"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Да, я всегда был плохим учеником, — отозвался я, пытаясь нарисовать линию в своей голове. Кожей чувствовал взволнованный взгляд Одри, но она молчала, лишь сжимала мою ладонь. И это тепло чужой руки возвращало меня, когда я «уплывал», пытаясь совершить невозможное. Пот градом тек по лицу, холодной струйкой щекотал спину. И я лишь молился, чтобы Шинкар этого не замел.
— Я прикрываю, — чуть слышно шепнула Одри.
Ну конечно! Так вот почему Сивлас улыбается и не видит, как искажено от напряжения мое лицо. Интересно, какую картинку показывает ему иллюзион? Двух трясущихся от ужаса жалких путников?
Впрочем, неважно.
Умений Одри тоже надолго не хватит, слишком силен противник.
Ментальный круг в моей голове никак не хотел замыкаться, линия — словно живая — сопротивлялась, норовила сдвинуться в сторону и нарисовать что угодно, но только не круг. Она изгибалась змеей, ложилась квадратом или ромбом, но не укладывалась в необходимый мне круг переноса. Это было похоже на сон — когда вам снится что-то ужасное, вы понимаете, что это нереально, но не можете ни проснуться, ни поменять ход событий.
— Так зачем я тебе? И кстати, книги здесь нет, — выкрикнул, пытаясь не хрипеть. — А ведь ты хотел ее заполучить?
— Лантаарею? — Шинкар снисходительно усмехнулся. — Ты совсем ничего не понял? Она нужна мне лишь как приятное дополнение. Право, будет жаль упустить древние знания, и артефакт однажды снова станет моим. Но ты ошибся, Лекс. Мне нужна не она. Мне нужен ты.
— Я невыразимо польщен, — проскрипел я. Мертвые твари уже стояли вокруг нас с Одри плотным кольцом, лишь ожидая приказа напасть. Девушка тихо простонала рядом. А это значит, ее иллюзия скоро растает…
Еще немного… Концы линии извиваются червяками, но я заставляю их соединиться. Выравниваю.
Шинкар прищурился, рассматривая заходящее солнце.
— Время сумрака, — сказал он, поднимая ладонь. И поднятые звери бросились на нас — беззвучно и слаженно, как один. Блеснула тьма в глазах ближайшего зверя, и в этот миг сомкнулась линия в моей голове. Я построил ментальный портал. Что ж, я мог бы даже собой гордиться. Если бы у меня осталось на это хоть немного времени.
— Передавай привет Армону, — прохрипел я и толкнул Одри открытой ладонью в грудь, замыкая линию. Понимание вспыхнуло в серых глазах, и она закричала, пытаясь вцепиться в меня, удержаться, вернуться!
— Нет! Лекс! Нет!!!
— Не скучай, детка, — пробормотал я, с улыбкой глядя, как гаснет ее образ, растворяется в наступающих сумерках. На нас двоих моих сил не хватило бы. Что ж, в конце своей никчемной жизни я даже сделал что-то хорошее. Ну, хотя бы попытался.
Собственно, удара в спину я уже почти не почувствовал.
ГЛАВА 24
Армон
Форму он менять не стал принципиально. И сейчас смотрел исподлобья, как его окружают местные — пятнистые звери. Они подходили настороженно, принюхиваясь, тревожно шаря взглядами по фигуре рихиора. Фыркали, скалились, выпускали когти, но все это без агрессии, а скорее от возбуждения и только что пережитой битвы. Все те, кто демонстративно отворачивался еще час назад, под навесом, сейчас смотрели по-другому и не торопились показывать клыки. Оценили степень превосходство истинного рихиора. И хотя Армон понимал, что, накинувшись стаей, пятнистые его, возможно, одолеют, но никто не сомневался, что прежде чем это случится, с собой на тот свет он утащит многих.
Впрочем, нападать на него никто не собирался.
И подошел первым тот, кто более других походил на человека. Насколько Армон смог понять, у этого парня лишь ноги были звериными, из-под короткой набедренной повязки торчали покрытые шерстью массивные конечности. И даже клыки отсутствовали. Что он и продемонстрировала, широко улыбнувшись оборотню.
— Не думал, что повидаю истинного рихиора в его боевой форме. Да еще и увижу, как он бьется на нашей стороне. Вечные боги, ради такого зрелища стоило пережить атаку крылатых! — он протянул Армону руку, оттерев ладонь о ткань. — Я — Шинкин-Лойд. Можно просто Шинк.
Армон покосился на его руку, но свою подал. Человеческая ладонь исчезла в лапе оборотня, но ток крови друг друга они уловили, и древнее рукопожатие состоялось.
— Что у вас тут происходит, может, объясните? — он поморщился, меняя форму, возвращая себе человеческий облик. Привычно — через боль, но приложив усилия, чтобы окружающие этого не увидели. Нутро снова взорвалось, внутренности разодрало, превратив в кровавое месиво, размолотило кости в труху, но Армон лишь скривился, не позволив себе ни стона. Во рту появился сладкий вкус крови и кислый — слюны, и он сглотнул. Речь вышла невнятной, сиплой, но все же получилась, и рихиор подавил облегченный вздох. Хорошо. Ему снова удалось вернуться. Глазеющие на него пятнистые и необходимость разобраться в обстановке оказались весомыми поводами. И все же… На этот раз чуть сложнее, чем в прошлый. Больнее, чем в предыдущий. И медленнее, чем надо.
Тревога сжала сердце, и так бьющееся набатом, с усилием качающее кровь к поврежденным органам. Зарастет. Все зарастет, как на собаке. И боль пройдет.
Но…
Надо как можно скорее выбраться и найти Лекса.
Пятнистые переглядывались, окружив Армона кольцом.
— Да как бы… — Шинк почесал лохматый затылок. — Сам разве не видишь? Убивают нас. Не осталось уже почти никого…
Парень бросил тоскливый взгляд туда, где лежал убитый.
— Крылатые сильны, гораздо сильнее нас. И их больше. У них оружие…
Окружающие хмуро кивнули.
— Почему вы стреляете этим? — Армон подобрал стрелу, хмыкнул, осмотрев деревянный кончик. — И такой пугалкой вы надеетесь пробить брони этих… крылатых? На них же доспехи! Из кожи и металла!
— Мы знаем, — это уже другой пятнистый, менее человек, с желтой гривой до лопаток и клыками, упирающимися в нижнюю губу. — Мы не слепые. И не дураки. Но… у нас нет металла. Рудники находятся около Города, и никто нас к ним не подпустит. К тому же нас слишком мало. Никто не может выстоять против Города…
Пятнистые вновь обменялись взглядами. Армон раздосадованно дернул ушами, фыркнул и отбросил стрелу.
— Мы можем лишь прятаться, — горько закончил Шинк.
Армон обвел всех хмурым взглядом. И это его грозные пленители? Сейчас он видел лишь растерянные лица и морды, уставшие и грязные. Великий Дуб, а ведь и правда в поселении он не видел железа. Все деревянное. Даже каменного ничего нет, кроме очага, где готовила старуха. Кстати, она тоже появилась между домов и, чуть шатаясь, пошла к убитым. Так же молча вышли из укрытий девушки, без слов присели у трупов, беззвучно утирая слезы. Была во всем этом какая-то щемящая обреченность, привычная обыденности жизни этих созданий.
— Кто вы? — задал главный вопрос Армон.
— Ошибка, — криво усмехнулся Шинк. — И ее очень стараются исправить.
— Хватит трепаться, — это подошел Ромт, обжег Армона злым взглядом и повернулся к своим. — Что, увидели крепкую шкуру и решили, что он на нашей стороне? Вы забыли, что мы нашли чужака у границы? С чего вы взяли, что он будет сражаться за нас?
— Он завалил крылатого, — Шинк снова почесал затылок, отчего желто-красные волосы, и без того лохматые, встали дыбом.
— Думаешь? — скривился Ромт. — Он лишь сбил его и пытался болтать. Это Губастый добил летучую тварь, а не этот!
Пятнистые вновь насупились, с недоверием переводя взгляд с Армона на Ромта.
— Расходитесь, — приказал золотоглазый. — Лучше позаботьтесь об убитых, чем болтать с чужаком.
Перечить ему не стали, разошлись, отворачиваясь от Армона. Оборотень окинул Ромта задумчивым взглядом. Тот приподнял губу, показав кончики клыков, хмыкнул и ушел.
А рихиор подумал, что пора бы найти какую-нибудь одежду, потому что он вновь без штанов, и на него уже косятся местные девушки.
* * *Пробуждение мне не понравилось. Ну еще бы. Странно, что я вообще проснулся. Вернее, очнулся.