"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Туся машинально потянулась к застежкам, вспоминая движения фламенко и танца живота. В голове все мешалось. У нее снова начинался нервный колотун. Куда делся скальпель? Неужто потеряла? Да и какой от него толк: Наташа, кажется, снова близка к обмороку, а саму трясет так, что даже завязки не получается распутать.
— Я же сказал, никаких рук! — диким зверем взревел Саав, словно Туся совершила какое-то святотатство. — Любая храмовая шлюха на Васуки и то понятливее! Не заслужили вы ласки, придется брать, как получится.
Стремительным, хищным движением он сгреб Тусю в охапку и швырнул ничком на пропахшую потом, спиртом и смазкой жесткую постель. Скальпель, все это время преспокойно лежавший во внутреннем кармане штанов, впился в бок, надрезав кожу. Нашелся, гаденыш, ровно тогда, когда руки уже заломлены за спину, да еще придавлены здоровенным, мускулистым телом пирата.
Саав Шварценберг, с нетерпеливым сопением стягивал с Туси штаны, с мясом выдирая застежки.
«Вот тебе и первый раз. Знал бы Командор, для кого свою малышку берег», — с ужасом и омерзением подумала Туся, как об избавлении, мечтая об обмороке. Как назло, сознание сохраняло полную ясность и четкость ощущений, только живот скручивало узлом и к горлу, куда попали разметавшиеся по постели растрепанные волосы, подкатывала тошнота.
И все-таки не просто так она подумала об Арсеньеве. Почти справившись с сопротивлявшейся до последнего плотной, добротной тканью, Саав внезапно издал неопределенный булькающий звук и завалился на бок, чтобы в следующий момент вскочить в боевую стойку. Туся, не теряя времени, выскользнула из-под него ужом, и, выхватывая скальпель, кинулась куда-то в угол каюты. Куда угодно, только подальше от пирата.
— Кто посмел? Убью! — вопил Саав, дико озираясь.
Но в каюте никого не было, не считая Наташи, которая так и сидела у запертой двери, испуганно хлопая глазами.
И в этот момент та же невидимая рука нанесла пирату еще один сокрушительный удар в челюсть. Туся с уверенностью могла сказать, она тут ни при чем. Ну, то есть как ни при чем. Похоже связь, которая объединяла их с Командором и для которой расстояние в несколько сотен световых лет не являлось преградой, вышла на новый уровень. Она тоже не видела Арсеньева, но явно ощущала его присутствие.
И Саав Шварценберг его тоже ощущал, можно сказать, на собственной шкуре. И даже пытался дать отпор. Конечно, его попытки освободиться из удушающего захвата невидимого противника выглядели достаточно странно, но Тусю нереальность происходящего сейчас не волновала. В конце концов, чудеса в ее жизни случались и прежде, а сейчас ситуация была едва ли не страшнее, нежели в рушащемся офисе «Панна Моти». Разве что, в отличии от того раза, она оставалась только зрителем.
И в этот миг Туся почувствовала, словно с шеи сняли удавку или сдвинули тяжелый камень, закрывающий вход в подземелье, и в лицо вместе со свежим воздухом хлынул солнечный свет. Она поняла, что может и сама воздействовать на Саава. И тут уж ему мало не показалось. Удар, который Туся целенаправленно нанесла в низ живота, скрутил его в бараний рог. Туся еще никогда не использовала способности кому-то во вред, но пирата жалеть не собиралась, втыкая в него новые невидимые иглы.
«Тронешь еще раз, будешь до конца жизни сидеть в инвалидной коляске и под себя ходить», — мысленно пригрозила она Сааву.
— Проклятая ведьма! В открытый космос тебя или в коллоид вместе с этим клыкастым доктором! — прохрипел он, зверски вращая выпученными глазами на красном, потном лице, правая сторона которого вместе с глазом заплывала настоящим синяком, к происхождению которого Туся была непричастна.
«В коллоид, говоришь, а ты в этом уверен?» — продолжала воздействовать на болевые точки Туся, ощущая нехорошее удовольствие от происходящего и не особо задумываясь о последствиях. Она уже знала, здесь на корабле их с Наташей не тронут.
«Позволь мне его придушить?» — где-то на краю сознания возник заданный любимым голосом вопрос. Туся чувствовала, что связь слабеет, но у нее не хватало сил одновременно воздействовать на болевые точки пирата и говорить с Командором.
 
«Не стоит, — отозвалась она. — Его гибель ничего не решит, а с его командой и Феликсом нам таким способом не справиться. Лучше забери нас с Васуки. Червоточина находится где-то в системе Паралайз».
Едва Туся и покидающий ее Арсеньев немного ослабили хватку, Саав пинком отбросив замешкавшуюся Наташу, метнулся к двери каюты.
— Эй вы! Живо сюда!
В проеме мгновенно возникли Майло и еще с десяток озадаченных, удивленных пиратов.
К этому времени Шварценберг почти обрел способность говорить и демонстративно застегнул ремень, хотя внизу у него, судя по всему, все болело и по штанам расплывалось неопределенного цвета пятно.
— Заприте этих двух ведьм в отдельную клетку с силовым полем, и глаз с них не спускать! Когда доберемся до Васуки, отдам их Наге. Пускай с ними монстры из лабиринта толкуют!
  
XII
 
— Что вы с ним сделали?! Он же теперь ни о каком выкупе даже слышать не хочет!
Удивительно, но на этот раз Ленка Ларина выглядела куда более испуганной, нежели Туся или даже Наташа, которая, едва узнала про мысленный диалог с Командором, сразу приободрилась.
— То есть ты успела сказать Арсеньеву даже в какой системе следует искать ведущую на Васуки червоточину? — поминутно переспрашивала она, совершенно позабыв весь свой прежний скепсис в отношении Тусиных видений. Впрочем, потасовка Саава с невидимым противником выглядела более чем убедительно.
— Эту червоточину еще надо обнаружить. А я боюсь, это будет непросто, учитывая, что кроме Саава, которому элементарно повезло, об этом коридоре никто не знает, — вздыхала Туся, которая после происшествия в каюте пребывала в растрепанных чувствах.
Едва вернувшись в клетку, она сорвала с себя майку, намочила ее ржавой водой из-под крана и, не заботясь о том, что ее могут увидеть другие пленники, долго и с остервенением терла тело в тех местах, где к нему прикасался Саав, пытаясь смыть тошнотворный запах его похоти. А в это время на губах, которых пират прикосновением не осквернил и не удостоил, медленно истаивало ощущение бесконечно нежного прощального поцелуя, который успел подарить Арсеньев до того, как разорвалась связь. И так хотелось, чтобы этот поцелуй повторился в реальности, и так мало на это оставалось надежды.
— Что собирается сделать с нами Саав? — спросила Туся у Ленки, вкратце рассказав, что приключилось с ними в каюте. Про Арсеньева она по понятным причинам умолчала. Да Ленка бы и не поверила.
— Кто такая Нага и что такое лабиринт? — в свою очередь пыталась выяснить их грядущую судьбу Наташа.
Ленка только сочувственно вздохнула.
— Лабиринтом мы зовем расположенный в самом гиблом месте гнилых болот храм темных богов, населенный чудовищами, похожими на вашего доктора Дриведи, — сурово пояснила Ленка. — Нынешние обитатели тех мест к строительству явно отношения не имеют, они даже не знают железа и живут собирательством, охотой и набегами на соседние, более развитые племена. Но, как и любые дикари, они трепещут перед чудовищами и приносят им кровавые жертвы.
— А Нага, вероятно, у них вроде жрицы? — предположила Наташа, в порыве научного интереса, похоже, вновь забывая, что в жертву чудовищам собираются приносить не каких-то абстрактных поселян из учебника, а ее саму.
Посуровевшее лицо Ленки исказила гримаса ненависти.
— Нага — величайшая аферистка и самая прожженная стерва из тех, кого мне доводилось встречать, — отчеканила она. — Я не знаю, откуда она родом, но попала она на планету в качестве пленницы и любовницы Саава, которую он, тем не менее, подарил местным вождям в знак своего особого расположения. Трудно сказать, обладает ли она какими-то дарованиями, но ей непостижимым образом удалось подчинить монстров лабиринта, что ей обеспечило полную власть над всей этой болотной ордой. А поскольку Саав по-прежнему заинтересован в дружбе с дикарями, которые снабжают его продовольствием и привозят пленников для продажи «Панна Моти», Нага использует его в качестве дойной коровы. Видимо надеется поднакопить капитал и при случае свалить.