"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Ну, наконец-то! Какое счастье! А остальные члены экспедиции? Неужто всех удалось спасти?
— Да все в порядке, все живы, всех вывезли, — по привычке успокаивал ее Командор, правая рука которого, тем не менее, висела на перевязи.
Завидев Тусю, Андрей Ильич прямо расцвел в улыбке:
— Ух, как наша невестушка похорошела!
— Она и раньше красавицей была, — не преминула возразить ему Ольга Викторовна. — Просто вы, мужики, без боевой раскраски этого не замечаете.
Что же до Командора, то он, кажется, просто дар речи потерял.
— Я только что с пресс-конференции, — словно оправдываясь, пояснила Туся, хотя спросить собиралась совсем о другом.
Впрочем, Командор и сам предугадал ее вопрос:
— Простите, что не могли раньше связаться. Не имели возможности.
Кратко и сухо он поведал о ходе спасательной операции, полностью подтвердив, как предположение Вернера о заблокированной змееносцами червоточине, так и невеселые мысли Цоца-Цолы по поводу агрессии.
— Пришлось сначала пробираться окольными путями через окраинные миры, в которых межсеть просто отсутствует, а потом хорошенько поджарить несколько альянсовских задниц.
— Никак не могу взять в толк, на кой им сдались слизни? — недоумевал Клод.
Цоца-Цола неодобрительно покачал головой. Он был известным ксенофилом и, как и все гвельфы, с негуманоидными обитателями Альпареи прекрасно находил общий язык.
— Они нынешних хозяев планеты словно бы и не заметили, — поделился впечатлениями Андрей Ильич.
— Да и членов нашей экспедиции тоже, — добавила Ольга Викторовна. — Хотя страху мы, конечно, натерпелись, особенно когда пришлось бросать все и спасаться бегством. Но змееносцев интересовали только гробницы.
— Которые корабли Альянса целенаправленно уничтожили, — закончил Командор.
— До сих пор не могу найти логического объяснения, для чего им понадобился этот акт вандализма, — голос Андрея Ильича дрогнул. — Сколько уникальных экспонатов погибло, которых нет и не может быть ни в одном музее. Это же, прежде всего, памятник человеческой цивилизации, тот мостик, который доказывал связь культур Земли и Рас-Альхага!
— Возможно, кому-то надо, чтобы об этой связи поскорее забыли? — предположил Клод.
— Именно, — сверкнул глазами Командор. — Даже те немногие следы, которые остались, красноречиво указывают на то, что человеческая цивилизация на этой планете погибла именно из-за вспышки синдрома Усольцева.
— Вы помните, Саня мне еще нотации читал по поводу опасности наших поисков, — вновь оживился Андрей Ильич. — Кто бы говорил! К тому же, он, кажется, забыл, что мы с Ольгой Викторовной по его же настойчивой просьбе сделали прививки, едва прошла испытания самая первая серия вакцины.
— Но неужели все результаты экспедиции пропали? — пожалела археологов Туся, вспоминая рассказы обоих Арсеньевых об уникальности древней цивилизации.
— Уцелели лишь жалкие крохи, — вздохнул Андрей Ильич.
— Показательно, что агрессия началась вскоре после того, как археологи вскрыли гробницу брахмана, чьи домашние умерли от синдрома Усольцева, — сверкнул глазами Командор.
— Хотя древние обитатели Альпареи, как и змееносцы, практиковали кремацию, — пояснил Андрей Ильич, — в камере гробницы и возле нее мы обнаружили хорошо сохранившиеся останки людей, вероятно, слуг и рабов. Саня подтвердил, что умерли они от болезни вскоре после совершения обрядов над телом господина.
— Удивительно, что мы до сегодняшнего дня не вели поисков в этом направлении, — покачал головой Вернер, потрясенный сделанными на Альпарее открытиями и тем фактом, что дальнейшие поиски там стали теперь невозможны.
— Ну конечно же! Про историков вспоминают, лишь когда надо доказать незыблемость чьих-то границ или обоснованность притязаний на чужую территорию, — проворчал Андрей Ильич.
— Вирусологов и вовсе считают никому не нужными чудаками и ботаниками, пока не начинается какая-нибудь пандемия или что похуже, — успокоил его Вернер.
— То есть, вы хотите сказать, что змееносцы уже сталкивались с этим вирусом и их организм мог выработать защитные механизмы? — с волнением спросил Клод. — А что, если нынешняя эпидемия началась в результате применения Альянсом бактериологического оружия?
 
— Пока ничего нельзя сказать наверняка, — покачал головой Командор. — Колония на Альпарее погибла не менее пятисот лет назад, и выжили немногие. Вероятно, поэтому в наше время миры Альянса эпидемия затронула не менее сильно, чем планеты Содружества. Поэтому версия насчет намеренного распыления спор вируса до открытия вакцины и ее модификации скорее всего отпадает. А насчет выработки защитных механизмов, мы, конечно, не исключаем, что у части змееносцев из числа кшатриев и брахманов, которые относятся к наиболее замкнутым и древним кастам, имеется естественный иммунитет. Но для того, чтобы это проверить, нам надо получить образцы их тканей.
Он сказал это таким спокойным и непринужденным тоном, что Туся вновь почувствовала приступ дурноты. Не стоило сомневаться, кто возьмется выполнять эту смертельно опасную задачу.
— Не стоит забывать, что среди кшатриев и брахманов Рас-Альхага, возможно, есть потомки какой-то другой, практически неизученной расы, которые иначе реагируют на опасные для человека бактерии и вирусы, — напомнил Андрей Ильич. — Другое дело, что их практически невозможно вычислить.
— Единственное, что мы можем теперь сказать наверняка, — подытожил Командор, — если змееносцы прежде сталкивались с вирусом и знают о нем больше, чем мы, искать нужно у них.
— Подождите, а как же отпуск? — напомнила Мишель, решив перенести беседу, а вернее научную дискуссию, в более прозаическое русло.
— В другой раз, — не стал ее обнадеживать Командор.
Туся увидела, как мигом поскучнел Андрей Ильич, как Ольга Викторовна плотнее прижалась к сыну. Дальнейших объяснений не требовалось.
Потом у всех резко нашлись какие-то дела, и Тусю с Командором оставили наедине.
— Пребывание на Земле пошло тебе на пользу. Ты так похорошела, — улыбнулся Арсеньев. — Я скучал по тебе, — признался он. — Словно оставил на Земле частичку себя самого. Я все время переживал, как ты там, и злился на змееносцев за перекрытый канал связи.
— Возможно не стоило отказываться от идеи провести медовый месяц на Альпарее, — постаралась выдавить из себя улыбку Туся.
— Все было гораздо опаснее, чем мы сейчас рассказали, — покачал головой Арсеньев. — А в окраинных мирах еще и от пиратов отбиваться пришлось. Они же не знали, что на борту у Савенкова самый ценный груз — группа захвата!
— Это тебя там? — уточнила Туся, указывая на его руку.
— Броню по дурости не надел, — кивнул Арсеньев. — Матери еще лечить меня пришлось!
— И куда же ты в таком виде полетишь? Какой из тебя боец?
— Пройдет, — беспечно махнул он здоровой рукой. — К тому же там, куда меня посылают, сражаться мне не придется.
— У Командования Звездного флота кроме тебя других разведчиков нет? — Туся все-таки заплакала, сожалея, что связь по межсети не настолько совершенна, чтобы дать возможность хотя бы на миг прижаться к этой любимой широкой груди, осмотреть, насколько серьезна еще одна новая рана.
— Есть, но для этой миссии они не годятся. — нахмурился Командор. — Сейчас представился уникальный шанс. Один на миллион.
— То есть тебя не отпустят на Землю даже не несколько дней? — Туся почти умоляла.
— Я не могу ничего сказать. Это не от меня зависит. Я очень тебя люблю, — Арсеньев подался вперед, словно хотел прижаться губами к ее ресницам, щекам, ямочке между ключицами. — Люблю, как никого и никогда прежде. Но я должен закончить этот поиск. Поймать того джинна, которого мы когда-то выпустили, и засадить его обратно в бутылку.
Он не скрывал горечи и усталости, и Туся понимала, что не в праве что-то требовать и, тем боле, в чем-то его упрекать. Она не хуже Командора видела, что все их нынешние достижения и удачи — это лишь капля в море людских страданий. А до победы над «Панна Моти» дальше, чем до Ванкувера.