Рабыня звёздного императора (СИ)
Ну что ж, жить можно. Сухо, тепло, чисто...
А то, что глупое сердце болит, не переставая, - ну так оно бы болело и в любом другом месте, даже во дворце. В любом дворце. Кроме императорского, если бы мне было позволено находиться там, рядом с любимым мужчиной...
***
В принципе, со всем, что меня окружало, можно было вполне смириться. Даже отсутствие солнечного света и замкнутое пространство я переносила вполне нормально. Вот только дни казались словно резиновыми. Завтрак, который доставляли нам с Митой, и который она съедала у себя в коморке, не соглашаясь присоединиться ко мне. Потом водные процедуры, массаж. Потом через какое-то время - обед. После него я ложилась и спала, просто чтобы скоротать время. А там уже оставалось не так долго и до ужина.
Мита со мной почти не разговаривала, уточняла только по делу, что ещё нужно и что я бы хотела. Снаружи нас охранял стражник, который не выпустил меня, когда я изъявила желание пройтись. В итоге заняться мне было абсолютно нечем.
Я ходила по комнате из угла в угол, знала, что от одной стены до другой шесть шагов, а если от двери до противоположной - то пять. Ещё лежала, слушая, как вибрирует земля от кроблов. Так их, кажется, называли. Я их в итоге так и не увидела, пока шла по подземному городу. Но и это занятие мне скоро надоело.
Двигаться я могла ещё довольно бодро, выпиравший живот практически не мешал. Но я чувствовала, что моя походка изменилась. По моим подсчётам, до родов оставалось пару месяцев, может больше...
И через два дня, когда меня пришел навестить Феввист, я поняла, что должна попытаться. Этот мужчина был единственный из местных высокородных, что не смотрел на меня как на мусор. Поэтому первое, что я, изнывающая от скуки, попросила его сделать - это принести калипы, если таковые, конечно, имелись в доступе.
Мой так называемый куратор коротко кивнул, справился о моем самочувствии, поинтересовался, не нужно ли ещё чего, устраивает ли пища, и откланялся.
А на следующее утро стражник внёс в наше жилище два больших калипа. Оба были о созвездии Висталур, но это всё равно было намного лучше, чем ничего.
Я с усердием принялась изучать новые книги, и наконец, перестала мучиться от безделья. За чтением проходили долгие дни, сменяющие друг друга. Я сбилась со счета, сколько прошло времени. Да разве это было принципиально?
Старалась читать всё время, потому что если начинала думать о своей доле, сразу становилось очень больно и тоскливо.
Но, конечно же, малыш внутри меня хоть как-то отвлекал от грустных мыслей. Он толкался, иногда сильно, чувствовалось, что ему тоже хочется размяться и подвигаться.
Но нас обоих держали взаперти.
От этой мысли улыбнулась. Потерпи немного, маленький, скоро ты получишь свободу. А я...
Моя судьба так и оставалась для меня загадкой. При каждом стуке в дверь я, глупая, всё ещё надеялась, что вот зайдёт император и... Не знаю даже, что должно бы было быть потом. Наверное, он бы обнял, погладил по спине. Потом отстранился и положил руку на выпирающий живот, словно здороваясь с малышом. А потом бы снова обнял. И поцеловал. И сказал, что скучал и хочет, чтобы я вернулась, и...
Только всё это были глупые фантазии наивной дурочки, влюбившейся в бесчувственного правителя.
Конечно, было уже не так больно, как сразу после приезда. Скорее страшно. От неизвестности, что ожидала нас с малышом после его рождения. Странно, но я совсем перестала бояться родов. А вот за то, что за ними может последовать, переживала безумно.
Иногда по ночам мне снилось, что я рожаю, и у меня забирают моего ребенка. Это было каким-то навязчивым ночным кошмаром, который стал преследовать меня всё чаще. Но я и наяву понимала, что очень высока вероятность того, что ребенка заберут. Тогда...
Вот на этом месте я старалась переключиться на что-то другое. Если малыша заберут, зачем тогда мне вообще жить? Ради чего? Ради мужчины, который меня не любит, да и вообще, наверное, уже забыл обо мне? Ради сестры? Но, я надеюсь, у неё всё сложится намного лучше, чем у меня. Ради надежды, что всё же смогу быть рядом с ребёнком? Да, скорее всего. И я когтями буду вырывать у жизни эту возможность...
Но пока... Пока надо успокоиться и продолжать жить. Есть, пить, спать, принимать процедуры, не нервничать...
Примерно так же я думала и в то утро, когда проснулась со странным ощущением тревоги. Нужно успокоиться, нельзя волноваться, это вредно.
И я совершенно не понимала причину своего беспокойства. Мне сегодня даже сон не снился...
Но по прошествии буквально получаса я поняла, что что-то происходит. Нет, не со мной. А там, снаружи.
Звуки и вибрация, к которым я уже привыкла и почти не замечала, стали другими. Более резкими, громкими.
И эти звуки были очень похожи на...
На взрывы?...
Буквально через несколько мгновений ко мне вошла испуганная Мита. Женщина, от которой я никогда не видела проявления никаких чувств, сейчас явно боялась за свою жизнь.
- Майя, что нам делать? - спросила, поглядывая вверх на потолое, туда, откуда доносился непрерывный шум и взрывы.
- Я не знаю, - ответила честно.
Да и что мы могли сделать? Две безоружные женщины, одна из которых глубоко беременна.
Так и сидели, слушая эти ужасные звуки. В какой-то момент я поняла, что сейчас слышно намного громче, чем раньше. То есть события переместились ближе.
Более того, пол начал вибрировать вслед за раскатами взрывов. Не знаю, возможно ли было разрушить защитный купол, накрывающий город, но очень хотелось верить, что нет.
Прошло ещё какое-то количество времени, и вдруг всё стихло. Но от того, что больше не грохочет, почему-то стало ещё страшнее. Что там происходит? Что несёт в себе эта тишина?
Планету оставили в покое или наоборот, завоевали?
- Я пойду посмотрю, - сказала наконец Мита, прервав несколькочасовое молчание. Странно, но в такое тяжёлое время мне совсем не хотелось общаться с ней. То ли это была уже привычка, то ли я не чувствовала надёжности в своей компаньонке.
- Нет, Мита, не выходи. Лучше закрой, если это возможно, дверь изнутри.
Мы обе поднялись и отправились ко входной двери. Естественно, никакого замка с внутренней стороны не было. Тогда я сняла с кровати простынь, обвязала дверную ручку одним концом, а другой закрепила на двери через коридорчик. Как раз длина позволяла.
Мы снова замерли в напряжённом молчаливом ожидании.
За дверью послышались голоса, всё ближе, но различить слова не было возможности.
Это за нами?
Но голоса прозвучали совсем близко, а потом стали отдаляться.
Я почувствовала, что у меня слегка потянуло живот. Вот только не хватало, чтобы я расклеилась! Надо быть сильной, и ради себя, и ради ребёнка!
Потом послышались шаги нескольких ног, без разговоров.
Но шаги тоже протопали мимо.
Я прошла к себе в комнату и прилегла. Мне следует беречь силы, они однозначно ещё пригодятся.
Мита тоже пошла к себе, но, как и я, дверь не закрыла.
Я лежала и прислушивалась. Но больше снаружи ничего не происходило. Поэтому от усталости и пережитого волнения я стала медленно погружаться в сон.
Проснулась резко, попыталась вскочить, но помешал живот. Ну конечно, я же беременна! Куда ж так скакать.
И тут я поняла, почему так подхватилась. Нашу дверь трясли снаружи. Причём, следом сотрясалась и моя дверь, к ручке которой был привязан второй кусок простыни.
"Кто же это?" - попыталась угадать я, но мысли захлебнулись в паническом ужасе.
Дверь ходила ходуном, и тут я увидела, что простынь на ручке начала потихоньку развязываться.
Страшно... Как же страшно!..
Кто это? Враги? Или жители империи? И что им от нас надо?
Я подбежала к двери, стала тянуть за ручку, чтобы узел не так дёргался. Казалось, страх подобрался в самые дальние уголки моего тела, но сковал судорогой почему-то только ладони, державшие дверь.