Омикрон-4 (СИ)

- Что там? Читабельно?
- Вполне. Сейчас. Так, э-э... Сегодня семьдесят шестой день с начала проведения работ. Наши испытания относительно проекта «К-3» подходят к концу. Тридцать два объекта второй партии находятся в процессе обработки, препарат введен. Хирургические вмешательства партии № 1 завершены на восемьдесят четыре процента. Состояние стабильное. Доцент Таранский отметил чрезмерно быстро прогрессирующую агрессивность у первой партии, располагающейся на втором уровне... 
- Это мы и так знаем, – нахмурился я, затем спросил. - Что-то существенное есть?
- Так... А вот! Штрасс ранее сообщал, что первая партия его более не интересует. Я получил указание уничтожить их. Выполним ликвидацию завтра. Устройство проекта «Фауст» завершено на девяносто четыре процента. Ожидаем поставку биологического материала источника...
- Стоп! Что ты сказал? – я аж вздрогнул, когда услышал слово «источник».
- Биологического источника. – Лебедев покосился на меня с некоторым раздражением. – Что тут непонятного?
И тут до меня дошло. Так вот оно что... Эта камера со стеклянной дверью... «Гамма-3», источник психотропного излучения. Проект «Фауст». Штрасс собирался вытащить из комплекса генетических лабораторий источник и доставить его сюда! Но зачем?
- Что-то еще по этому «Фаусту» есть?
- Да, вот, – отозвался майор, копаясь в бумагах. – Расшифровки нет, но это интересно... «Фауст», после полной коммутации, способен массово воздействовать на подсознание человека, независимо от расстояния и характера препятствий.
Я мысленно выругался, уже догадываясь о том, что будет дальше.
- Воздействие должно оказать тотальный прорыв в лечении тяжелых психических заболеваний, – он снова зашуршал бумагой. – Вот, дописано отдельно. «Фауст» это мощнейшее психотропное оружие, способное творить ужасные вещи. У енго широкий спектр возможностей. Штрасс обманул нас, его вовсе не интересует лечение заболеваний. Он намерен превратить его в оружие массового поражения, обратив против жителей страны. Это чудовищно и абсолютно недопустимо. Сегодня в 23:00, мы сменим все коды доступа, уничтожим все биологические образцы и законсервируем объект «Омикрон-4». Павел предложил эвакуироваться самостоятельно...
- Вот ведь сволочь, – выдохнул я, отвернувшись от стола с бумагами. - Теперь все встало на свои места.
- Э-э, Макс? Поясни! – Лебедев неожиданно напрягся, резко повернувшись ко мне лицом.
- Да какая разница? – отмахнулся я.
- Макс, я вообще-то подполковник службы безопасности. Именно я веду дело Штрасса. Расскажи, что тебе известно? Вдруг, это поможет сформировать общую картину.
Я ухмыльнулся, но все же не ответил, не обратив внимание на изменившееся поведение офицера.
- Вильгельм Штрасс собирался использовать психотропный источник излучения из «Гаммы-3» для своих собственных целей. Помниться, полковник Зимин хотел того же. Но профессор использовал его как пешку, рассчитывая все подмять под себя. Я как-то попал под такой источник – едва мозги не расплавились.
- И? Это все?
- Все просто. Штрасс рассчитывал все прибрать к своим рукам. Неведомые покровители ему стояли поперек горла, поэтому он был вынужден плясать под их дудку. Здешние ученые поняли, к чему все идет и решили помешать ему. Видимо, что-то пошло не так и они не успели завершить начатое. Ну, тут уже пошли мои догадки. Странно, что после 1995 года, Вильгельм не пытался вернуться в свой «Омикрон». Интересно, почему?
- М-да... – тяжко вздохнул Лебедев, задумчиво отошел от стола, обошел наемника. Затем резко повернулся и ударил его прикладом автомата по затылку.
Не ожидавший такого Скат, рухнул как подкошенный.
А подполковник развернул ствол, нацелив его на меня.
- Максим... – выдохнул он, с выражением сожаления на грязном лице. – Ты очень умный парень. Как жаль, что ты полез туда, куда тебя не просили.
- Какого черта? – Болотов смотрел на Лебедева безумными глазами. Ствол его «АШ-12» смотрел точно в грудь своего коллеги. Но майор явно сомневался, не понимая происходящего. – Что происходит?
 
- Я тебе позже объясню, – похоже, в данный момент, подполковник не считал нужным делиться информацией с майором.
Но я ошибся.
- Думаешь, меня отправили, чтобы спасать тебя и твою жалкую группу? – подполковник рассмеялся. – Нет, вовсе нет. Цель куда важнее. Майор покраснел от негодования. Хотел уже нажать на курок, но вдруг схватился за сердце, охнул и сполз на пол. Выпавший из его рук автомат, глухо брякнулся о бетон.
А Лебедев вновь повернулся ко мне.
- Ничего страшного. Вовремя сработал особый яд. Чтобы не мешал. - подполковник даже улыбнулся. - Клинков – пешка, не видит того, что творится у него под носом. Все уже давно вышло из-под контроля управления. Те, кому служил Штрасс, недовольны. Но я работаю не только на них.
- Двойной агент? – ухмыльнулся я.
- Нет, совсем нет. Проблема в том, что Штрасс почти полтора десятка лет рассказывал им чушь – якобы весь комплекс завалило и к «Омикрону» больше нет пути. Даже предоставил липовые фотографии. Сбивал с нужного пути поисковые отряды.
- И на кого же ты работаешь? Ну-ка, удиви меня.
- После того как ты получишь информацию, мне придется тебя убить.
- Не играй со мной, Лебедев! - я уже начал злиться. Меня столько раз брали на прицел, что психологически это на меня больше не действовало. - Впрочем, наверняка это не твоя настоящая фамилия. Ты же и так не собирался подниматься со мной наверх. Думаю, у тебя уже есть легенда – мол, все погибли в результате несчастного случая, да?
- Может быть. - кивнул тот. - А работаю я на Синдикат.
- О, как! - это было для меня неожиданностью. - Прометей, ваш?
- Да. Но он не справился. Видишь ли, слишком активная деятельность Кирилла и Вильгельма за последние годы не укрылась от нашего внимания. Раз обоих братьев больше нет, то и проблем нет. А что там собираются делать эти самые хозяева подземного комплекса, нас не волнует. В общем, когда стало известно, что комплекс частично разрушен, я получил приказ найти то, что они прятали от нас все эти годы.
Я усмехнулся. Мне было совсем не до веселья, но это получилось неосознанно.
- Знаешь, я бы хотел поговорить еще, но время поджимает. - он посмотрел на часы. - Мне правда жаль, что придется прибегать к радикальным мерам, но...
Из центрального зала послышался какой-то неестественный шум. Чей-то мат, топот.
По лицу Лебедева я понял - для него это полная неожиданность. Ну и кто же там пожаловал?
 Глава 17 
 По старым тропам 
Выбитая ударом рама, вместе с хлипкой решеткой, едва не угодила прямо в человека. Дверь, скрежеща о бетон, жалобно звякнула о противоположную стену.
Мгновенно среагировав, Костолом совершил классический кувырок, затем шустро откатился к правой стене. Быстро сгруппировавшись, он занял позицию для стрельбы с колена и уже хотел дать очередь, когда оценив степень угрозы, сообразил – в данном случае это совершенно бесполезно. Бесполезно в том смысле, что только зря потратит боезапас, которого и так не много-то и осталось.
Нет, неожиданно объявившийся из темноты «Мастерской» противник, не был бронирован, состоял из плоти и крови. Он был подвержен физическому воздействию, не отличался ловкостью. Просто...
- Ни хрена себе, экземплярчик! – проворчал Костолом, понимая, что сражаться привычными методами здесь не получится. Да и стоит ли оно того?
Гигантский черный червь, с сильно раздутым, бугрящимся телом, буквально снес ворота «Мастерской», разбросал тяжелые стеллажи и сейчас практически полностью выбрался наружу. Казалось, что на площадке перед гермоворотами места было много, но на деле оказалось совсем не так. Тварь попыталась собраться в кольцо, но получилось у нее это как-то совсем плохо.
За время странствий по подземному комплексу Костолом уже не раз сталкивался с червями – все они были крупными, черными, но, в общем-то, не сильно отличались друг от друга. Однако то, что сейчас предстало его глазам, не было червем в обычном понимании. Он был реанимированный...