Сомали: Черный пират (СИ)

Когда весь отряд собрался, все дружно потянулись за едой, позвякивая ложками о тарелки и кружки. Яда в чае никто не почувствовал, наоборот: все восхищались его необычным ароматом. Ну, так — фирма веников не вяжет! А ночью началось… Базу буквально заполонили стоны, стенания и невообразимое зловоние! Яд, как и задумывалось, оказался комплексным и на всех действовал по-разному: кого-то тошнило, кто-то поносил, у некоторых поднялась температура, но большинство просто валялось в лёжку, не в силах добрести до туалета или врача.
Врач, кстати, на базе был, но абсолютно неквалифицированный. Просто назначили какого-то осла из местных, вот он припарки всем да клизмы и ставил. Тоже порой полезно. Вся надежда оставалась только на меня: я ж шаман!
Я знал, что в одной из палаток есть тамтам, то ли принесённый кем-то для себя, то ли прихваченный где-то в качестве трофея. Прихватив инструмент, я направился к костру, над которым уже висел котелок с кипящим отваром противоядия. Однако для приготовления лечебной микстуры требовалось время. Поэтому я, демонстрируя всем своё шаманское мастерство, исполнил уже привычную партию на ударных, изредка подвывая в такт.
Отработав чётко по сценарию и убедившись, что микстура готова, я напоил ею своих солдат, попросту наплевав на всех прочих. Во-первых, они были этого недостойны. А во-вторых: какой смысл травить, чтобы так сразу спасать? Пусть проникнутся!
В обед я напоил своих, и уже ближе к ночи большинство из них оклемалось. Остальные смотрели на моих бойцов с откровенной завистью: им ведь нисколько не полегчало за это время. И все видели, что именно я, а отнюдь не врач, спас свой десяток. Вот так и становятся спасителями.
Члены отряда приходили и приползали ко мне по одному и умоляли о помощи, надеясь получить от меня целебный отвар. Но (вот как назло!) я сварил его очень мало, и он быстро закончился, всем не хватило. Особенно тем, кто больше других показал свое мародерство в селении. Может, они и догадывались, а может быть, и нет.
Ночью один из «хероев» умер. Однако все те, кто получил мой отвар, выжили. Мучился и командир всей этой богадельни, да и его десятники страдали не меньше. Шатаясь от слабости, ко мне едва ли не приполз один из них.
— Меня прислал Субоку. Сказал, что если ты спасёшь его и всех остальных, то он поставит тебя своим помощником. И даже заплатит, а также забудет все твои грехи.
Я нахмурился, вспоминая свои несуществующие промахи.
— Но я не хочу становиться чьим-то помощником, я хочу быть самостоятельным.
— Будет, всё будет, — пообещал посыльный и застонал от боли.
— Хорошо, но на всё воля богов. Если боги позволят, то вы выживете, если нет, то, увы…
Тот кивнул, а я отправился разжигать костёр и варить отвар. Первым я сделал варево от поноса. Ну, это тоже лекарство, да и пахнет хорошо. Поноса, по крайней мере, не будет перед смертью. Чем плохо?
Приготовив микстуру, я передал её одному из своих солдат, чтобы тот отнёс лекарство страждущим. Однако к приготовлению самого противоядия приступать не спешил. Его я сварил позже, напоив им пятерых десятников из числа тех, кто, по моему мнению, казался адекватным и управляемым. Нужны мне преданные люди, вот и проверим их благодарность.
— Выпей, — велел я первому из них. — Оно усилит эффект от первого лекарства, и ты выживешь.
Так я обошёл каждого из десятников и каждого напоил, но меня просили об этой милости и другие. Таким я отвечал:
— Духи Африки жестоки, однако вы оказались ещё более жестокими, чем они. Боги не прощают тех, кто окажется сильнее или жёстче, чем они. Вы прогневали богов своей необоснованной жестокостью, и я не смогу вам помочь.
К утру все, кто не получил лекарство, сдохли мучительной смертью. У них был шанс, но они не смогли им воспользоваться. Любая жестокость подавляется ещё большей жестокостью. Всё в этом мире живёт по законам бумеранга или почти всё. Жалел ли я их? Нет. Да и за что их жалеть? К тому же, мне открылся путь в командиры отряда. С этой целью я и явился к советскому капитану.
 
— Я хотел бы стать командиром всего отряда. Я умею лечить и умею командовать.
Капитан поморщился.
— Я тут у вас не решаю ничего. Начальников назначают вожди, с ними и решай.
— Без проблем, — произнёс я по-русски и повернулся уходить.
— Что ты сказал?
Я состряпал самую глупую рожу, какую только смог и вновь повернулся к капитану. Быстро тараторя на сомалийском наречии, задурил ему голову.
— Наверное, показалось, — вслух проговорил капитан. — Совсем уже с ума схожу! Как же задолбала меня эта грёбанная Африка! Когда уже домой? Солнечный Ташкент ждёт меня, там жена, дети...
  
Глава 22 Шаманские игрища
 
Многие ошивающиеся на базе вожди уже знали и о моём шаманстве, и о моих военных успехах. Однажды один из них позвал меня к себе. Я не возражал. Зачем обижать старого и уважаемого человека, тем более хозяина клана? Однако, подойдя к его круглой «юрте», я увидел ещё довольно нестарого человека с живыми и блестящими чёрными глазами.
— Так это ты великий шаман и знаменитый целитель? — с ходу обратился он ко мне.
— Я.
— Угу. Наслышан о тебе. И это ты вылечил воинов от неведомой болезни?
— Я.
— А ещё говорят, что и воюешь ты хорошо?
— Да, так и есть.
Я с интересом смотрел на вождя, ожидая новых вопросов.
— Ты появился из ниоткуда, Бинго, — словно о чём-то размышляя, произнёс он и выжидающе глянул на меня.
— Все мы появляемся из одного и того же места, — мрачно пошутил я, но пояснил: — Я сражался в небольшом отряде под Джиджигой, нас разбили. Я еле спасся, никто больше не выжил, наверное. Я больше никогда не слышал о них.
— Да-да, — покачал головой моложавый старейшина. — А где ты так научился шаманить и знахарствовать?
— Мой прадед был великим шаманом, однако после его смерти этот дар прервался, не перешёл никому по наследству. И вот, неожиданно для меня самого, проявился во мне. Однажды в тайных пещерах Джибути на меня снизошло благословление духов Африки. Я молился им. О, как я молился! И боги услышали и передали мне знания и умения, взамен на жертвоприношения в бою.
Вождь вздрогнул, услышав мои слова.
— Ты заключил с ними договор?
— Да, и они всегда стоят за моей спиной.
Вождя вновь передёрнуло, а в его глазах промелькнул страх. Почему-то все негры верят в духов Африки, в вуду и во всё остальное. Хотя, поскреби почти любого европейца, и не такое полезет.
— Ты спас многих воинов моего клана. Какую награду ты хочешь?
— Я хочу стать командиром всего отряда.
— Зачем?
— Чтобы победить. Вы никогда не победите, потому как не умеете воевать. Я видел ваших воинов в бою. Это обычная банда, а не солдаты. Да, в борьбе против слабо вооружённых защитников деревень и селений они прекрасны. Но стоит нарваться на регулярную армию Сомали, и почти все ваши бойцы разбегутся, как тушканчики. Я это уже видел: шансов у них нет. А со мной они появятся, ведь боги Африки на моей стороне.
Старейшина крепко задумался. Думал он долго, очень долго. Я терпеливо ждал. Почему не подождать, пока председатель всего этого колхоза принимает сложное решение?
— Ты сильный воин, я это знаю. Ты сильный колдун, и это я знаю. Ты сильный целитель, и это тоже бесспорно, — вождь выдержал долгую паузу. — Но ты чужак. И я могу только сказать, чтобы тебя избрали заместителем командира сотни.
— Хорошо, я согласен.
Я не очень хорошо понимал иерархию повстанческого движения. То, что клан исса воевал против других кланов, я знал. Но о том, как тут всё формировалось, не имел ни малейшего понятия. Всё через одно место.
Наш отряд состоял примерно из трёхсот бойцов и считался крупным. В других числилось от ста до двухсот воинов, так что быть полусотником не так уж и плохо.
— Я рад, что ты согласился, но у меня есть к тебе просьба.
— Слушаю.