"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Впрочем, тут уж явно постарался старый лис, направивший задержанных прямиком к сослуживцам, среди которых было не только полно знакомых, но и вся важная информация передавалась по цепочке, любые перемещения осуществлялись тихо и незаметно, а дисциплина поддерживалась, будто бойцы все еще оставались на задании. Впрочем, к мужеству и выдержке явно не хватало оружия и брони, да и осведомителей, которых опасался даже Корзун, не стоило сбрасывать со счетов.
— Если нас раскроют, я не дамся живой! — с наивной горячностью пообещала Туся, и тут же внутренне содрогнулась, осознав, что Феликса и его начальство могли интересовать только характеристики ее подвергшихся мутации клеток.
— Ты доберешься до корабля Вернера и передашь ему контейнер, — указывая на Шусмика приказал Арсеньев.
В его голосе звенела сталь, но в усталых глазах смешались мольба и нежность.
«Пожалуйста, останься в живых! — беззвучно просил он. — Иначе все, что я делал, потеряет смысл!»
Туся преданно кивнула, но потом не выдержала, приникла к его груди, стараясь не потревожить раны. Арсеньев наклонился к ней, прижимаясь неповрежденной щекой к ее щеке, и по телу его прошла дрожь.
Впрочем, в следующий момент он уже обсуждал с Корзуном возможности отключения генератора силового поля и вывода из строя плазменных установок периметра. Тем более, что охраны и шпионов можно было какое-то время не опасаться.
В лагере наступило время раздачи вечернего пайка, который надзиратели, кидали прямо в грязь, нимало не заботясь ни о том, каким образом заключенные в наручниках будут его поднимать, ни, тем более, кому и сколько достанется. Возникавшие то тут, то там драки разнимались лишь между теми, кто стремился занять «хлебное», хотя и опасное место возле границы сектора. Что же происходило у больничной ограды, где сгруппировались беркуты и барсы, похоже, никого не волновало. Впрочем, туда надзиратели, кажется, и боялись соваться, не чая, когда придут корабли с Рас-Альхага.
Надо сказать, легионеры сделали активистам Сопротивления просто царский подарок, разместив возле периметра лагеря в одном секторе не только самых отчаянных бойцов «Беркута» и «Барса», но и их командиров. Похоже змееносцы сейчас пребывали в эйфории, упиваясь своим торжеством, и от побежденного Содружества никаких действий в ближайшее время не ожидали. Поэтому начальники, поджидая корабли Альянса, следили за демонтажем оборудования и паковали награбленное. А их подчиненные, которые мародерствовали в окрестностях Нового Гавра и уцелевших кварталах столицы, заботились только о призовых в надежде, что плохие условия содержания и голод сумеют внушить пленникам покорность. Тем более, что энергетическое поле действительно делало невозможной всякую попытку побега, а плазменные установки на вышках представляли опасность не только для безоружных заключенных, но даже для кораблей.
И все-таки Арсеньев не собирался отступать, несмотря на все доводы рассудка, которые пытался привести ему Корзун.
— Вот ты, Саня, злишься на наших штабных, что никакой поддержки твоей группе не дали, — по-свойски в манере Петровича обращался к молодому сослуживцу полковник. — А между тем, на их месте я бы тебя сейчас под трибунал отдал, а твоего Вернера изолировал бы как опасного сумасшедшего.
— Под трибунал — это у нас умеют, — усмехнулся разбитыми губами Арсеньев, отдавая не евшему со вчерашнего вечера Пабло и его матери, принесенный кем-то из барсов для них с полковником хлеб.
— Нет, ну ты сам посуди, — волевое лицо Корзуна приобрело строгое и назидательное выражение, делая его похожим на преподавателя, принимающего зачет у нерадивого студента. Сорванный и простуженный голос звучал ворчливо, точно разбитый фагот. — Ты добыл образцы, от которых, можно сказать, зависит будущее человечества. И вместо того, чтобы покинуть с ними планету, лезешь прямиком во вражеское логово.
— Покинуть планету, говоришь? Хотел бы я знать, на чем? — Арсеньев возвысил голос, но, заметив приближение надзирателя, вновь перешел на шепот, сберегая и без того израненную спину. — Ты, Павел Иванович, при случае спроси у креативных менеджеров из штаба, почему для эвакуации как нашей группы, так и последних защитников планеты у них не нашлось других кораблей помимо частного грузовика, переоборудованного круизного лайнера и звездолета сильфилских гвельфов?
 
Поскольку Корзун не нашел, что ответить, Арсеньев продолжал:
— Вернер еще в начале конфликта обивал пороги кабинетов высоких чиновников, пытаясь донести до них мысль о необходимости срочной атаки на фабрику и освобождения этого лагеря. Подключал все свои связи, использовал весь авторитет графа Херберштайн и главы одноименного концерна. Но время было упущено. Мы увязли в позиционной войне, потом генерал Райнер начал эвакуацию под которую списали немереные средства, а змееносцы пока бомбили наши энергетические объекты и наращивали мощности.
— Ты мне тут политинформацию-то не разводи! — кое-как откашлявшись, прервал его Корзун. — Мне лучше тебя известно, куда испарилась большая часть средств, выделенных из фонда Содружества на компенсацию переселенцам. И про Вернера я твоего понимаю: он хотя и гуманист, каких поискать, но при этом глава фармакологического концерна, которого на всех рынках потеснили змееносцы. Полагаю, во время своего донкихотского рейда сюда он надеется не только освободить пленных, но и вывезти оборудование.
— Получив доступ к технологиям Рас-Альхага, мы надеемся наконец добиться результатов, — почти виновато потупился Арсеньев. — Да и людей бросать — это свинство!
— Вот поэтому я и спрашиваю, как ты собираешься нейтрализовать плазменные установки периметра? С охраной внутри лагеря мои ребята справятся без проблем. — В серых, глазах полковника зажегся огонь, всклокоченные, короткие волосы вздыбились боевым гребнем казуара. — Но, если легионеры нас превратят в пепел, восстание закончится толком и не начавшись.
— Если сместить границы энергетического поля, а потом включить генератор на полную мощность, все установки вырубятся в момент…
— Об этом ты будешь новобранцам в учебке рассказывать, — опять не дослушал собеседника Корзун. — Ты лучше объясни, каким образом ты собираешься до генератора добраться. Насчет Петровича и Славы все понятно. Они, конечно, рискуют, но, если мощность взрыва будет достаточной, с охраной маяка они справиться сумеют. А вот ты, несмотря на все свои степени и дипломы, собираешься действовать на основании непроверенных слухов и легенд. Ты меня, конечно, Саня, извини, но я не понимаю, как можно по тоннелям, которых нет ни на одной схеме, проникнуть в здание, имеющее замкнутую самоочищающуюся систему.
— Самоочищающаяся система — это миф! — горячо возразил ему Арсеньев, благо гвалт и неразбериха достигли своего апогея: выяснилось, что паек, и без того скудный, не получили более половины заключенных, а надзиратели утверждали, что таковы новые нормы, выкручивайтесь, как хотите. — Это же просто головной офис, а не звездолет!
— Кто знает, какие у змееносцев причуды?! — отозвался Корзун, с грустью, но не без гордости глядя на своих барсов, которые сначала едва не с риском для жизни добыли еду, а теперь распределяли ее среди раненых и детей. — Может брезгуют или о безопасности своей пекутся. Ну, скажи мне, какая логика в том, чтобы, извините, сортиры, засекречивать? Либо они темнят, и оттуда все-таки есть выход на фабрику. Тогда готов предположить, что твои тоннели охраняют, как Аламут.
— В таком случае придется ждать Вернера и уповать на мощности корабельных орудий, а также на то, что змееносцы не успеют открыть огонь раньше, — пожал исполосованными плечами Арсеньев. — Однако, насколько я знаю, из головного офиса на фабрику вел только портал, и это подтвержденные данные.
Хотя Туся, притулившаяся между Арсеньвым и Клодом, думала в основном о том, как уберечь в поднявшейся давке Сережу Савенкова и уцелеть самой, услышав про тоннели, она встрепенулась и не только из-за старого лиса Ларсена, который действовал явно по наводке Арсеньева и нашел то, чего вроде бы не существовало. По пути сюда она не раз слышала о вышке с генератором силового поля и про некое здание, у которого имеется какой-то секрет в системе стоков. Но она предположить не могла, что речь идет об одном и том же строении, и что это строение — офис «Панна Моти» в Новом Гавре.