"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Туся подумала, что Феликс верен себе, и отсутствие продвижения по службе в годы работы под руководством ее отца готов объяснять чем угодно, кроме отсутствия дарований. Интересно, насколько высоко он бы сумел подняться в «Панна Моти», если бы не передал змееносцам результаты исследований профессора Усольцева и его коллег? И этого человека любит Галка!
Впрочем, сейчас это неважно. Феликс отошел от приборной панели и с кем-то общался по внутренней связи. Видимо докладывал так называемому жениху, что барышня достаточно подготовлена и можно начинать смотрины. «Ну, насчет смотрин это мы еще разберемся, тоже взяли моду тут средневековые порядки наводить, а вот подойти невзначай к приборной панели и хотя бы глянуть, можно ли отсюда каким-то образом выйти в межсеть, надо попытаться».
Туся поднялась с кресла и, делая вид что заинтересована состоянием прически и платья, сделала несколько шагов в сторону украшавшего одну из стен большого в полный рост зеркала. Расправляя складки и оборки, она медленно пятилась в сторону панели. Она уже приблизилась к голограмме и была близка к тому, чтобы как бы ненароком задеть значок межсети, но в это время дверь открылась, и в помещение вошел среднего роста черноволосый мужчина, облаченный в дорогой костюм, сшитый по моде Рас-Альхага.
— А вот и мой дорогой коллега, — расплылся в елейной улыбке Феликс.
Ох, стоило все-таки расцарапать ему лицо. Глядишь, благости бы поубавилось.
— Рекомендую: Маргарита Усольцева, — Феликс сделал картинный и нарочитый жест рукой. — Доктор Карна Дриведи.
«Ого», — Туся едва сдержалась, чтобы не произнести это междометие вслух. Что там Галка говорила про честь и перспективы? Семейство Дриведи, помнится, входило совет директоров и держало часть контрольного пакета акций «Панна Моти». Все как в старинных романах: злокозненные родственники пытаются разлучить героиню с возлюбленным, выдав ее замуж за нелюбимого богача.
Вот только в памятниках литературы и кино, особенно выдержанных в духе романтической традиции, богач либо оказывался похотливым стариком, либо обладал отталкивающей внешностью и манерами. Карна Дриведи выглядел ровесником Командора и его однокурсников, держался с безупречной учтивостью и неповторимой грацией и был просто до неприличия красив.
Такие лица с точеными чертами, миндалевидным разрезом карих глаз и чувственным изгибом пухлых губ она видела у древнеиндийских скульптур и на живописных произведениях, изображающих Раму и других антропоморфных богов индуистского пантеона. Да и сложен змееносец был безупречно.
Вот только какое дело этому жемчужному принцу до девчонки с Земли, у которой за душой ничего нет, кроме отцовского имени и скоротечной славы. Впрочем, на имя, видимо, Феликс и ловил, а слава оказалась приятным бонусом. Туся представила броский баннер сюжета в межсети: «Героиня Ванкуверской кампании дочь профессора Усольцева сочеталась законным браком с членом совета директоров корпорации «Панна Моти»». Да лучше сразу в коллоид. Или на худой конец провалиться в черную дыру.
— Я так рад нашему знакомству! — с белозубой улыбкой, из-за смуглой кожи казавшейся просто ослепительной, начал доктор Карна. — В жизни Вы еще прекраснее, чем я Вас представлял по голограммам! И очень похожи на своего отца. Я должен признаться, что профессор Усольцев, человек, сумевший победить смерть, с юности являлся моим кумиром. Он мой пандид — наставник и великий брахман. А ведь сегодня далеко не все представляют масштаб сделанного им открытия и его значение для будущего человечества.
«Ну, уж куда нам, сирым-убогим, — подумала Туся. — Это вы у нас тут сплошь радетели-благодетели. Так печетесь о будущем человечества, что оно уже сократилось на несколько миллионов, если не миллиардов: в окраинных мирах никто ведь даже статистику не ведет».
Вслух она, конечно, ничего такого говорить не стала. Она же хотела выйти в межсеть. Впрочем, дабы Феликс не почуял подвох, от небольшой шпильки она не удержалась:
— Отец знал, что в лице членов совета директоров корпорации «Панна Моти» нашел истинных ценителей.
 
— Мы предлагали профессору стать нашим акционером, — напомнил доктор Карна. — Но он отказался.
— Он сказал тогда, что ему не нужно краденого, — с милой улыбкой проворковала Туся.
— Зато он предпочел акционировать и поддерживать концерн Херберштайн, — как мышь на крупу надулся Феликс. — А Вернер фактически присвоил права на результаты его исследований, оставив обеих дочерей без средств к существованию.
Туся отлично знала, что отец после первого покушения составил завещание таким образом, чтобы его дочери и тем более их мужья не могли забрать вложенный в компанию Вернера капитал, включая использование патента на изготовление вакцины. Галка вечно ворчала по поводу мизерности сумм регулярно выплачиваемых дивидендов. А ведь они и после смерти отца жили в основном на эти доходы и ни в чем не нуждались.
— Не будем сейчас о бренном металле, — с фирменной безмятежностью индуистского божества улыбнулся доктор Карна, дипломатично пытаясь сгладить конфликт. — Сейчас справедливость восстановлена, и по крайней мере, одна из дочерей, находясь на территории Альянса, уже пользуется доходами, от которых отказался отец. Надеюсь, в скором времени и вторая Усольцева согласится принять то, что ей причитается, сделав меня самым счастливым человеком в Галактике.
«Ах, вот как теперь это называется. Зря все-таки отец не внял совету Вернера и не подал на «Панна Моти» и Феликса в суд за кражу интеллектуальной собственности. Тогда он просто до конца не понимал, чем все обернется, а потом что-то доказывать было уже поздно».
— Ваше предложение мне, конечно, льстит, — Туся из последних сил старалась сохранять любезность. — Вряд ли во всем Содружестве я найду более влиятельного и именитого мужа. Однако позвольте усомниться в искренности Ваших слов и намерений, учитывая, каким способом я оказалась на борту. Похищение людей — уголовное преступление и приравнивается к пиратству.
— Сейчас идет война, и некоторые правовые нормы приходится менять по законам военного времени, — сухо парировал Феликс.
— Это досадное недоразумение, к которому я непричастен, — развел руками доктор Карна. — Я совершал инспекционную поездку по филиалам «Панна Моти», и на борту оказался, можно сказать, случайно.
— Так верните меня обратно на Землю, — изображая наивную дурочку, взмолилась Туся. — Это будет самым большим благодеянием с Вашей стороны.
— Не могу, — доктор Карна страдальчески поднял брови. — Особенно теперь, когда я Вас увидел, разве я могу Вас отпустить! Я понимаю, фраза взята из романов ваших писателей, которыми я зачитывался в детстве. На Рас-Альхаге как-то не сложилось этого пласта литературы. Все больше священные гимны, притчи-поучения и героические поэмы в духе «Махабхараты» [13]. Вы же знаете, эти произведения у нас почитаются в качестве священной истории, меня даже назвали в честь одного из героев, хотя это имя больше подходит кшатрию нежели брахману. Когда же я прочитал версии, сохранившиеся на Земле, я был поражен сходству наших двух культур, и решил посвятить жизнь сближению обоих этносов.
«Ну да, в аквариуме для производства «Зеленого жемчуга» все равны», — с мрачной усмешкой подумала Туся.
— Боюсь, движение пока происходит в противоположном направлении, — заметила она.
— Вода камень точит, — вздохнул доктор Карна. — Надеюсь, со временем и Ваше предубеждение перерастет в симпатию или хотя бы в дружбу.
* * *
Когда Туся вернулась в каюту, от обилия переживаний и впечатлений она едва держалась на ногах.
— Тебя пытали? — взволнованно обняла ее Наташа, усаживая на кровать.
— Хуже, — отозвалась Туся, скидывая платье и распуская волосы.
Она сейчас испытывала жгучую потребность принять душ, чтобы смыть с себя весь елей и патоку, которые липли хуже грязи из канализации.
Впрочем, чтобы не томить и без того не находившую себе места от переживаний подругу, она вкратце поделилась впечатлениями.