Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Фалькон кивнул. Он понял, чего не хватало в его жизни: простоты. Он притянул ее к себе, поцеловал, ощущая запах кофе и тоста.
Было девять тридцать утра. Он позвонил на мобильный Рамиресу.
— Ты назначил на утро встречу с Карлосом Васкесом? — спросил Фалькон.
— А что с ордером на обыск — договорился с Кальдероном?
— Я не мог его поймать, — ответил Фалькон. — Вчера вечером его не было в офисе.
  
— Значит, попробуем уговорить Васкеса, — сказал Рамирес. — Перезвоню, когда договорюсь о встрече. Я только что поместил фотографию Сергея в национальной и международной компьютерной сети.
Фалькон позвонил Алисии Агуадо, чтобы спросить, можно ли чуть позже заехать и отвезти ее в Санта-Клару к Пабло Ортеге. Она сказала, что будет его ждать.
Пока он ехал в город, Рамирес сообщил, что Васкес будет в своей конторе до полудня, фалькон записал адрес. Как только он отключился, раздался звонок от Кристины Ферреры.
— Надя исчезла, — сказала она. — Вчера вечером явились два парня, забрали ее и обратно не привели.
— Такое уже случалось?
— Нет, к пяти-шести утра она всегда возвращалась. Что мне делать? — Кристина ждала распоряжений.
— Если не найдется свидетель, готовый дать подробное описание похитителей, в чем я сомневаюсь, ничего не сделаешь.
Офис Карлоса Васкеса находился в малонаселенной части города на краю Сан-Бернардо. Рамирес ждал у входа. Они поднялись на лифте. Инспектор внимательно разглядывал профиль Фалькона.
— Что изучаем, Хосе Луис?
— Тебя, — ответил он с ухмылкой. — Я расслышал кое-что в твоем голосе еще по телефону. А теперь вижу тебя в той же одежде, что и вчера, так что все подтверждается.
— Что именно? — настаивал Фалькон, все еще надеясь отвертеться.
— Я эксперт, — сказал Рамирес, указывая большим пальцем себе на грудь, почти оскорбленный бесстыдством начальника. — Я даже по телефону понял, что сезон засухи закончился.
— Господи, какой еще засухи?
— Все так… или я не специалист? — рассмеялся Рамирес. — Кто она?
— Не знаю, о чем ты говоришь.
Теперь Фалькон, пытаясь изобразить безразличие, рассматривал большое красное лицо Рамиреса и аккуратно уложенные, напомаженные пряди черных волос инспектора.
— Это не та ли laamericana? Я слышал о ней от Фелипе и Хорхе. Они сказали, такая попользуется мужиком — один костюм останется.
— Хосе Луис, думаю, нам стоит сосредоточиться на том, что мы скажем Васкесу.
— Да нет, это не она, — задумчиво произнес Рамирес. — Laamericana — последняя любовница судебного следователя Кальдерона.
— От кого ты это слышал? — спросил Фалькон. — Прекрати, он только что объявил о свадьбе.
Рамирес хмыкнул. Лифт остановился. Они вошли в офис Васкеса и первое, что увидели, — большую картину: расплывчатые огни и контуры зданий проступали сквозь туман. Фалькон подумал, что такое творение вполне мог продать Рамон Сальгадо.
— Разговор поведу я, — сказал Фалькон. — Не встревай, только все испортишь, Хосе Луис. Мне известны факты, которых ты не знаешь. Это важно.
— А я знаю то, о чем ты даже не подозреваешь, — буркнул Рамирес.
Фалькон хотел было спросить, что именно, но к ним уже подошел помощник юриста, чтобы проводить в кабинет Васкеса. Васкес читал какой-то документ и попросил их присесть. За ним висела большая карта Севильи, на ней разноцветными квадратиками было помечено расположение строек. Васкес бросил бумаги в лоток для исходящих документов и откинулся на спинку кресла. Фалькон представил Рамиреса: было заметно, что Васкесу он сразу не понравился.
— Я вижу, против меня тяжеловесы из отдела по расследованию убийств, — нахмурившись, проворчал он.
— Кто написал картину, что висит у вас в приемной? — задал неожиданный вопрос Фалькон.
— К чему это вы? — на мгновение растерялся Васкес.
— Он хочет сперва размяться, — сказал, улыбаясь, Рамирес.
— Немецкий художник Кристиан Луц. Я так понял, это абстрактный вид Берлина. Он нарисовал еще Кельн, картина находится в фойе «Вега Конструксьонс».
— Откуда Вега их взял?
— Купил через местного севильского торговца картинами Рамона Сальгадо. Он, как вы, конечно, знаете, убит.
— А как сеньор Вега с ним познакомился? Рамирес со скучающим видом развалился в кресле.
— Не знаю, — ответил Васкес.
— Не через вас?
— Ну что вы… Должен признаться, я не очень увлекаюсь живописью. Это подарок Рафаэля, — сообщил Васкес. — Я люблю машины.
— Какие машины? — взбодрился Рамирес. Фалькон и Васкес с удивлением посмотрели на него. Рамирес пожал плечами и спросил: — Можно закурить? — Васкес кивнул. Рамирес закурил и опять расслабился, закинув руку за голову.
— Это светская беседа или допрос? — поинтересовался Васкес.
— Сеньор Вега вел два проекта с русскими партнерами, — не ответив, приступил к делу Фалькон, — Владимиром Ивановым и Михаилом Зеленовым.
— Они не совсем партнеры, — уточнил Васкес. — Два русских клиента обратились в «Вега Конструксьонс» для обеспечения технической поддержки. Они платили за архитектурные проекты, за работу инженеров-строителей, бригадиров и некоторое оборудование. По завершении строительства «Вега Конструксьонс» занялась бы также проектированием систем кондиционирования, электропроводки, лифтов, прокладки труб… и так далее.
— Это необычно для «Вега Конструксьонс», — заметил Фалькон. — Фирма ведь выполняла только строительные работы, а партнеры обеспечивали финансирование… Впрочем, в последнее время, насколько я знаю, фирма сама финансировала свои проекты… Кому принадлежат земельные участки?
— Русским. Они пришли к Рафаэлю с предложением, — сказал Васкес. — Они оба не из Севильи. У сеньора Зеленова какие-то проекты в Марбелье, а у сеньора Иванова — в Португалии, на побережье Алгарве. Им было проще заключить контракт на работы, чем создавать собственные компании.
— Они партнеры? — спросил Фалькон. — Они друг друга знают?
— Я… не в курсе.
— Значит, вы вели дела с каждым по отдельности?
— Откуда ни возьмись — две необычных сделки с русскими! — язвительно вмешался Рамирес.
— На что вы намекаете? — обратился к нему Васкес.
— Да ни на что! Отвечайте на вопросы, — сказал Рамирес.
— Можете показать на карте, где расположены эти «русские» объекты? — продолжил Фалькон.
Васкес ткнул в два зеленых квадрата среди множества оранжевых.
— И что особенного в этих двух участках? — спросил Фалькон.
Васкес смотрел на карту как школьник, который знает правильный ответ, но чья уверенность поколеблена грубым учителем.
— Даже я это вижу, — сказал Рамирес.
— Не понимаю, какое это имеет отношение к смерти Рафаэля Веги! — разозлился Васкес.
— Отвечайте на вопросы, — повторил Рамирес, водрузив на стол мощные локти.
— Все строительство вокруг них ведется фирмой «Вега Конструксьонс», — ответил за Васкеса Фалькон.
— И что? — спросил Васкес.
— Мы говорили с сеньором Кабелло. Он заметил, что два участка из тех, которые он передал «Вега Конструксьонс» после свадьбы дочери с Рафаэлем Вегой, являлись стратегическими для застройки целых районов, один из которых принадлежал «Вега Конструксьонс», а второй — конкуренту, который не мог начать строительство без участка сеньора Кабелло. Когда владельцем стал сеньор Вега, конкуренту пришлось уступить район сеньору Веге или… друзьям сеньора Веги. Вот что особенного в этих двух участках, теперь принадлежащих русским.
Наступила тишина, только Рамирес курил, нарочито шумно затягиваясь, наслаждаясь эффектом, произведенным речью шефа.
— Вы прекрасно потрудились, собирая информацию, старший инспектор, — нарушил молчание Васкес. — Но разве это приближает нас к пониманию того, что произошло с сеньором Вегой?
  
— Русские друзья сеньора Веги — известные мафиози. Мы считаем, что они с помощью этого строительства отмывают деньги, полученные от торговли людьми и проституции. Почему сеньор Вега имел дело с этими людьми, почему заключал такие выгодные для них сделки?