Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– И вы сможете ее увидеть?
– Смогу. Мои вирусы сейчас только выходят в Сеть. Я могу украсть пароли. Могу заглянуть в офисы и увидеть, где хранится информация с ограниченным доступом. И могу раздобыть то, что вам нужно.
Он выпустил мой локоть. Агрессия исчезла, словно внутри Линча щелкнул переключатель. Клинический случай.
– Четко сработано, – сказал он. – Я вернусь завтра, около пяти. Хочу увидеть экраны, пароли и поминутный распорядок нужного дня.
Он закрыл ноутбук и сел за руль.
– Попрощайтесь за меня с Энни, а то я не успел.
Когда он уехал, я направился к дому, собираясь сгладить перед Энни случившееся в кафе, но она уже катила навстречу. Увидев меня, она свернула к тротуару.
– Куда ты собралась?
– К отцу, на обед. Что там стряслось в кафе? Ты вел себя по-идиотски.
– Это долгая история.
Водитель подъехавшей сзади машины посигналил.
– Мы сможем поговорить, когда я вернусь? – спросила Энни.
Мне этот вопрос не понравился.
– Конечно.
Она подняла стекло и отъехала.
Линч видел меня насквозь. Я пытался выгадать время, но он все сильнее натягивал поводок. Я все больше приближался к точке невозврата, за которой мне останется завершить эту работу и встретить ту судьбу, которую он мне уготовил.
Но он подобрался слишком близко к моему дому, к Энни. Он пересек черту. Я должен найти выход. Со шпионами поступают просто: мертвые молчат. Но мне, возможно, удастся подойти к черте вплотную, но не пересечь ее. И получить кое-что задаром.
Я открыл бумажник и вытащил визитку.
Эмили Блум
Генеральный директор
«Блум секьюрити»
Номер ее мобильного был записан на обороте. Я достал телефон и набрал его.
Глава 27
Двадцать пять минут спустя я уже высматривал Блум в фойе особняка в Джорджтауне, где она велела ее отыскать. В этом доме я уже бывал. Он принадлежал женщине, которая была профессиональной светской львицей и хозяйкой приемов (такое все еще существует в Вашингтоне). В свое время вышла замуж «за деньги», купила шикарный особняк в романском стиле на Кью-стрит и начала давать приемы, которые, по-французски грассируя, называла «салонами».
Заманить на такие мероприятия важных персон не так уж и трудно. Несмотря на все ловушки власти на Капитолийском холме, большинство сенаторов и конгрессменов живут как второкурсники во время сессии, ночуя вместе с другими политиками в апартаментах на Холме и питаясь едой навынос и сухими завтраками. Некоторые спят прямо в офисах. И большинство просто счастливо получить повод вырваться из квартирки с двумя спальнями, набитой мужиками среднего возраста в нижнем белье.
Вот я и очутился здесь, в блистательном поднебесье светского мира Вашингтона: на вечеринке, которая заканчивается в половине десятого и где самые жаркие споры вспыхивают из-за оценки деятельности бюджетного управления конгресса. Я поболтал со знакомым лоббистом, пока тот обшаривал взглядом фойе в поисках более интересного собеседника. Заметив толстяка в кремовом костюме, он с облегчением бросил: «О, природный газ тоже здесь» – и рванул к нему, даже не дослушав меня.
Наконец я заметил Блум возле бара. Мне требовалось выяснить, на кого работает Линч, и найти способ выйти напрямую на его начальство. Я знал, что у Линча есть прикормленные копы, поэтому обратиться к властям напрямую было столь же рискованно, как ходить по минному полю, но Блум могла помочь отыскать через него тропу.
– Вам больше не попадались наши друзья из переулка? – спросил я.
– Нет. А вам?
Она взяла с подноса проходившего мимо официанта два бокала вина и протянула один мне.
– Возможно.
Она подала мне знак следовать за ней. Мы прошли через гостиную и поднялись на второй этаж. Блум быстро провела меня через хозяйскую спальню в кабинет. Все стены там занимали полки с восхитительными старинными книгами в зеленых и коричневых кожаных переплетах, – наверное, какой-то дизайнер скупал их полками. В голове у меня вертелось столько преступлений и угроз, что я ощутил себя среди этих вежливых вашингтонцев самозванцем, чьи руки все еще обагрены кровью. Но рядом с Блум я мог немного расслабиться, с радостью сознавая, что и здесь есть человек, который иногда ходит по тем же темным переулкам.
– Вам удалось узнать о них что-нибудь еще? – спросил я.
– Я ими не занималась, но знаю человека, с которым вы можете поговорить.
Дверь открылась, в кабинет заглянула хозяйка дома и увидела Блум, прислонившуюся к столу ее мужа. Женщина извинилась и закрыла дверь. Я представил, что Блум всегда так поступает: заходит в комнаты с табличкой «Не входить», располагается в чьем-то кабинете и ведет себя настолько естественно, что именно те, кто застает ее в таких местах, ощущают свое присутствие неуместным.
– Этот ваш человек имеет отношение к правоохранительным органам?
– Да.
– Я могу ему доверять?
Она не ответила, потому что смотрела на кого-то за моей спиной. В дверях стоял наш общий друг Так Штраус.
– Привет, ребята, – сказал он, входя и усаживаясь на боковину кушетки.
– Что случилось? – спросил я.
– О чем это вы разговариваете?
– Просто налаживаем кое-какие деловые контакты.
– Я кого-то из них знаю?
– Вряд ли.
В кармане у Блум зажужжало. Она взглянула на телефон:
– Черт, мне надо бежать.
Проходя мимо меня к двери, она чуть задержалась и шепнула мне на ухо:
– Могу вам помочь. Встречаемся снаружи через пять минут.
Когда Блум ушла, Так уселся на кушетку и откинулся на спинку.
– А я и не знал, что вы с Эмили друзья, – произнес он прокурорским тоном.
В наших кругах нет ничего странного в том, что мужчина и женщина дружат или уединяются, особенно когда дело касается бизнеса. Однако Так был чрезмерно ревнив ко всему, что касалось Эмили Блум. Хотя Так был практически обручен, он всегда дышал к ней неровно.
– Мы встречались пару раз. Она отличный профи.
– Знаю. У вас с Энни все хорошо?
– Конечно. Хотя приходится разрываться между работой и свадьбой. А что? Ты что-то слышал?
– Энни – изумительная девушка, Майк.
– Она тебе что-то сказала?
– Нет. Просто хочу посоветовать, чтобы ты не принимал все как должное.
– Никогда не буду.
Он всмотрелся в мое лицо.
– Мне пора идти, – сказал я и направился к двери. – Завтра с утра надо быть на Холме.
* * *Блум стояла на углу в тени старого вяза, разговаривая по телефону. Когда я приблизился, она завершила беседу.
– Я же вам советовала не связываться с той бандой, Майк. Что произошло?
Она зашагала вниз по склону в сторону реки.
– Надеялся, что вы мне скажете. Вы узнали о них что-нибудь?
– Как я уже говорила, этим делом мы занимались очень поверхностно. Но у меня для вас есть имя: Пол Лэссетер.
– Городская полиция?
– Полевой агент ФБР. Он возглавляет расследование.
– Заслуживает доверия?
– Да, – ответила она так, словно я удачно пошутил. – Он мормонский епископ. Девять детей. Живет в округе Лоудон. Абсолютно честный.
– Можете связать меня с ним?
– Конечно.
– А прямо сейчас не можете ему позвонить?
Она проигнорировала вопрос. Я подумал, что добиться ее помощи будет не очень-то легко.
– До меня недавно дошли слухи, – сказала она. – О вас.
– Я не очень-то интересный объект для слухов.
– Что вы некий взломщик-виртуоз. Или были им.
– Где вы такого наслушались?
У нее поникли плечи.
– Там, где я добываю бо́льшую часть слухов. Во время поисков в публичных архивах.
– В «Accurint»? Или в NCIC?
Второй источник – национальная база данных преступников.
– О нет, – отмахнулась она. – У меня своя коллекция, по сравнению с которой полицейская база – все равно что картотека. Мой прадед начал ее собирать еще до ФБР. Майкл Уэлш Форд. Кража со взломом. Уголовное преступление третьего класса.