Развод. Все закончилось в 45 (СИ)

— Привет, – сухо отозвалась я, поджимая от волнения губы. И вдруг почувствовала себя растерянно. Перед глазами мелькали фото, которые всучила мне Соня: Глеб с другой девушкой. С одной стороны, мне хотелось немедленно выставить его за дверь, а с другой, женская интуиция не давала этого сделать – закатить истерику. Будто что-то было не так в этой ситуации, а что я и сама понять не могла.
  
— Ты чего такая вялая? – Троцкий подошел ко мне, и когда наклонился, чтобы поцеловать, меня как током ударила – отшатнулась. Наверное, мое состояние и на лице отразилось, потому что Глеб тут же и сам отступил. Он засунул руки в карманы черных чинесов, привалившись спиной к стене, и внимательно на меня посмотрел.
В голове пронеслось: “если бы он хотел меня бросить, не приехал бы. У нас не та стадия отношения, когда имеет смысл скрываться”. Это с Федором было иначе: совместный быт, ребенок, штамп в паспорте. Здесь у нас ничего – только секс и одно свидание.
Поэтому, я решила, что не буду ходить кругами. Спрошу в лоб. Если правда, значит, мое счастье закончилось быстрее, чем я успела его прочувствовать, как следует. А если нет, то хотя бы не буду томиться, накручивать себя, реветь глупо в подушку.
Набрав полные легкие воздуха, я подошла к столу, взяла конверт, в который Алла аккуратно сложила фотографии и протянула его Троцкому.
— Что это? – удивленно спросил он.
— Мне тоже хотелось бы знать, что это. Может, прокомментируешь? — ох, как мне тяжело далась эта фраза, да и в целом, я дрожала. И чтобы как-то взять себя в руки, успокоиться, отодвинула табуретку и уселась на нее.
Глеб покрутил конверт, взглянув на меня.
— То есть вместо того, чтобы кинуться мне на шею и как обещала, в каком-то красивом бельишке, ты решила начать со странных вопросов?
Голос его звучал спокойно, даже с ноткой веселости. И я подумала, что это хороший знак.
— Хочешь сказать, что всю командировку думал только обо мне? – я постаралась улыбнуться, но вышло это слишком натянуто.
Троцкий взял табуретку, уселся на нее, рядышком со мной, и даже приобнял. В этот раз я не отодвинулась, хотя ощущала некую напряженность. А еще страх. Мне банально не хотелось попасть в один и тот же капкан дважды.
— Иначе бы я не привалил к тебе сразу, как только вернулся. Знаешь, просыпаться со стояком – то еще удовольствие. Особенно когда под боком нет той, кто бы мог это дело разрулить.
— Глеб, – вздохнула я, уже толком не понимая, что происходит. – Просто открой этот конверт.
— Ну ладно, – он капитулирующе убрал руку с моего плеча и наконец-то выполнил мою просьбу. А дальше я молча наблюдала за его реакцией, в надежде считать правду. Когда Троцкий стал вытаскивать снимки, его брови поползли вверх. Он разглядывал фото медленно, казалось, словно сам видел первый раз в жизни их, вернее девушку на них. Полистав все, он засунул снимки обратно, и протянул мне конверт.
— И что это за хрень? – спросил Глеб.
— Кто эта девушка… с тобой?
Троцкий поднялся, провел рукой по волосам, но отвечать не спешил. И меня это сразу напрягало. Значит, снимки не совсем фейк, и в них есть доли правды. В груди тут же болезненно отдало, к глазам подкатили слезы, однако я взяла себя в руки. Еще не хватало перед Глебом показать себя не в том свете, разреветься как последняя дура. Вот уйдет, тогда и наревусь. А сейчас, надо оставаться в трезвом уме.
— Ты ничего не скажешь? Или у нас с тобой не те отношения? – каждая фраза давалась мне с трудом, несмотря на маленький огонек надежды, что еще горел во мне. Проклятое желание услышать опровержение.
— Слушай, – Троцкий вдруг повернулся к и так громко прорычал, что я аж вздрогнула. — Ну я еще не совсем олень, ничего не понимаю.
— В см…
— Я отчетливо помню эту девку, она официанткой работала в ресторане при отеле. Обсуживала как раз на днях столик, за которым мы сидели с партнером. Но чтобы я с ней спал, нет… это просто невозможно. Абсурд какой-то! – Глеб провел пальцем по переносице, потом вытащил телефон и стал кому-то набирать.
А я растерялась. Не такого ответа ожидала услышать. Мне казалось, он скажет, это все неправда или же наоборот, да у нас был секс. Но чтобы Троцкий был в шоке, чтобы не понимал, откуда он оказался на снимке – к такому я была не готова.
– Василий Васильевич, – громко поприветствовал Глеб кого-то в трубку. — На днях я отдыхал в твоем отеле. Произошел один забавный случай, у тебя же там стоят камеры в коридоре? Да, мне нужно кое-что глянуть. Да, ничего не украли. Не переживай, там… ну кое-что другое. Так сможешь прислать? Я даты своего заезда скину сейчас. О! Отлично! Давай, буду признателен. Все, на связи.
Отправив сообщение, и отложив телефон на стол, Глеб снова сел рядом со мной. Мы переглянулись, будто оба находились на какой-то грани. Склонив голову, я сжала в руках конверт, желая сжечь его и никогда не видеть.
— Ты думаешь, – спросил он неожиданно. – Что я бы стал трах*ться с какой-то девкой, встречаясь с тобой?
Я промолчала.
— Какой в этом смысл? Ну что мне двадцать лет что ли? – вполне резонно сказал. Я и сама понимала, как это странно и нелогично. И главное, не в характере Глеба. Он слишком занят работой, проектами, да и Федор в свое время говорил, что Троцкий в отличие от многих, с его-то деньгами, далеко не ловелас.
— Мне принесла их Соня, – призналась я. Пора было принимать чью-то сторону. Будь я гордячкой, выставила бы Глеба за дверь. Но я простая, женщина, которая все еще верит в людей, в чувства, в искренность. Поэтому, наверное, и дала шанс тому, что зародилось между мной и Троцким. — Глеб, я ведь не держу тебя. Если ты…
— Верно, – кивнул он. Затем обхватил мой подбородок пальцами, заставляя посмотреть на него. И у меня от этого сердце забилось быстрее, словно к нему подключили электрический кабель, накачивая энергией. Я будто до этого и не дышала, а теперь смогла наполнить легкие кислородом.
— Глеб…
— Это я тебя держу, потому что у меня знаешь, как черепушка едет на тебе? Другая бы уже мне по морде прописала, а ты вон, ждешь терпеливо. И это меня еще больше заводит, – он улыбнулся, я же тихонько хихикнула. Не знаю почему, но мне стало легче. Будто плохое отступило.
— Сейчас выясним все и Соню твою, и ту бабенку я за яй… ну короче административку им пропишем.
Ответить я ему не успела, у Троцкого пиликнул мобильный.
— О, быстро они. Запись с камеры. Посмотрим кино?
  
Глава 40
 
Увидев фото, я, честно говоря, и сам впал такой неописуемый шок, что только и мог мысленно материться. Не помню такого, хоть убей. Какая-то левая баба, в одном лифе, рядом со мной… и главное спящим, да так лыбу тянет, словно получила пять оргазмов за вечер.
И перед Ксюшей стало, конечно, неудобно, капец как. Я ж тут считай мерзавцем предстал, который трах*ет все движимое и недвижимое, а это ну не про меня. Мысль позвонить Василию возникла сразу, а уж когда он прислал видео, я моментально напрягся. Вдруг реально накосячил? Может перебрал и забыл все? Да ну нет! Быть не может. Алкоголь меня берет не сильно, за всю жизнь я ни разу не напевался в хламину, чтобы на утро не помнить ничего.
Виду старался не подавать, что ситуация меня мягко говоря злит, тем более Ксюша не истерила, и мне льстило, что она так беспрекословно доверяет, старается как-то сохранить наши отношения. Может, внутри у нее тоже разгорался тот еще пожар, но в реальности она вела себя сдержанно, достаточно корректно.
И вот это ее такое поведение, неприступность, в какой-то степени возбуждало. Ствол в штанах уже колом стоял, стоило мне переступить порог квартиры, теперь же и подавно изнывал от разрядки. Мысленно я был не здесь, а в спальне, заставляя Ксюшу извиваться подо мной и просить еще. Но увы… в реальности приходилось решать проблемы, от которых у меня аж челюсть сводила. Узнаю, кто сделал, закопаю суку!
  
Видео прогрузилось и на картинке, пусть немного размытой, отчетливо было видно следующее: девушка, молодая, вроде та, которая и на фото, остановила в коридоре парня с подносом.