Сомали: Черный пират (СИ)

— Вон она!
— Угу, а теперь пошли разбираться с теми, кто её заказал или украл, как тебе удобнее думать.
Вор кивнул и снова безропотно пошёл вперёд. Сейчас он топал гораздо уверенней, чувствуя за своей спиной автомат в моей сумке. Через пару минут мы подошли к лачуге, что выглядела не намного лучше той, где прозябал Мудак.
Возле лачуги никого не было. Видно хозяин решил почивать от трудов праведных. Ну, может оно и правильно, а может, и нет. Удар ногой прервал его сладкий предобеденный сон.
— Ты кто? — успел он спросить и тут же получил удар ногой в лицо.
— Дед Пихто! — ударил я ещё одного, что некстати вылез откуда-то.
— А это бабка Тарахто, — представил я своего невольного товарища и снова вломил первому.
Ствол автомата небрежно уткнулся в живот третьему, что сидел в обнимку с бутылкой местного бананового пива.
— Отдыхаете?
Ответа на свой риторический вопрос я не получил, только испуганное молчание и жалобные стоны. Невежливые…
— Вы мою лодку украли?
Их лидер мгновенно сориентировался.
— Это он украл, — ткнул он пальцем в Мудака, — мы ни при чём!
— Согласен, но продал он её вам?
— Нет, — глядя в чёрный зрачок ствола автомата, уверенно отрёкся главарь. — Мы же не знали, что ты владелец, и что ты такой резкий.
— Я не резкий, я решительный словно эсминец, и ваши чёрные шкурки могут пойти на мою кибитку. Я в ней путешествую по свету... Есть желание пожертвовать своей дерьмовой шкурой?
Желающих не оказалось.
— Короче, пацаны. Лодку я забираю. Этого придурка тоже, он теперь мой вечный должник. Возражения есть?
Возражений не последовало.
— Так, а теперь поговорим о компенсации за ваш беспредел.
— Какой компенсации?
— Ммм, это деловой разговор, — я убрал автомат за спину и достал свой пистолет. Выщелкнул из него магазин, вставил обратно, дунул зачем-то в его ствол, прицелился в главаря, потом в другого и убрал за пояс.
— Короче, дело к ночи. Мне нужны решительные пацаны, что не побоятся выйти в море на разбой. Я всё организую, деньги делим пополам. Выручка большая будет. С меня вся организация и оплата предварительных затрат.
— Предварительных? — не понял главарь.
— Я за всё плачу!
— А, понятно.
— Думайте, можно поднять и сотню, и даже две долларов. Ладно. Мы покатили. В лодке бензин есть?
— Есть!
— Точно? — ствол пистолета ткнулся в широкий нос главаря, сплющив его в блин.
— Ну, почти.
— Тогда надо заправить, я не люблю пешком ходить. Давайте канистру и бегом, пока я ещё не передумал. И вообще, мы уже почти компаньоны, бензин — это ваш маленький вклад в ваше же светлое будущее! — с пафосом закончил я.
— Мы и так потратились на него, чтобы перегнать лодку из порта, — заканючил главарь.
— Ну, а что вы хотели, чтобы я давал возможность ворам угонять лодку с моим же бензином? Хватило и того, что я мотор сам починил. Ладно, хорош болтать, давайте шевелите своими ластами, тюлени вы мои. У меня времени мало, мне ещё взятку ментам, тьфу ты, полиции давать. Давайте уже, шевелите своими поршнями, верблюды одногорбые.
Нехотя, но признавая за мной право силы, негры соизволили найти канистру с бензином и залили его в бак лодочного мотора. Погрузившись в лодку, я дёрнул пусковой шнур. Двигатель затарахтел, выдав клуб вонючего дыма, забурлил водою винт. Ругнувшись и помахав рукой своим новым товарищам, я поднял якорь.
Снявшись с места, направил лодку в порт. На этот раз я пришвартовал лодку у другого пирса и, слив весь бензин, оставил в награду грабителям гранату, что привязал к мотору.
Охраннику здесь я популярно объяснил, что уже один раз вернул украденную лодку, и мне ничего не стоит сделать это снова, правда, с печальными для него последствиями. Надеюсь, я смог правильно донести свою мысль. Рядом стоял Мудак и всем своим видом подтверждал мои слова. Видимо Мудака узнали, ну, Мудаков издалека, впрочем, видно, так что ничего удивительного в этом не было. Мудак, он и в Африке — мудак.
Вместе с новым «другом» мы пошли в мою гостиницу.
— Так, ты давай стели себе рядом с кроватью. Вот одеяло тебе, и это, давай-ка руки.
 
Тот протянул ладони вперёд, и я закрыл их наручниками. Дело в том, что по пути я заглянул в магазин товаров для взрослых, что тут обнаружился к моему величайшему удивлению, и купил этому придурку розовые наручники. Нет, никто не собирался пользоваться его беспомощностью, но где я их ещё куплю? А этот… должен привыкать к дисциплине. Дисциплина воспитывается, прививается, а не даётся нам с рождения. К сожалению — это условный рефлекс.
А как негра воспитать? Только кандалами. Увы, но такова проза жизни. Закрыв дверь в комнату, я убрал автомат и пистолет, и задрых, довольный собой.
Ночью мой наивный подопечный попытался сбежать, видимо, надеясь на чудо. Но чуда не произошло, чудо ушло бухать и вернулось лишь к утру. Ожидаемо Мудак его не дождался и заснул, побитый мной от души.
Утро вечера мудренее, и мой новый товарищ прочувствовал весь смысл этой поговорки на себе. Едва проснувшись, я погнал его в порт. Покидав все свои вещи, завёл мотор, залил в него бензина, и мы покочегарили в сторону местной лодочной заправки. Пришлось ещё немного потратиться и приобрести большую бочку на 200 литров.
На бочке красовалась надпись: «Wehrmacht 1942». Эхо войны, так сказать. Бочка была ещё довольно крепкой и вместительной. Двести литров — это карашо. Доверху наполнив её, я в довесок к ней залил топливом ещё одну двадцатилитровую канистру и дал газу.
Ещё на берегу, увидев мои приготовления, Мудак заистерил:
— Эй, Мамба, а куда мы поплывём?!
— В Джибути, а потом в Аден.
— Я боюсь, знаешь ли! Мне страшно. Я вообще сам по себе ссыкливый.
— Когда лодку мою тырил, ты не боялся, а сейчас испугался, видите ли!
— Так там вдоль берега, если лодка тонуть начнёт, то и доплыть можно, — отчаянно жестикулировал Чудак, не хуже, чем главный герой в фильме «Не грози Южному централу». Чудак сильно смахивал на него, особенно по характеру.
— Ничего с нами не случится, — уверенно произнёс я, беря курс на открытое море.
Разрезая океанскую волну, лодка резво помчалась на выход из бухты, вскоре закачавшись на крупной океанской волне. Мотор уверенно та-ка-та-кал, временами захлёбываясь в бессильной злобе холостого прокрута, когда винт выныривал из воды. «Ну, бывает», — успокаивал я его ласковыми словами.
Я правил в сторону Джибути, следуя вдоль берега. Плыть не так, чтобы очень далеко, но всё же прилично. Выехав с самого утра, мы достигли Джибути уже вечером. Пришвартовавшись недалеко от местных крутых яхт, я заплатил охране, которая тут намного лучше несла свою вахту, и отправился вместе с Мудаком в местное гетто. Условия, конечно, поганые, но зато никто не задаёт тебе глупых вопросов. Кто ты и зачем ты. Да и оружие не проверяют.
Мой товарищ уже смирился со своей судьбой и не пытался бежать, да и куда бежать? А я его кормил, спать укладывал, да и вообще заботился. От добра добра не ищут, как говорит русская пословица, да и не только русская, но и любая нерусская.
Я же озаботился пополнением топлива и приобрёл ещё одну запасную канистру, попутно решив вопрос и с запасом продуктов. О состоявшемся месяц назад побеге негров из тюрьмы все уже давно забыли. О нападении на полицейский участок тоже, и никого больше не искали. Да и зачем искать? Разгромили под шумок какую-то банду, на том и успокоились, предоставив отчёт.
Пробыв тут ночь и утро, мы снова отчалили, направив нос лодки на Аден. Ближе ничего интересного не было. Аденский залив не бурлил штормом, его в обозримом будущем вообще не предвиделось, а значит: вперёд к новой лодке или катеру! Аден тоже был портом и весьма большим, так что стоило немного там пошалить. Пока мы плыли, я усиленно обучал трясущегося от страха Мудака править лодкой. Для своего комфорта я переименовал его в Чудака, а то как-то всё же неприлично употреблять вслух данное ему при рождении имя.