"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Но при чем же тут был отец, который даже под угрозой увольнения с поста директора Института Эпидемиологии отказался сотрудничать с «Панна Моти»? Неужели она совсем ничего не знала о его работе?
— Отказ от сотрудничества не означал прекращения поисков путей противодействия! — заметив ее растерянность и пресекая возможные расспросы барсов, пояснил Арсеньев. — По долгу службы профессор не просто встречался с коллегами из отдела биоэнергетики, но даже консультировал их по некоторым вопросам в обмен на доступ к технологии консервации.
— Которой отводится важнейшая роль в разработке антивакцины! — добавил Клод.
Выросший в доме Вернера и Мишель, он не раз бывал как на фармакологической фабрике, так и в лаборатории.
— Но если существовали какие-то записи, — нахмурился Пабло, — почему их надо было прятать, можно сказать, во вражеском логове?
— На отца неоднократно покушались, в последние годы, когда началась травля, в его лаборатории постоянно производились какие-то обыски, — вздохнула Туся, возвращаясь к последним годам, которые стали для их семьи настоящим кошмаром еще до начала войны.
При этом сложно сказать, что было хуже: жизнь в постоянном страхе или бесконечное нытье Галки. Хотя сестра никогда в этом не признавалась, но судя по последним событиям, была бы рада, если бы отец принял более чем щедрое предложение от «Панна Моти» и позволил ей выйти замуж за Феликса.
— Вообще-то тайник во вражеском логове — это не такая уж безумная идея! — пожал плечами Дирижер. — Спрятать там, где никто не додумается искать. По методике Эдгара По.
— А что, если там ничего нет? — недоверчиво предположил Дин.
— Скажешь тоже! — хохотнул Слава! — Стали бы они тогда к охране этой развалины своих знаменитых очкастых змеев подключать!
— Очковых! — поправил Клод, который только недавно сдал выпускной экзамен по биологии и теперь по мере сил пытался продолжать обучение, мечтая, как и родители, стать вирусологом или генным инженером.
— Какая разница! — махнул рукой Слава. — Можно подумать, ты не мечтаешь свести с ними счеты?
— Я мечтаю свести счеты лишь с одним человеком, — с достоинством воспитанника аристократов отозвался Клод. — А остальные — всего лишь препятствие на пути.
— Хорошо препятствие! — воинственно повел усами Петрович. — В «Кобру» берут только уроженцев системы Рас-Альхага из касты профессиональных военных и муштровать начинают едва ли не с рождения.
— В любом случае, бойцы отряда «Кобра» — всего лишь существа из плоти и крови, — подытожил Командор. — Ошибкой было бы их недооценивать, но и бояться их тоже не стоит! Предупрежден — значит вооружен!
И вот теперь, наблюдая, как барсы, выбравшись из подвала, поднимаются по захламленной лестнице на второй этаж, Туся испытывала странные чувства.
С одной стороны, она переживала за Командора и его товарищей, которые блуждали в этом зеленовато-черном вывернутом наизнанку мире, где давящая, гнетущая тишина, казалось, подчеркивала окружающую враждебность, а в разгромленных лабораториях, каждую из которых приходилось проверять на наличие засады, похоже, вымерли даже призраки. Какое еще зло могло таиться в паутине теней, раскинувшей свои щупальца среди хаоса забытого оборудования, после знакомства с институтом бионики Туся не решалась даже представить. Ибо монстры подсознания в последнее время все чаще обретали плоть.
При этом никак не удавалось отделаться от ощущения дежа вю.
Нет, она точно знала, что никогда здесь не была. Просто, не считая трех небольших реакторов, Институт Энергетики являлся точной копией Института Эпидемиологии. Оба учреждения строили в одно время и по единому проекту, поэтому Туся помнила каждый изгиб коридора, могла безошибочно указать любой поворот. По такой же лестнице она поднималась в исследовательский корпус, приходя после занятий в лабораторию отца, в похожем предбаннике ожидала, когда идентифицируют ее код допуска. Хотя оформить ее как сотрудника из-за юного возраста не представлялось возможным, в старших классах она нередко помогала лаборантам, когда не хватало рук.
 
А вон там находился конференцзал, в котором профессор Усольцев пытался объяснить правительственным чиновникам, почему ни в коем случае не стоит пользоваться благотворительностью «Панна Моти». Но те сочли, что он просто отстаивает интересы своего ученика Вернера, компанию которого под каким-то смехотворным предлогом убрали из конкурса. Позже выяснилось, что змееносцы банально дали кому-то в аппарате правительства большую взятку, а против кого-то нашли компромат.
Весь последний год, пока боевые действия не подошли вплотную к дому, они с Галкой обсуждали, как бы сложилась их жизнь, если бы отец вместо того, чтобы отправиться на Ванкувер бороться с эпидемией, в возникновении которой его же и объявили виновным, остался на Земле приняв щедрое предложение Вернера возглавить спонсируемый им из личных средств исследовательский центр.
— Мы могли бы жить в замке, купаться в роскоши! — вздыхала Галка, вспоминая, как Вернер после пожара предоставил погорельцам свой загородный дом. — А теперь мы застряли на этой никчемной планете! И все из-за каких-то файлов и допотопных бумажных записей! Будто нельзя было все сразу переводить в голограммы.
Что поделать, на Ванкувере их задержала работа с отцовским архивом, часть из которого они переслали на Землю Вернеру, часть оставили в Институте. Впрочем, в свете последнего поступка Галки Туся спрашивала себя, а все ли записи попали в те руки? В отличии от младшей сестры, которая как студент-медик считалась военнообязанной, Галка могла эвакуироваться в любой момент. И трудно сказать, в чем была причина того, что она сделала это только сейчас и таким диким образом.
Клод, которого Арсеньев заново познакомил со старой приятельницей, признался, что в районе Космопорта он видел Серого Ферзя, которого сопровождала какая-то женщина, выглядевшая испуганной и подавленной. Трудно сказать, так ли обстояло дело или воспитанный юноша не захотел расстраивать и без того травмированную подопечную барсов.
Сейчас Клод бесшумно крался по коридору следом за Арсеньевым, копируя его движения и повадку с тем же непроизвольным усердием, с каким сам Командор когда-то повторял манеры своего учителя.
Конечно, вызванные предстартовым волнением подозрения Дина насчет бесполезности их будущих поисков никоим образом не оправдались. Туся про себя отметила, что тайник находился в помещении, расположенном в том же месте, что и погибшая лаборатория отца. К тому же, обнаружить его мог лишь тот, кто знал тонкости различия между двумя сериями вакцин. Похоже профессор Усольцев загадал шараду, которая была по силам лишь его коллегам и ученикам. Даже Арсеньеву пришлось поломать голову, прежде чем он вспомнил нужную комбинацию. А в Корпорации таких знатоков не нашлось. Феликс никогда не блистал способностями, и его продвижение по службе объяснялось явно не научными открытиями. Однако, каким же образом в лабораторию проник отец? Как он сумел все устроить?
— В Институте Энергетики тоже работали активисты Сопротивления! — пояснил Арсеньев. — Один из них, перейдя линию фронта, недавно рассказал про тайник, в котором профессор спрятал данные последних опытов.
— Похоже отец хотел за этими записями сам вернуться, — вздохнула Туся, не ведая, отчего печет в разбитой груди.
Сейчас она желала лишь того, чтоб барсы тоже поскорее возвратились из вражеского логова, не потревожив привидений и призраков. Но призраки, если и водились на этой планете, то сейчас гуляли где-то по Седьмой, оплакивая военных и мирных жителей, погибших от депрессивного излучения. А в Институте Энергетики добычу караулили живые.
Возникшие буквально из воздуха, солдаты «Кобры», выглядели почти неотличимо от боевых дронов. Разве что, под высокотехнологичным экзоскелетом все-таки смутно угадывались очертания человеческого тела. Впрочем, насчет происхождения кшатриев Рас-Альхага ходили упорные слухи, что в их этногенезе замешана еще одна не совсем гуманоидная, но прежде очень могущественная раса. Трудно сказать, сколько в этой информации было правды, сколько армейского фольклора, но подготовка спецназа змееносцев не уступала их суперсовременному вооружению. Впрочем, сейчас они просто многократно превосходили противников числом.