Записки непрофессионала.
- Займи денег. Мне аборт нужно сделать.
- Ничего себе! - возмущение перехватывает мне дыхание, - Как маленькие радости, так с кем-то, а за деньгами ко мне.
- Я всегда знала, что на тебя нельзя положиться, - начинает скандал а-ля фэмили.
- Вот сначала надо было на меня положиться, - демонстрирую я знание родной речи, - А потом денег просить.
Хлопнувшая дверь была мне ответом. Теперь даже не знаю где и что. И поделом.
А теперь в Европу. Полячки. Лошади. Дикие, своенравные, необъезженные, брыкливые... При одном только взгляде на неё всё внутри собирается в комок, рука инстиктивно ищет если не уздечку, то, хотя бы моток верёвки. Взнуздать! Оседлать! Овладеть! Только бы не лягнула.
Немки тоже лошади. Рабочие. Даже если идёт по парку и ведёт двух детей за руку, то на ... спереди написан весь груз тягот и проблем, который ей приходится везти по жизни. «Ой! Всё дорого! Всё плохо...» Пример из жизни: немец заходится в экстазе, увидев, как его сын в первый раз самостоятельно поднялся на ноги и сделал первый шаг.
- О! Дорогая! Ты только посмотри! Где камера?
- Не знаю! – разговаривает с приехавшей подругой.
- Я не могу найти, ты же брала её в последний раз!
- Значит в машине.
- О! Нет! Ты не зарядила батарею?
- Да что ты сегодня пристал ко мне? Решил испортить мой единственный выходной? Поставь зарядное устройство и снимешь завтра.
Француженки. Недаром во всём мире французы считаются самыми лучшими любовниками. С ними иначе не получится. Обезьянки. Ужимки. Смешки. Шутки, порой до скабрезности. Двадцать метров от дома и уже не замужем. Услышав улыбчивое мягкое «р» и особый носовой прононс, хочется завыть по-волчьи, залягать копытом по земле и немедленно стать вожаком стаи. Даже если в ней будет всего одна обезьянка.
Ни от какой другой женщины в мире, едва познакомившись, вы не услышите «Давай не пойдём сегодня в кино, мы же уже были вчера».
Бельгийки. Нет такой национальности. Валлонки – это недоучившиеся француженки.
И фламандки. Бр-р! Есть на земле один зверь. Не имеет ни врагов, ни жалости. Убийца по происхождению. Морская косатка. Порвёт в клочья. Заглотит целиком. Будет преследовать, пока сам от страха не сдохнешь, если удастся вырваться с первого раза. Красивая в своей ярости и силе. И первое место в Европе по мужскому суициду. Полицейские и безработные, бизнесмены и государственные служащие. Пульку в лобик, головку на рельсы, бяку в ротик.
На фоне всеохватного феминизма бельгийские мужики – эдакие маленькие, подленькие садистики. Большей частью, если не получилось с семьей, обзаводятся экс-советской или юговосточноазиатской половиной и начинает из-под тишка измываться, доводя свою подругу до сердечных приступов, головных болей и прочих напастей. Но, правда, без рукоприкладства.
Армянки. Ли-си-цы. Как всегда впереди. За самым лучшим. За денежными мужиками из Бельгии. Все никогда не были замужем. У всех поголовно в самый интересный момент рвётся презерватив и несчастному бельжику ничего не остаётся, как жениться.
Украинки. Змеи, пригретые на груди. Если не ужалит, то придушит любя.
Болгарки. Безрогие коровы. Даже если у вас хорошие отношения, даже... и, всё равно, потрогает с любой стороны роговым отсеком. Проверка на прочность. Хорошо, всё-таки, что безрогие.
Доминиканки и другие испаноговорящие латиноамериканки. Кролики. С неизменной похотью в глазах. С желанием любить и быть любимой. Со скуластым лицом и слегка раскосыми глазами, как напоминание, что до Колумба кто-то побывал в Америке. С грушевидной или бочоночнообразной фигурой. Вы видели талию у кролика? Постоянно в чьих-то объятиях или обнимающие торс своего партнёра.
Мусульманки арабского происхождения. Черепашки. Всё у них так же. Хочет всего того же. И столько же. А низ-зя! И торчат из-под панциря только передние лапки и головка.
Испанки. Молодые ослицы, с хорошо откормленными задками и неизменной сигаретой в зубе. Идёт по улице со своим кавалером, который на ходу тискает хвостик, обтянутый джинсами, истекает влагой и потом, а она смотрит на него снисходительно и... ничего. А слабо мужику поцеловать губки, в которых сигарета торчит? Словно не знает, что толстая жопа с сексом не очень-то связана. Один экс-советянин долго искал и, наконец, нашёл себе испанскую подругу. А теперь плачет навзрыд: «Живём вместе, спим в обнимку, характер золотой... Не даёт!».
Молодые шведки, англичанки и прочие немки валом прут в Испанию, наслышанные о сверхсексуальности южан. А мужики просто голодные. Русские девушки (по определению Маврикиевны) тоже прикатывают в этот полуостров за поиском хорошего мужа, но... довольно быстро начинают подставляться под итальянцев, марроканцев и других «цев», чтобы только не совокупляться с этими кабронами. Русский перевод этого слова начинается на ту же букву.
Ну и, раздав сестрам по серьгам, надо и про своих слово замолвить. МУЖИКИ! Орлы! Воины! Защитники! Добытчики. Убийцы. Подонки. Пьянь и бездарь. Рогоносцы. Примитив, одним словом. Собаки вне зависимости от национальности, грызущие друг друга, бегая за сукой в период течки. И лишь некоторые представители волки.
Чтоб не быть голословным обвинителем, расшифрую. Собака. Наиболее распространённый тип самца homo sapiens. Любит жить в конуре, ласку самки, цепь и мозговую косточку в миске. Может погибнуть от голода, если жена не подаст вовремя кусочек хлеба за обедом. Срываясь с цепи, забывает о супружеской верности и других выдумках цивилизации.
Волк. Не терпит присутствия других особей на своей территории. Прекрасно справляется с заботой о себе любимом. Не страдает коплексом привыкания и быстро ставит на место зарвавшуюся самку. Т.е. за дверь.
И ещё бывают: собака, которая умеет жить, как волк. Волк, мечтающий быть собакой. У вас есть доводы против?
43. Страх.
Лечу, теряя высоту, над Cebreros (Сэбрэрос) и решаю подняться ещё раз в динамике возле горки, где кружат с десяток парапланов. Подлетаю к склону напрямую, делаю по дороге пару фоток. Удар воздуха по передней кромке, как гром среди ясного неба. Обмякли стропы управления в руках и акселератор под ногами.
Рву тормоза вниз и резко отпускаю. Взгляд вверх: крыло, наполнившись, пролетает надо мной и немного вбок. Ещё раз торможу и уже плавно добавляю скорость. Клевок и плавный выход в горизонтальный полёт. Правда, в обратную сторону. Так. А где фотоаппарат? Посмотрел на верёвочку: тянется в карман. Интересно, когда это я успел его туда засунуть? Но всё под контролем, хотя и заныло в правом подреберье. Отмечаю потерю 40 м высоты.
Пересев со средненького и очень надёжного "стандарта", способного летать и на 50% своей поверхности, на "компет", я опять словно вернулся на много лет назад. Когда каждое новое занятие давало новые ощущения. Опять вернулось чувство "подсоса под ложечкой". Разница лишь в том, что к нынешней новизне всегда добавляется багаж знаний и опыта.
И если раньше я искал любую возможность взлететь, даже в неблагоприятных условиях, то теперь я задерживаюсь на старте, мудро наблюдая за местными пилотами, хорошо знающими этот район полётов. Стало обостряться чувство опасности, притупившееся было с возрастом.
Приехав, как-то, на горку всё того же Cebreros, обнаруживаем довольно сильный ветер, переменчивого направления. Погода не для учеников. А несколько местных пилотов стартуют, прихватив несколько сложений возле склона. Я выполняю обычное в таких случаях упражнение: помещаю тело в комбинезон и прижимаю его к нагретому солнцем камню. Приезжают ещё несколько моих знакомых. Тема разговора обычная: