Большая по-Беда (СИ)

Эллии. Именно так, с удлинением сразу двух букв. Раса элементалий стихий. Могут воплощать стихию, то есть переходить из человекообразной формы в воздушную, огненную, водную. У них большой город-столица Зассази. Высокие, шпилеобразные башни, хлипкие с виду канатные дорожки из серебристого металла и магического льда. Еда им нужна постольку — поскольку, так же как и все перипетии в мире, ведь существа стихий питаются от них же. Иногда ради любопытства они выходят во внешний мир, но суета соседей им непонятна и чужда. Эти могут призыв и проигнорировать, если им все физическое по барабану.
Русалки… Тут совсем мало! Живут на цепи островов близ Чертогов, под нею, в воде. Делятся на кланы воинов, певцов, собирателей. И то, это не точная информация, скорее слухи. Среди людей бытует легенда о Морских невестах, мол если такая приплывет, то нужно соглашаться на все, в том числе на связь с нею. Если русалку обидеть, а тем паче убить, то мстить будут не только все ее родичи и соплеменники, они еще натравят всех морских гадов и чудовищ на селение, где жил идиот. А вот если русалка осталась довольна, то в благодарность она принесет щедрые дары в виде сокровищ с потопленных кораблей, жемчуг, чистый и огромный, золотые монеты и кубки.
Во избежание смертоубийств Академия магии три сотни лет назад издала запрет на причинение вреда морским жителям. Но в забитых селениях, вроде деревни Голле, до сих пор верят, что русалки едят неугодных им. Или скармливают своим ручным чудовищам.
Есть еще племя очень необычных существ — уннури. Раса очень сильных физически существ. Их кожа подобна камню, ранить их очень сложно, почти все а-магичны, то есть магия на них либо не действует вовсе, либо очень слабо. Нанимаются к людям на тяжелую работу, в телохранители. Простодушны, но легко впадают в гнев. Судя по портрету, они схожи с троллями. Не дай боги, один из них тот самый! Я просто удавлюсь!
Шиассы. Раса полулюдей-полузмей. Живут в большой горе, северном окончании Уадду, Лооданну. Кланы названы и ранжированы в зависимости от силы, ядовитости, телепатических способностей и количеству женских особей, которые неизменно в дефиците. Есть к примеру, Клан Бирюзовых змей, они все юркие, быстрые и очень ядовиты. Укусы этих особей не могут излечить маги. Эти считают белокожих, беззащитных людей не более чем букашками.
Оно и понятно! Если ты с самого рождения так силен и ядовит, то вырастешь со стойким убеждением в своей исключительности. Надеюсь, они будут игнорировать отбор… Только змея мне и не хватало! Кто там дальше?
Тайерри или «лунные дети». Высокие, стройные, красивые, беловолосые, но их волосы снежно-белые, посему их к пророчеству не приплетали. Долгожители, маги, воины, их шпионы неустанно собирают информацию для своего правителя. Он считает свою расу расой свидетелей, летописцев. В их библиотеке, в свитках и кристаллах памяти записана история на тьму веков назад. Женщин мало, берут в жены людских магичек.
Правитель — Деилли Тоидзё, дочь — Пио. И это все, что о них известно? Ничего себе они скрытные! А дальше рании.
Один из кланов оборотней, поселившихся на Уадду. Оборачиваются в самых разных существ, некоторые могут становиться деревьями и частью гор. Их триста две особи, чрезвычайно закрытый и консервативный клан. Правит вождь — Абнни Серый Ветер.
За окном уже совсем стемнело, но вот в дом стал литься яркий свет! И не с одного места, а с нескольких. Маг тоже поднял голову от свитков, притушил лампу и пригласил меня полюбоваться лунами, которые должны стать знамением моей судьбы. Мы вышли из дома, да так и замерли на пороге.
— Какая красота! Рошотт, это невероятно!
Сейчас луны расположены хаотично, но вот уже видно, что голубая и сиреневая встали в ряд. Зеленая, золотистая, алая — одна над другой. И каждая испускает ровное, прелестное, загадочное свечение! Это выглядит как радуга, только ночная, а от того еще более необычная!
— Да, в такие ночи на их сияние можно любоваться бесконечно долго. Можете посидеть на пороге, госпожа, а я устал и пойду спать, — Рошотт достал плетенный коврик и уложил его на ступеньку. Потом зевнул и с прощальным поклоном ушел почивать.
 
Я пока спать не хотела, поэтому запрокинула голову к лунам и долго всматривалась в них. На Земле мы знаем, что наша луна — это одна из планет Вселенной, а здесь что же представляют собою звезды? Мой прагматизм хотел докопаться до правды, но по тут же заболевшей от раздумий голове, я поняла, что нужно принять все таким, какое оно есть. Здесь существование богов — истина, а значит, все планеты и звезды тоже нужны им для чего-то.
Уснула я с легким сердцем, отогнав все тревоги и отложив борьбу с ними на последующие дни.
На следующий день, позавтракав и поговорив с Рошоттом, который суетливо перебирал свои вещи, решая, что взять, а что оставить, я захотела пройти в село. Маг не стал меня отговаривать, только предупредил, чтобы не провоцировала местных. Я сказала, что лезть к ним специально и не собираюсь, просто пройдусь, рассмотрю подробнее их жилища.
По правде, смотреть было и нечего. С того момента, как Жанд привел меня в Голле, ничего не изменилось: те же колья, те же сети. Мужчин сейчас не было, рыбачили наверное. Дети не сидели без дела: строгали свежие колья, кто плел с матерью новую сеть из жил. Одна ватага детишек обступила что-то или кого-то и зло выкрикивала угрозы. Чего они?
— Отродье! — шипел тощий и черный, как цыган, мальчишка лет десяти, — Из-за тебя нас съедят до бури!
И, словно он дал команду, все резко бросились на жертву! Кто с палкой, кто с камнем. Тот, кого они били, крутился волчком, раздавая тумаки, но силы были неравны. Пора вмешаться! Инстинкт воспитателя требовал от меня наведения порядка. Магия воды, послушная моим желаниям и мыслям, растащила участников побоища.
— Что здесь происходит?! Я вас спрашиваю! — я глянула на мальчика, который вызвал такую ненависть у сородичей, и узнала того малыша, которого бросили в мой первый день здесь, — Что за безобразие! За что вы так с ним?
— Не лезьте! — прошипел было наглец, но его друзья одёрнули его, намекая на мой статус, — Он — выродок снуя!
— Что? Снуя?! А такое возможно? — удивилась я.
— После последнего набега родился! — сказал другой мальчик, с большим родимым пятном на щеке, — И не подох даже от голода!
Мое сердце на миг замерло, а потом полоснуло болью! Как же можно так поступать с живым существом?! Он им ничего не сделал, а они травят его и говорят такие ужасные вещи! Маленький снуй уже встал и теперь рассматривал всех своими огромными черными глазами. Он вытер кровь с разбитой губы, но она лилась не только оттуда, а ещё и с ссадины на лбу, скуле, были раны и на руках, плечах.
— Я забираю его! — сказала я твердо, — А вы… вы получите сполна за свою жестокость!
— Чего? — выщерился предводитель этих мелких пираний.
— Я позабочусь, чтобы сюда больше магов не присылали! И вам придётся самим отбиваться от любых нападений! — я подошла к малышу, вода, послушная мне, омыла нежно его раны, которые тут же затянулись на глазах, — Идём! Рошотт, наверное, уже сделал что-то вкусное на обед!
Неверие, настороженность, боль и надежда — в глазах снуя промелькнула целая круговерть эмоций. Никому не позволю тебя обидеть! В мою руку легла маленькая, худенькая ладошка. В душе плеснулось тепло и радость. Как же я люблю детей! Только не таких, как эти хищники! Игнорируя возмущение на их лицах, шипение угроз и предостережений, что снуй меня сожрёт сегодня же, я потянула мальчика к дому мага. Он шел неохотно, точнее, ему будто было все равно. Возможно он думал, что я, прекратив изображать благородство и доброту, снова верну его, а не стану заботиться о нем.
— Как тебя зовут? — глаза-агаты полоснули меня болью и снова опустились в песок, — Ясно. Они не дали тебе имя. Идиоты! Ты не думай, что я брошу тебя! Я заберу тебя с собой! Хочешь со мной в столицу? Скоро мне предстоит долгое и увлекательное путешествие. Мы с тобой увидим город Имэннари, столичную Академию магии, сходим в Оперу. А? Хочешь попутешествовать?