Немилосердная

Октомат был сконструирован с расчетом на разные ситуации, однако нападение целой стаи явно не входило в их число. Мадам Лефу хорошо вооружила устройство и по большей части использовала металлы, да только серебра в их числе не было, так что конструкция оказалась уязвимой перед оборотнями, тем более перед таким количеством. Но француженка не сдавалась. О нет! Мадам Лефу пустила в ход кошмарные щупальца, распыляющие огонь и мечущие деревянные колышки. Алексия понимала, что изобретательница рано или поздно отчается настолько, что снова пустит в ход ляпис солярис, это всего лишь вопрос времени.
Потом леди Маккон приметила над октоматом белый объект, который быстро смещался под воздействием эфирных ветров в их сторону. Это оказался маленький частный дирижабль.
И тут ее скрутила очередная схватка. Алексия согнулась и сползла вдоль стенки кареты на землю, оставив дверь открытой для нападения. Сейчас это ощущение волны впервые стало по-настоящему болезненным. Скрючившись от не ею продиктованных движений в собственном теле, леди Маккон подняла взгляд и устремила его к востоку.
И не смогла сдержать крика — который вызвала не боль, а то, что она увидела. Холодная серебристая синева ночного неба определенно чуть порозовела.
Требовалось как можно скорее загнать всех сверхъестественных в надежный безопасный замок.
Она посмотрела на лорда Амброуза, который стоял теперь над ней, загораживая дверь, чтобы защитить свою королеву.
— Нужно как-то уничтожить эту конструкцию и выиграть время, чтобы добраться до Вулси. Солнце встает.
Глаза вампира стали черными от страха. Солнце остановит оборотней, вернув им человеческий облик. Оно замедлит самых молодых членов стаи, сделав их уязвимыми, и будет по-настоящему опасным для Биффи, еще не овладевшего самоконтролем. Но вампиров оно прикончит всех до одного, включая королеву.
Алексия кое-что придумала.
— Найдите мне носилки, милорд.
— Что, леди Маккон?
— Оторвите крышу кареты или отломайте часть облучка. Два вампира возьмутся за концы доски и отнесут меня в Вулси. Никому не придется до меня дотрагиваться, все ваши силы останутся при вас. И мы рванем к замку.
— Стратегическое отступление. Отличное решение, — и вампир вскочил на облучок.
Алексия услышала громкий треск.
Наверху она увидела яркую оранжевую вспышку, исходящую от дирижабля, и услышала громкий лязг, когда массивный снаряд ударил в верхнюю часть октомата и проделал там дыру. Механизм покачнулся, но не упал.
Лорд Акелдама послал поддержку с воздуха! Алексия понятия не имела, чем вооружены его трутни — возможно, маленькой пушечкой, или ружьем для охоты на слонов, или эфиромодифицированным мушкетоном, — но ее это и не интересовало. С дирижабля выстрелили снова.
К тому времени как второй снаряд попал в цель, лорд Амброуз и герцог оказались возле кареты. Они положили на землю рядом с Алексией широкую доску. Той удалось забраться на нее.
Вампиры подняли импровизированные носилки. Королева и державший Джанела доктор Кадаврс выскочили через верх раскуроченной и опаленной кареты, как черти из табакерки, и бросились в сторону Вулси, перемахнув через поваленное дерево. В исполнении графини с ее пухленькой фигурой, затянутой в цветастое платье, этот маневр выглядел особенно нелепо. Вампиры с леди Маккон пустились следом. Прыжок через поваленное дерево стал для Алексии настоящей пыткой, она не сомневалась, что упадет во время приземления, но смогла удержаться.
Волки надежно отвлекли мадам Лефу, и та далеко не сразу обратила внимание на бегство вампиров. К тому времени как она поняла, что происходит, и стала палить из октомата, все уже были вне зоны поражения.
Стучаться в главные двери замка не пришлось, они стояли широко распахнутыми, а перед ними на крыльце толпились, раскрыв рты, клавигеры и прислуга. Прижимающие к глазам бинокли и стеклокуляры, они были полностью поглощены происходящим внизу сражением. Повинуясь повелительному взмаху руки леди Маккон, смертные расступились, образуя проход, по которому вампиры смогли добежать до самого входа. И тут все резко застыло. Все ждали чего-то с ритуальной торжественностью, абсолютно неуместной в столь отчаянных обстоятельствах.
 
— Ну, в чем теперь дело? — Алексия была раздражена сверх всякой меры. Ее поднесли прямо к дверям, как разодетую свинью на обеденном блюде. «Теперь в любой момент, — подумала она, позволив фантазии разыграться, — может явиться кухарка с яблочком, чтобы засунуть его мне в рот».
Лорд Амброуз опустил свой край носилок, а герцог, наоборот, поднял свой, и леди Маккон соскользнула вниз, едва успев встать на ноги и не заметив, как это произошло.
Быстрый жест обеспечил ей поддержку двух самых мощных клавигеров Вулси, которые подступили к ней с обеих сторон. С их помощью Алексии удалось доковылять до входа в собственный дом.
Но вампиры по-прежнему ждали на парадном крыльце, будто идиотская пародия на осиротевших щенят — бессмертных потрепанных щенят с проникновенными взглядами и смертоносными клыками.
Леди Маккон с трудом повернулась:
— Ну и?
— Пригласите нас к себе, Алексия Маккон, леди Вулси, госпожа этих владений.
Графиня проговорила эти слова нараспев, словно гимн. Она крепко прижимала к груди всхлипывавшего Джанела с огромными от страха глазами. Отчаянный негодник превратился в обыкновенного перепуганного ребенка.
— Ох, да ради всего святого, заходите же, заходите, — Алексия нахмурилась, пытаясь заставить мозг работать. Комнат в замке предостаточно, но где лучше всего разместить целый рой вампиров? Она поджала губы. — Пожалуй, лучше всего отвести вас в подземелье. Это единственное место, в котором я могу гарантировать вам полное отсутствие окон, а солнце вот-вот встанет.
Румпет выступил вперед.
— Леди Маккон, что вы наделали?
Вампиры чинно прошествовали в дом. Алексия указала нужную лестницу, и они стали молча спускаться в подземелье.
— Вы пригласили королеву роя? — дворецкий, обычно довольно-таки румяный мужчина, стал вдруг мертвенно-бледным.
— Пригласила.
Герцог Гематол, проходя мимо Алексии, устало улыбнулся ей, продемонстрировав клык. Он явно принял испуг дворецкого как должное.
— Мы больше не сможем уйти, леди Маккон, вы это осознаете? Когда королева роится и переезжает на новое место, это навсегда.
Леди Маккон поняла наконец, почему лорд Акелдама отказался пригласить рой к чаю, поняла смысл его улыбки. Алексия умудрилась навсегда убрать его самых серьезных соперников из Лондона. Теперь он был не только кормчим, стоящим во главе прошедших специальную подготовку молодых людей, но и становился единственным живущим в столице законодателем мод.
А Алексия заполучила полный подвал вампиров. Навечно.
— Проклятье, до чего меня ловко обставили!
Но тут ее скрутила новая схватка, и сразу стало не до текущих домашних передряг. Она заподозрила, что похожую боль испытывает ее муж, перекидываясь в волка и обратно.
Румпет протянул руку, чтобы ее поддержать.
— Миледи?
— Румпет, к нам на порог явился октомат.
— Да, миледи, я заметил. И половина БРП тоже уже прибыла.
Алексия посмотрела и убедилась, что так оно и есть. Несколько членов БРП, которые шли по следу октомата от самого Лондона, наконец настигли его. Ей показалось, что она может разглядеть высокую дюжую фигуру. Хавербинк.
— О боже. Стая набросится на них, ведь они — еда.
И действительно, прямо у нее на глазах один из оборотней оставил в покое творение мадам Лефу и переключился на агента БРП.
— Мы должны их защитить. Надо вернуть стаю!
— Совершенно верно, миледи.
— Сзывайте клавигеров. Пусть принесут все необходимое оборудование и откроют шкаф с серебром.
— Будет сделано, миледи.
Дворецкий направился в сторону треугольной ниши под лестницей. Возле большого колокольчика, в который он звонил, сзывая всех на трапезу, висела серебряная цепь, а у нее на конце болтался серебряный же ключ. Рядом стоял специальный стеклянный ящик, содержащий большой рог. Румпет одним быстрым движением затянутой в перчатку руки разбил стекло, поднес рог к губам и подул в него.