Слезами горю не поможешь (СИ)

— Романтичненько, да, — злобно выдохнула я, и от обилия негативных эмоций, пнула медведя под ребра.
Оставаться в «фигваме» я не планировала, впрочем, как и задерживаться в райском верберском уголке. Прихватив остатки чая, в надежде встретить желающих и угостить вкусным напитком, не иначе, бросилась на поиски Эми. Ночь крови ещё не наступила, но мало ли, медведь пожалует за приглянувшейся девушкой.
Остаточные воспоминания то и дело всплывали перед глазами. Суть ритуала заключалась в том, что по зову крови девушки, созданные для медведя, сами приходят в священное место, выбранное все тем же духом природы. Как ни странно, но о новом «месте сбора», верберы узнают и готовятся заранее, а вот будущих медведиц увидеть или предсказать невозможно, даже хваленое седьмое чувство зверя не способно почувствовать истинную суть такой женщины. По сути, медведицей может стать любая, связанная так или иначе с оборотнем, но почему-то этого не происходит. Девушки, поддавшиеся зову, пройдя слепым туннелем к месту дислокации верберов, автоматически становятся претендентками на роль супружниц или, как здесь принято называть, медведицами. Не имея каких-то индивидуальных способностей, данные особи женского пола нужны исключительно для повышения демографической ситуации и совершенно ограничены в правах и свободах, не являясь полноценными членами клана. Если девушка, по неопытности или насильственно, что тоже допустимо, пройдёт ритуал крови с супругом-медведем, выбравшим её, считайте, что её песенка спета. Вот именно такое развитие событий пыталась предотвратить я, бегая, как сумасшедшая, сгорячим чайником в руках, от шатра к шатру. Эми нигде не было, правда, и свободного места не было нигде. Медведи расположились повсюду, словно их всех совершенно внезапно подкосила загадочная лихорадка. Интересные позы, приводили в замешательство, пугая и вызывая смех одновременно. Я боялась даже дышать, боясь потревожить чужой покой.
— Ничто не делает ужин таким вкусным, как отсутствие обеда, — шепотом вымолвила я и побежала дальше, накручивать шестой круг, в тайне радуясь тому, что травка подействовала на всех без исключения, облегчив осуществления плана. Тщательно осмотрев все шатры, аккуратно, стараясь не делать лишних движений, двинулась в чащу и замерла, осоловело уставившись перед собой. Интересное действие предстало передо мной. Эмилия Ингосельская, герцогиня и королевская кровь, самозабвенно целовала воздух перед собой. Тихонько, стараясь не шуметь, подошла к подружке, и заглянула ей через плечо, сложив губки бантиком, произнесла:
— Я тут, значит, делом занимаюсь, нас спасаю, сбилась со счёту, который раз. А ты поддалась искушению и все-таки спятила! Не верю своим глазам, Эми! Честное слово, просто нет слов, судьба не могла так надо мной посмеяться, в конце концов, где в жизни справедливость?! Духи! Не то, чтобы я жалуюсь, просто услышьте меня и спасите, если сможете.
Эми оторвалась от своего, безусловно, увлекательного, занятия и обернулась на мой зов, слегка покраснев.
— Стася, не ожидала тебя здесь увидеть, — тихонько пробормотала она, но я услышала, гневно уставилась и рявкнула:
— А где я, по-твоему, должна быть? У нас планы вроде бы как намечались такие… далеко идущие. Да я уже раз двадцать весь лагерь оббегала в надежде отыскать одну самоуверенную медведицу, недобитую. Нам когти рвать надо, понимаешь? А ты на прогулку при луне, видите ли, вышла, воздухом подышать. В лучшем случае, это при удачном стечении обстоятельств, проведем остаток жизни в логове верберов в статусе «любимой» жены, в худшем могут пустить на ленточки, если улучшить демографию не удастся. Медведи — мужики верные, правильные, больше одной жены за раз замуж не берут. Плохо только одно — развода у них нет, да и смертность большая. А все почему? Правильно, выбирают плохо, да о родословной не думают, какую зов призвал, такую и берут, делов-то. Знаешь, какой шанс у магини и медведя деток заиметь? Никакого! Думать даже об этом боюсь, о таком исходе дела…
 
— Стася, я понимаю, для тебя это удар, но нам не сбежать, понимаешь? — тихонько махнула головой в сторону деревьев. Я попыталась взять себя в руки, нервно сжала кулаки и, щуря глаза, подошла к подружке. Пережитый стресс, нервное истощение и события последних дней, явно отрицательно сказались на моём самочувствии. Задумчиво пыхтя, я всматривалась в то место, где только что стояла Эми, и ничего не видела.
— Может объяснишь? Я ничего не вижу!
Эми улыбнулась и спокойным ровным голосом произнесла:
— Видеть ничего не надо, надо слушать.
Девушка протянута руку и постучала, раздался слабый мелодичный звук, чем-то напоминающий звон бокалов на празднике. Поляну опоясывала завеса, по структуре сходная с той, что расположилась по берегам Медвежьего острова, только вот она имела вполне материальное воплощение. Стена из прочного, магического стекла обволакивала поляну, словно плёнкой, не пропуская посторонние звуки и изолируя от магии. Смысл сказанного постепенно начал доходить. От бессилия, закусив губу, я уселась прямо на стылую землю, пытаясь унять нервные всхлипывания. Выхода я не видела, только стену, холодную, злую, лишающую надежды на будущее. Странная усталость опустилась на плечи, завораживая, лишая желания связно мыслить. Сложив руки, я уставилась на прозрачное, слегка поддернутое утренней дымкой, стекло. Бороться сил не было, их не отсталость, грусть и апатия начали проникать в душу, лишая надежды. Бессмысленный взгляд блуждал по деревьям, не останавливаясь на чем-то конкретном, просто не было сил сфокусировать взгляд, и в этот миг сквозь толщу стекла мелькнул знакомый силуэт.
— Стася, не пугайся, это Варан. Кажется, помимо двух медведиц, ещё новоиспеченный медведь заглянул на огонёк, поддавшись искушению. Правда, на мой взгляд, все проще — медведица только одна, и она поддалась зову, почувствовала его в душе и бросилась по туннелю, ведя за собой на веревочке парочку простых обывателей. Зов проникает в душу к влюбленной женщине. Твоя судьба определена, духи природы вынесли свой вердикт, только в расчёт необходимо внести некоторые коррективы. Единственный достойный кандидат, тот, кому принадлежит твоя душа и тело, в данный момент переворачивает всю империя с ног на голову, и, самое главное, понятия не имеет, где искать. А времени у нас мало, очень мало, — Эми, сосредоточено пинала старую высохшую колючку, расположившуюся неподалёку.
— Варан нам поможет? — прошептала я.
— Скажем так, он сообщит Раэлю, в обмен на небольшую услугу с моей стороны. Но есть и положительный момент. Мерзкого жениха я все-таки лишалась, точнее, он от меня отрекся в твою пользу. Девушка хихикнула, сказав последнюю фразу. — Хотела рассказать тебе сразу, но как-то не успела с этими приключениями свалившимися на наши бедные головы.
— Я что-то плохо понимаю, при чем здесь я!? А, главное, вместо того, чтобы зубами разгрызть хрупкое стеклышко, вы обсуждали королевские сплетни, в то время как я спасала свою девичью честь от всяких посягательств!
— Моего бывшего женишка звали Дарнедол Менраст, герцог Иредамский. Знакомое имя не правда ли? — дикий радостный хохот огласил окрестности. Девушка была явно не в себе. Зачем же так шуметь, в конце концов, мы тут не просто так — мы сбежать пытаемся!
— Дарн, — вздохнула я, оборачиваясь на шорох. — Твой жених оставил тебя в покое… — договорить не дали. Что за вредная привычка всегда перебивать! Где хваленое воспитание, в конце концов!
— Мерзкий, подлый герцог Иредамский официально расторг помолвку, принёс свои извинения родителю и смылся в неизвестном направлении. Да, к чему это я?! Ах, да! Теперь я свободная высокопоставленная дама и могу оказаться завидной игрушкой в умелых руках, — тихий вздох.
Из её речи я поняла не многое, а объяснять подробности девушка отказалась. Но на что нам разум?! Правильно! Отсутствие данных — не помеха, можно сопоставить факты и додуматься до всего самой. Сердце болезненно кольнуло, предвещая очередные неприятности. И смутное, неприятное подозрение промелькнуло в моей голове.