Культивация рунного мастера 5 (СИ)
Все рунные ловушки, которые он встретил, не стоили толики его внимания. По крайней мере они не шли ни в какое сравнение с рунным искусством его клана — Верховного Дома Вейл город Антинохль.
Через несколько поворотов его внимание привлекла огромная дыра в стене.
Края пролома были оплавлены, покрыты сероватым налетом, а на полу валялись обломки раздавленной ловушки. Это были явно следы чьей-то недюжинной титанической силы.
— Борга Скалолом, — узнал Кайлус с отвращением, проводя пальцем по краю пролома. — Конечно. Зачем искать изящное решение, когда можно просто проломить стену? Тупоголовый варвар.
Он покачал головой и пошел дальше по своему коридору.
Пусть дикарь крушит стены лбом. Истинный мастер следует пути, предначертанному создателем лабиринта, преодолевая препятствия с достоинством и изяществом.
* * *Где-то в соседних коридорах мистического лабиринта тихо скользила Лиара Корвус. В отличие от остальных участников, она не спешила.
Внезапно отдаленный грохот сотряс стены. Еще один проход, проломленный грубой силой. Борга Скалолом, без сомнения. Лиара позволила себе едва заметную усмешку под капюшоном.
Коридор впереди расширялся, переходя в просторный зал. Лиара замерла у входа, оценивая ситуацию.
Это была Древняя библиотека рун. Стены покрыты каменными табличками с выгравированными формулами — знания накопленные практиком уровня суперновы, без всяких сомнений бесценные для любого начертателя.
Пока остальные рассматривали лабиринт лишь как препятствие, которое поскорее нужно пройти, Лиара знала, что сам лабиринт содержит «счастливые шансы» для молодых рунных мастеров. Это ведь территория наследия. А наследие создано, чтобы одарять достойных.
Нужно лишь только поискать, более тщательно смотреть по сторонам, искать скрытые знаки и указатели.
Возможно Кайлус еще как-то догадывается об этой ценности лабиринта, но Борга и этот самый слабый из участников, кажется его звали Джино, они точно не в курсе об этом.
И эта библиотека рун, спрятанная в одном из ответвлений, как раз являлась одним из приготовленных для претендентов сокровищ.
Однако, Арктониус не оставил ее без защиты.
Три голема патрулировали помещение. Не маленькие, как те, что встречались раньше, а полноразмерные стражи, каждый в человеческий рост. Их движения были плавными, почти органическими.
Прожекторы из их горящих эфиром глаз постоянно сканировали пространство. Между стенами же протянулись тончайшие нити эфирной энергии — сенсорная сеть. Эта сеть была настолько плотной, что ни один человек не смог протиснуться через ее зазоры не задев какую-либо из нитей.
Девушка подняла руку, и ее пальцы принялись чертить в воздухе руну.
Как только руна была завершена, очертания девушки постепенно стали прозрачными, пока она окончательно не исчезла из поля видимости для обычного глаз.
Висящая в воздухе руна при это никуда не исчезла, вместо этого по воле Лиары, ее линии стали изгибаться и течь, меняя узор. Руна трансформировалась, вскоре превратившись в совершенно другое начертание.
Это начертание полностью скрыло ауру девушки, сделав ее недоступной для эфирного обнаружения. Руна снова начала изменяться, принимая третью форму. За ней четвертую… Пятую…
С каждой трансформацией руны, какой-либо из аспектов девушки, который могли бы заметить другие практики исчезал, делая ее все более и более незаметной.
Когда все приготовления были сделаны, а Лиара словно исчезла из этого мира, она ступила в зал.
Ближайший голем прошел в полуметре от нее. Его прожекторы скользнули по тому месту, где она стояла, но не зафиксировали ничего.
Далее была сеть из эфирных сенсорных нитей, через которую нельзя было пролезть не задев ее. Но девушка не пыталась пролазить через нее, она просто прошла напрямую. Ее шаги были расслаблены.
Но несмотря на то, что Лиара касалась нитей, ни одна из них не среагировала на нее.
Внезапно проходящий рядом средний голем на мгновение замер, его глаза вспыхнули ярче. Ничего не обнаружив он продолжил патрулирование.
Лиара спокойно добралась до стены с табличками. Пальцы быстро скользили по древним рунам, запоминая формулы. Техники создания резонансных рун. Методы наложения вибрационных эффектов. Формулы ментального воздействия.
Знания текли в ее память потоком. Столетия мудрости, сконцентрированные в каменных символах.
Закончив несколько часов спустя, она так же беззвучно покинула зал. Големы продолжали патрулирование, не заметив ни ее присутствия, ни того, что знания библиотеки теперь принадлежат ей.
Только выйдя в коридор и отойдя на безопасное расстояние, она сняла с себя маскировку.
Издалека по-прежнему доносился грохот от разрушаемых Боргой стен.
— Примитивные методы для примитивных умов, — прошептала она.
Глава 108
Шаги Джино гулко раздавались по пустым коридорам. Стены оставались холодными, будто веками впитывали тишину. Над головой едва заметно мерцали руны, освещая каменные своды приглушенным светом.
На перекрестке коридоров два маленьких голема остановились друг напротив друга. Джино наблюдал за ними, затаив дыхание. Они не бросались в атаку и даже не казались настороженными. Медленно приблизились, будто старые друзья, случайно встретившиеся после долгой разлуки.
Обнялись.
И слились в одно.
Каменные тела перетекли друг в друга, руны сплелись в новый, более сложный узор. Там, где секунду назад стояли два конструкта по колено ростом, теперь возвышался один — по пояс. Вдвое больше и вдвое сильнее.
Вот же дерьмо.
Джино застыл в тени, наблюдая, как новорожденный страж развернулся и продолжил патрулирование. Мысли заработали быстро. Его разум, закаленный сражения с химерами, где любая ошибка стоила жизни, мгновенно просчитал последствия.
Каждый разрубленный голем это не уничтоженная угроза. Каждый осколок — семя будущего врага.
Его тактика «порубил и свалил» вообще ничего не меняла. Ибо сколько их ни руби, угроза останется. Рано или поздно все эти куски, разбросанные по коридорам его руками, найдут друг друга. И тогда…
Тогда даже кровавое усиление не поможет.
Время. У него заканчивалось время.
Он развернулся. Нырнул в боковой проход. Коридор петлял, словно змея, разветвлялся на перекрестках, вел в тупики, где стены смыкались мертвой хваткой. Джино шел, и с каждым поворотом росло ощущение, что лабиринт играет с ним. Возвращает на прежние места. Ведет по кругу.
И повсюду находились «они».
Скрежет каменных ног по полу. Тусклое мерцание рун в темноте. Тяжелая поступь, от которой дрожали стены.
Големы.
Впереди показался очередной милый кругляш, уже слившийся в более крупную версию. Его рост теперь доходил Джино до пояса. Руны на поверхности мерцали ровно и спокойно, будто старались показать, что он никуда не торопится и прекрасно понимает, что добыча никуда от него не денется.
Позади раздался скрежет. Приближались несколько.
Некуда отступать.
Нож скользнул по ладони, холодное лезвие оставило за собой резкую полосу боли. Кровь тёплой струйкой вылилась на пальцы, в темноте она светилась мягким красноватым эфирным свечением.
Этот оттенок жизни, заключённой в его теле, не вызывал страха, он казался естественным, почти привычным. Далее пальцы Джино задвигались быстро, вычерчивая знакомые линии на клинке меча. Мышечная память, записанная руной в его сознании, направляла каждый штрих. Кроваво-черное рунное слово вспыхнуло на стали.
Проникающий импульс.
Меч разрубил голема пополам как обычно легко. Половинки упали на пол с глухим стуком, руны на них потускнели, но не погасли. И уже через мгновение каменная плоть затекла, потянулась друг к другу.
Снова.
Еще удар. Еще. Голем превратился в груду осколков, но они продолжали двигаться, сползаться, притягиваться невидимым магнитом.
Бесконечность.