Цель рода. Том 2 (СИ)

— Мне казалось в России, это знают.— удивлённо проговорил посол Германии.
— Может быть, но чуть меньше года назад, когда напали на моего отца, я получил травы. Не всё осталось в моей памяти,— проговорил я, осознавая, как близок я к ненужным вопросам.
— Людвиг, а мы можем попросить у вас машину? Добраться до Урала,— перевёл тему Юсупов, с подозрением взглянув на меня.
  
— Хорошо, сейчас распоряжусь. И господа, спасибо вам за Настю. Надеюсь, через несколько недель, увидеть вас живыми.
Уехать мы решили в тишине, не посвящая Настю и Анжелу в свои планы. Тем более как нам сказали, девушки уснули. Немцы их вряд ли обидят, а выслушивать нотации от Анжелы мы были не готовы. Впереди у нас две с лишним тысячи километров дороги.
— Ты готов Дамир?— проговорил Юсупов, садясь на пассажирское место.
— Всегда готов,— повернул я ключ зажигания и переключая коробку передач в положение драйв.
* * *
— Жаль, у нас нет таких машин, — с нежностью поглаживал я руль.
— Это да, немцы принципиально не продают на сторону эту марку. Но нам же лучше. Весь мир знает, что только они на них ездят, больше шансов проехать, не привлекая внимания,— произнёс Юсупов, приоткрыв глаза.
Мы ехали уже шестой час, и я не испытывал ни капли усталости. Огромный, семиметровый белоснежный джип, с гербом Германии на дверях, будто парил на дороге. Бак у машины был по словам Людвига, четыреста литров, а при расходе около восьми литров, нам хватит с запасом до Екатеринбурга. Сама машина мне напоминала Шевроле Тахо из кортежа президента США в моём мире. Позади передних кресел, была расположена металлическая площадка, а сверху огромный люк с распашными створками наружу.В него должен вылазит пулемётчик, при атаке кортежа. В самом конце машины располагалась небольшая скамейка, обтянутая тряпичным материалом и наполненная, наверное, поролоном. А в огромном количестве ящиков внутри, располагалось оружие, гранаты, аптечки, бронежилеты. К этому всему мы накидали ещё несколько сумок с разнообразной едой.
— А что это за марка?— спросил я своего тестя. Разглядывая букву Н в кольце, над которым располагался классический значок ауди, четыре кольца.
— Это Хорьх, из концерна Авто Юнион.
— Авто Юнион?— задумчиво произнёс я, вспоминая, где я слышал это слово.-А Ауди не в него входит?
— В него,— согласно кивнул Юсупов и закрыв глаза, задремал.
Ехать мы решили через Киров на Пермь. Останавливались лишь по нужде, меняясь за рулём. Несколько раз над нами проносились самолёты, но определить, кому они принадлежат, было затруднительно. Армейских частей, мы не встречали, а чем дальше мы отъезжали от Москвы, тем больше убеждались, что страна живёт своей жизнью и граждане, возможно, даже и не знали, что произошло вчера.
— Люди или глупые или слишком безалаберно относятся к своей жизни,— произнёс Юсупов, когда мы обогнали несколько машин с прицепами, где располагались катера и лодки.
— А будь на их месте ты, что бы делал? — усмехнулся я,на его слова.
— Готовился бы к войне, поднимал бы свою гвардию, князя бы, ходил, донимал, что нужно быть готовым,— уверенно произнёс он
— Ты так уверен, потому что ты знаешь о произошедшем. А если бы не знал? Ты ведь заметил, что ни по каким радио каналам нет новостей о случившемся. И это, очень нехороший звоночек. В кремле произошёл теракт, в Москве находились войска враждебной нам страны, а в эфире тишина. То есть логично можно предположить, что за этим стоят высокопоставленные люди и они нам не союзники, раз это скрывают, — говорил я, доставая и бутылочку воды и делая глоток.
— Но Багратион и Вяземский мертвы,— задумавшись над моей речью, спустя пару минут произнёс тесть.
— Именно. Впрочем как и наш император, а кто теперь руководит страной большой вопрос.
— Так Настя же жива. Она и императрица.
— Это мы знаем, что жива и немцы, а остальные?— тяжело вздохнул, я посмотрел на него.
— Думаешь, за этим всем, стоят ещё другие?— выгнул он бровь в недоумении.
— Думаю да. И Насте очень нужно будет постараться, чтобы вернуть власть в свои руки,— произнёс я, не отрывая взгляд от поля картошки, которое простиралось по правую руку.По которому как мне показалась, едет техника,
— Не понял, о чём ты,Дамир?— удивлённо произнёс мой собеседник, перестраиваясь в левый ряд для обгона, очередных неспешных попутчиков.
— Настя не должна была выжить, да и Людвиг удивился, её появлению. Думается мне, что слух, что Романовы мертвы, прошёл по всем официальным представителям других стран,— проговорил я, в очередной раз замечая, на поле столб пыли.
— Мне кажется, у тебя паранойя,— усмехнулся Юсупов, возвращаясь обратно в правый ряд.
— Гони! Быстрее!— крикнул я, увидев как над полем на очень низкой высоте, летели вертолёты.
— Что?— опешили мужчина, надавливая педаль газа.
— Вертолёты справа, давай гони, гони!— крикнул я, откидывая спинку сиденья вниз и отстёгивая ремень безопасности.
— Вертолёты?— успел произнести Юсупов, когда машину, ехавшую впереди нас, окутало взрывов.-Твою же мать,— выругался он и переключив передачу вниз, заставил двигатель взреветь и ускорится.
— Уроды,— прошипел я сквозь зубы, открывая напольную крышку и вытаскивая винтовку.
— Куда ты собрался?— крикнул мне Юсупов.
— Стрелять!
— Нет, только внимание к нам привлечёшь!
А я лишь скрежетал зубами от бессилия. Он прав, нам не нужно лишнее внимание. А мой тесть, нажав на газ, выехал на левую полосу.
Но это всё, что он успел сделать, а я увидеть. Очередной взрыв, настиг нашу машину.
* * *
Открыв глаза, первое что я увидел, были горящие свечи, сто́ящие на столе и подсвечивая, скудную обстановку. Покрутив головой, я осмотрелся. Тёмная, с низким потолком комната, по левую от меня руку, было просто неимоверно маленькое окошко с мутными стёклами. Справа судя по теплу, была печь.
— Мяу,— прыгнула на меня белоснежное животное.
Поглаживая животное по голове, я пытался вспомнить, кто я и как я тут оказался. Но всё было впустую. Голова, такое чувство, что раскалывалась.
— Бабушка, он очнулся!— раздался, звонкий голос от стола, где горели свечи.
— Не кричи Катенька, — послышался скрипучий голос.-Ну и как вы себя чувствуете молодой человек?
— Не знаю, голова болит. А так вроде всё хорошо. Кто вы? И где я?— произнёс я, прислушиваясь к своим ощущениям.
— Ты в моём доме. Я Варвара Петровна, это моя внучка Катеринка,—махнула старушка рукой в сторону стола, а сама усаживаясь на кровать возле меня и кладя свою руку на мой лоб.
— А как я оказался у вас? произнёс я.
— Я тебя и подобрала, у дороги. Лежал весь в крови израненный.
Ещё сутки, бабушка Варя, как она попросила её называть, не позволяла мне вставать с кровати. Поила куриным бульоном и сама помогала мне дойти до туалета. А по вечерам её внучка Катя, рассказывала последние новости, днём-то они были на огороде и ухаживали за скотом.
  
— А я в это время на огороде, картошку пропалываю, смотрю сперва, вертолёты пролетели, а потом танки едут. Ну, думаю учения какие. Где ж это видано, чтобы война-то была в сердце страны. Они мимо проехали, а через двадцать минут, слышу взрывы. Я Катеньку-то в подпол в сарайку отправила, а сама туда. Пока доковыляла, а помогать-то уже некому, везде убитые, машины горят, а вражины эти уже далеко уехали. Ну я и походила по округе, слышу, кто-то кричит. Каждый раз и всё тише и тише. Пока нашла откуда. А ты бедный в луже крови, у белой машины лежишь, в осколках стекла, только автомат у тебя в руках, да пиджак горит. И кричишь что-то неразборчиво,— рассказывала Варвара Петровна на следующий день за завтраком.