сходятся, — беззлобно хмыкнула Луна, расчерчивая мелом на полу оружейной примерную схему Полуночи. — Смотрите, вы сидели под восточным крылом, а подъёмник приехал почти ровно в центр. Без пересадок?
— Без пересадок, — растерянно подтвердил я. — Вот тебе и чудеса технологий.
— В зам-ке есть. Аномалии, — сказала Адель, рассматривая рисунок Луны. — Короткие пу-ти.
— И что, они прямо незаметно перетаскивают сквозь пространство? — не поверила оружейница.
— Обычно эффект заметен, — сказала Кас. — Но Вик сильно устал, и это могло смазать восприятие.
Кулина быстро-быстро закивала в поддержку.
  
Мы редко когда обсуждали какую-то тему впятером, но сейчас был исключительный случай. До рассвета оставалось несколько часов, и за них хотелось бы обговорить как свежие, так и наболевшие темы. Даже Кулина ради такого дела оторвалась от готовки, только-только накормив голодных дракончиков. Ава и Ян, сперва изъявлявшие активное желание тоже принять участие в собрании, передумали после еды — и отправились дрыхнуть в мою спальню. Ничего, как только достроится «детская» или, как её обозвала Кулина, «драконятник», начнём постепенно переучивать. Не зря же столько частиц души в это дело было вбухано.
Первым делом по возвращению я сгонял через зеркало до мастерской и назад, прихватив с собой Адель. А, затем уже сама Адель, золото моё, сбегала во внутренний двор и принесла мне одежду. Хотя первым делом заглянула мне в глаза и на полном серьёзе заявила, что мне больше идёт без неё.
Луна громко расхохоталась и выразила полное согласие.
Моим последним на сегодня походом сквозь зеркала был молниеносный бросок до библиотеки. Литу я там не застал — скорее всего она всё ещё наводила порядок в подвале башни Вдохновения — но утащил составленную Альжалид брошюру. Та должна была пригодиться, и пригодиться конкретно.
Открытие центра управления и ведущих из него проходов неожиданно расширяло территорию замка, пусть и требовало определённых усилий для исследования. Но теперь исследовать можно было не наугад, а руководствуясь уцелевшими надписями. Расчистка проходов — дело не быстрое, и некоторые могли быть уничтожены с концами, но даже небольшая часть обещала большую награду.
Оставался только вопрос, кто всё это соорудил, когда и зачем. И для ответа требовалось основательно углубиться в прошлое, преодолев некоторые искусственные барьеры.
Скажу прямо — мало что меня так бесило в Полуночи, как установленные ей запреты для слуг. Большинство ценной информации оказалось закрыто под здоровенным ментальным замком с первых ночей моего пребывания в замке, но табу вредили даже в обычной бытовой беседе. Причём если многие косяки в устройстве моего домена можно было списать на пресловутую поломку, здесь я был уверен — эти правила Полночь придумала очень давно и свято соблюдала на протяжение веков, если не тысячелетий. И если я не хотел рисковать здоровьем и рассудком своих девушек, надо было очень осторожно нащупывать обходные пути.
— Дамы, — мягко сказал я, когда все устроились в оружейной, для чего в неё пришлось принести дополнительные стулья. — Насколько свободно вы готовы обсуждать прежних хозяев Полуночи?
— Я гото-ва, — мелодично отозвалась Адель.
— Вы уже поднимали эту тему, Вик, — сдержанно сказала Кас за себя, Луну и Кулину. — Наши уста скованы.
— Поднимал, было дело. Но теперь ситуация изменилась, и с вашего позволения мне бы хотелось проверить, нельзя ли частично снять табу. При малейших признаках недовольства замка — прекращаем эксперимент.
Все окружающие выразили согласие попробовать.
— Прекрасно. Адель, у тебя есть теория, почему Полночь запрещает говорить о моих предшественниках?
— Все они бы-ли. Незакон-ными. На много лет на-зад.
— На триста семьдесят, если верить одной джиннихе. Как по мне, так причина ни о чём — критиковать прежних хозяев следует за некомпетентность и злобу, а не чистоту крови. Но если теория верна, то можно сделать логический вывод: за обсуждение «законных» хозяев санкций не будет. Я начну: Бертрам фон Харген, проживал чуть больше тысячи лет назад, завоеватель, некромант и похититель драконьих яиц. Воспоминания, слухи, мнения?
Я опустил тот факт, что старина Бертрам был моей точной копией — или, скорее, наоборот. С этим делом можно будет разобраться попозже, в библиотеке.
Баньши, оборотень и слайм переглянулись, не сговариваясь.
— О нём упоминал недостойный гость, — медленно сказала Кас. — Но по одному лишь имени я бы его не узнала.
— В первый раз слышу, — пожала плечами Луна.