"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Слева направо, сверху вниз: Арсеньев, Клод, Петрович, Пабло, Слава Капеэсэс, Дирижер, Дин.
  
III
 
Разгромленный город напоминал огромную кровоточащую рану. На прокопченном небе робко занимался грязновато-розовый рассвет, но гораздо ярче улицы освещали зарева бесчисленных пожаров. Судя по клубам густого дыма и равномерным хлопкам, в районе технического университета горел целый квартал. «Интересно, успели ли они заглушить реактор?» — подумала Туся, впрочем, сейчас это особого значения не имело. Округ обезлюдел. Мужество и самоотверженность барсов и беркутов позволили большинству жителей покинуть город еще до того, как начались бои за каждую улицу и каждый дом.
Маленький отряд, целью которого являлась диверсия в тылу врага, и Туся даже могла предположить, на каком объекте, продвигался вперед, соблюдая возможную осторожность и избегая стычек с легионерами.
Горбоносый разведчик, носящий смешное и непонятное прозвище Слава Капеэсэс, опережал своих товарищей на пару сотен метров. Временами, когда ситуация впереди не представляла ясности, или если требовалось принятие какого-нибудь решения, к нему присоединялся командир. Остальные двигались походным маршем, то шагая по двое в ряд, то, когда завалы этого не позволяли, растягиваясь в цепочку.
Тусю, как самое слабое звено, держали неизменно в центре. Бойцы, исполняя приказ, присматривали за ней, но никто не глазел и никаких комментариев больше не отпускал. Похоже, мнение командира здесь оспаривать не привыкли.
В наушниках идущего рядом с Тусей Пабло раздался недовольный голос разведчика:
— У меня здесь, кажется, патруль!
— Сейчас буду! — отозвался Арсеньев. — Если это легионеры, Дирижер постарается их засечь. Остальным рассредоточиться и без приказа не стрелять.
Он бесшумно пересек улицу, пробежал вдоль стены одного из домов и скрылся в подъезде. Оставшиеся барсы заняли позицию, используя как укрытие груды мусора и перевернутый танк «Змей Горыныч». Тусе велели держаться поближе к Петровичу и без особого распоряжения не отсвечивать.
Потянулись бесконечные минуты напряженного ожидания. Эфир безмолвствовал, словно между барсами и их командиром вдруг образовался непреодолимый для радиоволн вакуум. Бойцы сохраняли неподвижность и вслушивались в каждый звук в ожидании приказа. Только Дирижер водил чуткими пальцами по панели рации, пытаясь поймать закрытую волну противника, да Пабло с Дином время от времени, не считаясь с необходимостью экономить зарядку, переводили импульсники в режим готовности.
Петрович украдкой проверил наушники и микрофон:
— Что у них там?! В черную дыру провалились, что ли?
И в этот момент Дирижер удовлетворенно произнес:
— Нашел!
— Где? — тотчас отозвался Арсеньев.
— Одна группа метрах в ста от вас, еще две — в близлежащих домах. Обшаривают квартиры в поисках уцелевших жителей.
Туся покрепче прижалась к броне Горыныча. Повторения ночной встречи с солдатами корпорации ей всей душой хотелось бы избежать.
— Стервятники! — с чувством выругался долговязый Пабло.
— Успехов им! — насмешливо хмыкнул Слава Капеэсэс. — В этом доме такая пустота, что даже крыс не видно!
— А может они нас выслеживают? — предположил Дин.
— В любом случае никакой самодеятельности! — предостерег бойцов Командор. — И не засорять эфир, пока и вправду не засекли. Спасибо за работу, Дирижер! Продолжай наблюдение.
В эфире снова стало тихо, затем послышалось какое-то невнятное сопение и едва различимая возня, кто-то один раз коротко, сдавленно вскрикнул и затих.
Секунд через двадцать из подъезда спешным шагом вышли Арсеньев и Слава Капеэсэс. Разведчик вытирал кусочком ветоши дымящееся лезвие ножа, на броне Командора виднелись капли свежей чужой крови.
 
— Уходим! — кратко приказал Арсеньев.
— Сколько их было? — осведомился Петрович, не без зависти глядя на Славин клинок.
— Четверо или пятеро, — с картинной небрежностью отозвался тот. — Мы не сосчитали.
— Надеюсь, их не скоро хватятся, — озабоченно заметил Командор.
— А я-то думал, что вы там опять какую-нибудь красотку спасаете! — покачал головой Петрович, добродушно подмигнув Тусе.
— Такая удача дважды за день не выпадает! — в тон ему отозвался Слава.
— Куда мы теперь? — поинтересовался Дин, вновь ощутивший на плечах тяжесть рюкзака.
— Придется обходить, — сказал Командор. — Нам нельзя раньше времени засвечиваться. И так в доме на радиальной пришлось наследить, — добавил он, выразительно глянув на идущую между Дирижером и Пабло Тусю.
— На пятой всю неделю свирепствовали пожары! — напомнил Командору Петрович. — Трудно сказать, что там уцелело.
— Выбор у нас невелик! — пожал плечами Командор. — Либо по пятой, либо по седьмой.
— Лучше по пятой! — переглянувшись, в один голос воскликнули Барсы.
Пятая встретила их тишиной и безысходностью. Пожары стихли. Видимо выгорело все, что могло гореть. Только покрытые густым слоем копоти, похожие на скопище гигантских воронов или птеродактилей, каменные остовы продолжали излучать тепло, да в воздухе стоял невыносимый запах гари.
Туся подумала, что еще пару месяцев назад эти дымящиеся руины представляли собой комплекс фешенебельных домов, окруженных торговыми центрами, детскими городками, тенистыми скверами и уютными кафе, в которых было так приятно посидеть с друзьями теплым летним вечером.
В доме номер семнадцать на последнем этаже жила Джун, ее подруга по балетной школе и медико-биологическому лицею. Они часто вместе выполняли экзерсисы у станка, решали задачи по химии, а после пили чай в саду на крыше, откуда открывался потрясающей красоты вид. Когда все началось, Джун лежала в больнице с подозрением на корь, и Туся так и не узнала, успела ли она выбраться или попала в карантин. Позвонить родителям подруги она так и не решилась. Хорошо знавшие профессора Усольцева, они, как и многие вокруг, возлагали на него ответственность за разразившуюся в мире катастрофу…
Туся заметила, что идущий справа от нее худощавый Пабло уже какое-то время пытается с ней заговорить, и одобрительно улыбнулась. Молодой барс преодолел стеснение и задал интересовавший его вопрос:
— А Вы в госпитале давно работаете?
— С начала войны, — с готовностью отозвалась Туся.
— Правда?! — искренне обрадовался Пабло. — А вы Эстению Гарсиа из третьей хирургии случайно не знаете?
— Это его мама, — не отрываясь от рации, пояснил Дирижер. — Она тоже медсестра.
Туся старательно покопалась в памяти, но не смогла вспомнить ни имени, ни фамилии, ни лица, хотя бы отдаленно напоминающего тонко очерченный ангелоподобный лик молодого барса.
Пабло разочарованно вздохнул.
— Вообще-то она у меня учительница, — пояснил он с виноватым видом. — Их школу эвакуировали еще в самом начале, а она решила остаться, чтобы быть рядом со мной. На прошлой неделе пришла разнарядка, и ее с еще несколькими медсестрами отправили в окружную…
Туся кивнула. Про разнарядку она знала. Из их отделения в переоборудованную под госпиталь окружную лечебницу отправились Наташа Корсакова, анестезиолог Пол Старк и еще несколько врачей и сестер.
— Окружная — это сейчас самый горячий участок! — с отчаянием продолжал меж тем Пабло. — На шоссе Первопроходцев Клещ окопался со своими головорезами, а со стороны Нуэво Арагона Кессель рвется! И если их отрежут от Большого Кольца…
— Да не паникуй ты раньше времени! — попытался успокоить парня Петрович. — Почему их непременно должны отрезать? На том участке Корзун командует. А он мужчина разумный! О госпитале позаботится в первую очередь! Почует — дело швах, сразу эвакуирует!
— Полковник Корзун на связи, — доложил Дирижер.
— Сейчас подойду! — отозвался оторвавшийся от группы на сотню шагов командир.
— Ну вот! Легок на помине! — ухмыльнулся Петрович.