"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

«После тяжелых, продолжительных боев с соединениями звездного флота альянса Рас-Альхага и легионами корпорации «Панна Моти» («Зеленый жемчуг») командование сил Содружества Независимых миров приняло решение оставить Ванкувер, предварительно обеспечив эвакуацию всех жителей планеты».
— У нас просто не хватило сил! — плакал лежащий на койке возле окна ясноглазый парнишка без руки и с перебинтованной грудью. — Здесь четырнадцать космопортов на шести материках. Да еще плюс генераторы защитных полей, прикрывающих гуманитарные коридоры. А по ним легионеры лупили из тяжелых плазменных установок!
— Да не переживай, братишка! — утешал его пожилой боец с проникающим ранением, которому только накануне вырезали часть кишечника. — Мы сделали все, что в наших силах. А по поводу эвакуации, все, кто хотел, уже давно покинули планету!
— Покинули, скажете тоже! — сверкал глазами горбоносый сербелианец. — Население Ванкувера — четыре с половиной миллиарда! Разве всех вывезешь? Ясно же, что улетели лишь богатеи и те, у кого на Земле оставалась хоть какая-то родня!
— Не говорите того, чего не знаете! — одернул его вышедший в коридор покурить и осмотреться сурового вида мужчина с обгоревшим лицом и нашивками Сопротивления на форменной куртке. — Четыре с половиной было до начала эпидемии, а после так называемой «вакцинации» едва уцелело три! Два с половиной миллиарда мы вывезли только за последние три месяца. Я работал диспетчером космопорта Сан-Бенедикт. Это официальные данные. А по неофициальным добравшихся до космических гаваней было еще больше. Все пассажирские лайнеры и транспортники уходили переполненными. Так что не просто так наши ребята из «Беркута» и «Барса» клали свои жизни!
— Да я разве сомневаюсь в героизме беркутов и барсов? — продолжал кипятиться сербелианец. — Но эвакуация — это не панацея! Вы поймите! Люди бросили здесь все! И как дальше жить на Земле — неведомо! Да еще не факт, что Земля всех примет! Отправят еще куда-нибудь в Окраинные миры или на Альпарею налаживать контакт с разумными слизнями.
Туся подумала о том, что предпочла бы дружить со слизнями, нежели самой превратиться в слизь. Ибо для оставшихся на планете существовала сейчас одна дорога — в «карантинные зоны», а оттуда — на фабрики смерти корпорации «Панна Моти».
— Усольцева! Рита! Ненормальная, куда тебя несет?! Ты разве не слышала приказ? Госпиталь готовится к эвакуации!
Седые редкие волосы заведующего хирургическим отделением Эрнста Шольца стояли торчком, в охрипшем от необходимости отдавать распоряжения под грохот обстрела голосе странно сочетались гнев и мольба.
— Но вы понимаете, Галку задержал патруль, а идентификатор личности остался в нашей квартире!
Туся напирала на жалость: знала, что старый еще университетский товарищ отца, опекавший их с сестрой как родных, не сможет отгородиться сухими циркулярами распоряжений и приказов. Но заведующий был пока тверд, как скальпель, примитивное орудие прошлых эпох, в космическую эру не утратившее актуальности в военно-полевой медицине.
— А ты понимаешь, что сейчас, когда командование приняло решение оставить Ванкувер, а легионеры Альянса костьми лягут, чтобы отрезать нас от последнего терминала космопорта, каждая минута на счету и все сотрудники должны оставаться на рабочих местах?! У нас и так времени — считанные часы. Пока корабли Альянса не обнаружили координаты нашего коридора подпространства!
— Если Галка застрянет в комендатуре, она точно не успеет к эвакуации и попадет в карантин!
Голос Туси дрогнул.
— Ну, пожалуйста! Я не могу бросить здесь сестру. Мы обе скоро вернемся! Я обещаю!
— Ну ладно! — услышав страшное слово «карантин», герр Шольц сдался. — Одна нога здесь, другая — тоже здесь! И как только Галину угораздило именно сейчас вляпаться в какие-то неприятности с документами. Тем более на нее это совершенно непохоже!
Последнее замечание Туся услышала, пробираясь к выходу по запруженной людьми и оборудованием лестнице. В самом деле, Галка всегда отличалась безукоризненной аккуратностью, а после того, как им пришлось отказаться от чипов, с удостоверением личности не расставалась. С другой стороны, в последние дни, когда бои вплотную придвинулись к уцелевшим терминалам космопорта, и раненых в их госпиталь доставляли сотнями, они с Галкой почти не спали. А в таком состоянии концентрация внимания способна в любой момент дать сбой.
 
Обычно путь от госпиталя до комендатуры, а оттуда до многоэтажки, в которую они перебрались после того, как сгорел дом, занимал не более десяти минут. Но сегодня каждый шаг мог оказаться прыжком в вечность. Промозглый, сырой воздух был наполнен дымом и какой-то химической дрянью. Над улицей разноголосо бухала канонада, небо безумными фейерверками резали на куски ослепительные вспышки лазеров, гибнущими звездами корежили пространство взрывы плазменных бомб.
Бедный, несчастный Ванкувер! Из-за выгодного положения на пересечении космических торговых путей планета всегда находилась под угрозой захвата со стороны альянса Рас-Альхага. Тем более правительство, добившись статуса свободной экономической зоны, под предлогом привлечения инвесторов буквально сдалось на милость змееносцев.
И все-таки, в чью больную голову пришла идея разместить на Ванкувере фармакологический филиал биоэнергетической корпорации «Панна Моти», самого хищнического из образований Альянса? Впрочем, в те годы в охваченных эпидемией мирах хватались за любую соломинку, и щедрую помощь, предложенную «Панна Моти», приняли с распростертыми объятьями, как жители Трои — дары данайцев. А ведь уже тогда шли разговоры, что модифицированная змееносцами «вакцина Усольцева», введенная здоровым людям, вызывает в организме необратимые изменения, в десятки раз повышая его энергетический потенциал, но вскоре приводя к полному разрушению.
Однако правительственные чиновники, подкупленные змееносцами, предпочли доводы ученых объявить необоснованными слухами. А когда так называемые «карантинные зоны» — а фактически лагеря смерти — стали разворачиваться прямо у них под носом, было уже поздно. Оставалось только ввести войска и попытаться спасти уцелевших граждан Содружества.
Добравшись до жилой части квартала Центрального госпиталя, Туся осознала, что происходящее вокруг уже мало напоминает простой обстрел. В небе бесформенными силуэтами гигантских летучих мышей мотались тяжелые бомбардировщики, полуночным наваждением проносились истребители-невидимки, словно щебенку с прицепа, обрушивая на ошеломленный город безнадежно отстающий рев двигателей. По раздолбанной мостовой грохотали гусеницы бронемашин и вездеходов. Ядовитый дым вперемешку с копотью и пылью достигал в воздухе такой запредельной концентрации, что казался почти осязаемым.
Неужели им удалось прорвать оборону космопорта? Быть не может! Барсы и беркуты держались насмерть! Когда легионеры начали эту наземную операцию с ее неизбежными потерями и изнурительными уличными боями, многие, и в городе, и в госпитале, недоумевали, зачем им это. Зная жестокость и цинизм командующего легионом короля Виктора, все рассчитывали, что он одним массированным ударом плазменных установок типа земля-земля сотрет мятежный город в прах вместе со всеми его обитателями.
Но где же Галка? В комендатуре никого: двери нараспашку, на полу валяются какие-то бумаги, обрывки проводов, разбитые или простреленные компьютеры, вздувшиеся от многократного использования аккумуляторы импульсников вперемешку со стреляными гильзами и пустыми магазинами от более примитивного оружия. Дверь в комнату начальника наполовину перегородил несгораемый шкаф непонятно какой эпохи. Судя по всему, покинули здание совсем недавно и в большой спешке: ту часть оборудования, которую не успели вывезти, просто уничтожили.
Если сестра каким-то образом сумела решить недоразумение с документами и не уехала с военными, то искать ее следует только дома, вернее, в их нынешней квартире, комфортабельной и даже уютной, но так и оставшейся чужой. Когда отца не стало, Галка почти сразу затеяла ремонт. Она долго подбирала и расставляла по местам стильные красивые вещи, но никакие дизайнерские изыски не смогли заполнить притаившейся по углам пустоты.