1000 Первая дочь (СИ)

Нежный вначале, поцелуй становился все более чувственным. Почти грубым. Губы Майлин стали пунцовыми и слегка припухли. Ее руки блуждали по моим плечам, спускаясь вдоль позвоночника и поднимаясь обратно. Она разжигала во мне такой пожар чувств, что я сгорал от желания наброситься на нее, подобно изголодавшемуся зверю.
Майлин опустила руку и обхватила узкой ладошкой мое достоинство. Коснулась пальчиком истекающей смазкой головки, и я глухо застонал, отвечая на этот немой призыв.
Медлить дольше я уже не мог.
И вновь накрыл ее своим телом, чувствуя, как ее мягкая, гладкая грудь касается моей волосатой.
— Обхвати меня ногами, — попросил я.
Но Майлин прекрасно знала правила этой игры. Она закинула руки мне на плечи, одновременно обнимая ногами и подаваясь вперед. Я скользнул в ее влажную горячую глубину, заполняя собой до предела.
— Я так люблю тебя, Майлин, — признание слетело с моих губ в который раз за этот день.
Я хотел любить ее вечно. До боли, до полного изнеможения. Слиться намертво в единое целое, чтобы никакие силы не смогли разлучить нас.
— И я люблю, — страстно прошептала она в ответ.
Ее ногти впились в мои плечи. Она приподнялась и качнула бедрами, снедаемая страстью.
Я начал двигаться, постепенно наращивая темп, который тут же подхватывала Майлин. Она вся дрожала, готовая к новой разрядке. И вот забилась в экстазе, выкрикнув мое имя.
Пришлось затаить дыхание, приказывая себе остановится. Этот ее оргазм я должен был перетерпеть до конца, прочувствовать и запомнить. И лишь когда тело Майлин расслабилось, я позволил и себе последовать за ней на тот островок удовольствия, где мы не рабыня и хозяин, не королева и ее верный слуга, а всего лишь мужчина и женщина, словно созданные для того, чтобы быть вместе.
Мир за пределами спальни будто перестал существовать. Эта ночь принадлежала только нам. Мы не спали до самого рассвета, наслаждаясь друг другом, словно впервые. И лишь засыпая, Майлин спросила:
— А чем мы займемся завтра?
Я горько улыбнулся, не в силах признаться ей в том, что предрек мне брат король. Все, о чем я мог думать, так это о безопасности Майлин. Должен был ее спрятать, даже если сам больше никогда не смогу ее увидеть. И знал только одно подходящее до этого место. То, что предназначено Майлин самой судьбой.
— Завтра ты отправишься домой, любимая. И займешь место, принадлежащее тебе по праву.
— Я уже дома, — возразила она, уютнее устраиваясь у меня на груди. — Именно там, где хочу и должна быть. Рядом с тобой, любимый.
  
Глава 29
 
Майлин
— Куда мы собираемся? — спросила я утром. — Это новое задание? Что собрать в дорогу? Там тепло или холодно? Может быть, нам придется вновь переодеваться кем-то?
Я была бодра и энергична, как никогда. После ночи любви мне хотелось действовать, жить полной жизнью, помчаться вслед за любимым куда угодно. Хоть на самый край земли.
Но Алексис сегодня был необычайно угрюм и молчалив.
Это беспокоило меня.
— Что такое? — положив руку ему на грудь, я всмотрелась в его печальные глаза.
Перехватив мою ладонь, он поднес ее к губам и поцеловал.
— Возьми только себя саму. Там, куда мы отправимся, тебя примут с распростертыми объятиями. Даже нагую или в наряде горбуньи.
Мои брови удивленно взлетели. Алексис говорил загадками. Я хотела расспросить его подробнее о цели путешествия, но подозрительный шум под окнами отвлек от остальных вопросов. Во двор поместья ворвались слуги Северуса. Размахивая указом, скрепленным королевской печатью, они вломились в дом. Охрана не смогла остановить их.
— Что происходит? — голос мой дрогнул от страха.
Напрасно я думала, что Северус теперь оставит нас в покое. Кажется, он решился на месть и действовал наверняка.
— Не бойся, любимая, — Алексис взял меня за руку, притянул к себе и крепко прижал. — И прости за то, что обманул.
— Обманул?..
Вопрос мой потонул в шуме, создаваемом порывами воздуха. Он бушевал вокруг нас, закручиваясь в спираль. У меня закружилась голова, в ушах зазвенело.
 
— Я должен это сделать, — выкрикнул Алексис. — У меня должно получиться, иного выхода нет.
Неужели он решил использовать свою магию перемещения? Я крепче прижалась к нему, мысленно соглашаясь на все. Уж лучше погибнуть при переносе, чем снова оказаться в лапах короля.
Лицо Алексиса исказилось, каждая мышца тела напряглась. Ему стоило огромного усилия сдерживать прущую из него магию. Но ведь он переносил Вердина во времени и пространстве. Должно было получиться и со мной — я в это искренне верила.
И не напрасно.
Спустя пару мгновений мы переместились — и не куда-нибудь, а прямо в тронный зал короля Ишатра. Я узнала старейшин, разместившихся на ступенях, возле ног худощавого светловолосого парня в белой мантии, отороченной красным мехом. Кажется, это и был назначенный король, которому искали замену. Он выглядел сильно уставшим, если не сказать изможденным. Темные круги залегли вокруг его серых глаз. Множество придворных собралось в зале, все они кричали, что-то требовали от своего короля.
Но когда появились мы с Алексисом, все затихли. На нас смотрели как на полоумных. Слыханное ли дело ― оказаться в тронном зале в разгар большого совета. Нас окружили стражники. Острые концы пик были направлены нам в грудь, они почти касались наших тел. Воины ждали приказа короля, чтобы казнить нас тотчас же.
— Ты?.. — советники тоже узнали Алексиса.
Взмахом руки старший приказал воинам отложить казнь.
— Простите нас, Ваше Величество, — поклонился Алексис. — Но дело не терпело отлагательств. Иначе я ни за что не посмел бы нарушить ваш покой.
— Что ты задумал? — прищурился советник.
Глянул на меня, и я словно окаменела от этого пронзительного взгляда. Язык прилип к небу, а в горле пересохло. Я крепче ухватилась за руку Алексиса, чтобы не покачнуться или не свалиться в обморок.
— Я нашел того, кого вы так долго искали! — объявил Алексис, мягко выталкивая меня вперед. — Вы можете убедиться в этом прямо сейчас.
— Что?!
Теперь уже все советники смотрели на меня. Но в их взглядах не было враждебности, скорее благоговейный ужас и…
Наверное, надежда. Затаенная, глубокая.
Я не понимала, что происходит. Обернулась, чтобы спросить об этом Алексиса, но он лишь кивнул, подбадривая меня.
— Этого не может быть… — прошептал главный советник.
— И, тем не менее, это так, — возразил Алексис.
— Девочка, ― обратился ко мне старейшина. — Ты действительно?.. Покажи нам свою печать!
Я не поняла приказа. О чем говорил Алексис? Что хотят от меня старейшины? Кого они так долго искали и почему смотрят на меня так, словно увидели ожившее божество?
— Пощадите ее скромность, — напомнил Алексис.
Советники подхватили меня под руки и повели по коридорам. Алексис следовал сзади, и только его присутствие помогало мне удержаться от сопротивления. Я даже спросить ничего не могла, не понимая, что происходит. Казалось, мир сошел с ума. Или это я?..
Советники завели в небольшую комнату без окон. Зажгли множество свечей и благоговейно опустились на колени.
— Покажи им свою отметину, — попросил Алексис. — То, что ты всегда считала клеймом, на самом деле было королевской печатью. Твоя мать была не простой служанкой, Майлин. Она родила тебя от Тарима Первого, короля Ишатра. И ты — главная наследница престола.
Все еще не веря в происходящее, я взялась за подол платья, но не могла решиться. То, что говорил Алексис, казалось мне бредом. Я — и дочь короля? Разве такое возможно?
И как показать старейшинам то, что я всю жизнь скрывала? Даже ему, моему любимому мужчине было сложно открыться. А как предъявить посторонним?
— Покажи, Майлин, не бойся, — снова попросил Алексис. — От этого зависит твое будущее.
Я зажмурилась и, замирая от страха и стыда, подняла подол выше. Казалось, все происходит так медленно, будто кто-то наложил заклятие времени. Но старейшины терпеливо ждали, не смея торопить меня. И восхищено вздохнули, увидев печать. Комната наполнилась ликующими возгласами.