"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Когда же я стану, как ты? — мальчишка закидывает голову, обиженно надувает губы. Он подпрыгивает от нетерпения, переступает босыми ногами на золотых опавших листьях. — Ну когда я стану рихиором? Почему не становлюсь? Я хочу быть, как ты!
— Мал еще для рихиора, — это говорит не он, это смеется темноволосая и кареглазая девушка, отвешивая мальчугану добродушный подзатыльник. — Подрасти, Криф. Встретишь седьмую весну, тогда и обернешься.
— Я хочу сейчас!
— Торопыга… все вы такие…
— Хочу быть, как папа! Рихиором Дубовых Крон! Хочу быть альфой стаи!
Девушка хохочет, и белоснежные зубы блестят на смуглом лице. И он любуется ею. Да и как не любоваться. Она — самая красивая в стае. Самая статная и родовитая…
— Ну когда же я стану рихиором…
Тоска вновь сжала сердце, и волк завыл, не удержав ее. И сразу — зарычал, понимая, что все, что он видит — ненастоящее. Иллюзия. Подделка. Галлюцинация.
Армон прижал морду к земле, с силой втянул запах сырой земли и травы, пытаясь успокоиться. И заставил себя обернуться. Удавалось с трудом. Тело не слушалось, сопротивлялось, не желая возвращаться в человеческую форму. Мышцы дрожали от напряжения и боли, красная пелена застилала глаза, прогоняя иллюзорные образы смеющихся людей. Легкие, казалось, поглощали не воздух, а кислоту, обжигая внутренности и заставляя оборотня дышать тяжело, с хрипами.
Оборачиваться в зверя — наслаждение.
В человека — мучительная боль.
Но он терпел и заставлял себя, прогоняя из памяти картины прошлого и цепляясь за настоящее. Анни. Она пропала. И Лекс. Надо их найти. Надо помочь. Спасти. Он должен.
Трансформация завершилась, и Армон вздохнул свободнее, потряс головой. И полез за запасными штанами. Наученный горьким опытом, он всегда возил с собой несколько пар — обыкновенных, из грубой холщовой ткани, вместо ремня — веревка. Такие не так жалко каждый раз выкидывать. Оделся Армон привычно быстро, сунул ноги в сапоги, благо хоть их успел скинуть перед обращением. Вторых у него не было. Накинул на голый торс короткую верхнюю хруту без рукавов, решив, что рубашку пока прибережет, слишком здесь все… непредсказуемо. А значит, и его обращение может произойти в любой момент.
Покосился на сидящую на земле девушку. Черные волосы блестели, словно смазанные маслом, лицо спокойно, глаза закрыты. В таком положении она находилась все время после исчезновения Лекса. Просто села на траву и закрыла глаза.
— Ланта, с тобой все нормально? — все-таки окликнул Армон. А то кто знает этот туман, может, девчонка уже скончалась, пока он тут галлюцинации ловил.
— Конечно, — отозвалась девушка, повернув голову. — Все отлично.
Армон с трудом удержался от хмыканья. Все-таки он слишком многое перенял у Лекса и не мог сказать, что это радовало. Особенно пренебрежительная манера хмыкать. Но… все отлично? Или она туманом надышалась и в данный момент рассматривает побережье Аль-Маер и танцует на цветущем лотосе?
— Уверена?
— Конечно. Не беспокойся. — Ланта взглянула на него ясными синими глазами. — Здесь замечательное место.
— Хм. Ну да. Я рад, что тебе нравится, — пробормотал Армон. — Но я думаю, нам стоит подняться повыше, на пригорок. Наше местоположение это существенно не изменит, но вот тумана мы избежим.
Да и видимость сверху лучше. Стоять в этом белом мареве оборотню ох как не нравилось, все его звериные инстинкты требовали немедленно покинуть гиблое место. Слишком уязвимо он себя здесь чувствовал.
Ланта пожала плечами, демонстрируя полное равнодушие к его словам, и Армон уже в который раз втянул воздух, ловя ее запах и пытаясь понять, что в нем не так. Да, девушка пахла, как и положено человеку. Обостренное обоняние оборотня улавливало ее ароматы и раскладывало на составные, распознавая. Острый запах волос. Пряный — кожи. Кисловатый — ткани платья, особенно под мышками. Свежий, со сладкой ноткой — дыхания. Горьковатый и мускусный — между ног…
Приятные запахи здоровой молодой девушки смешивались для нюха оборотня в ароматную смесь. Так что же заставляло его принюхиваться снова и снова? Армон задумался, дернул ушами. Порыв ветра разогнал туман и принес свежую порцию запахов. И Армона осенило. Смесь привычных и правильных ароматов содержала ингредиент, которого он раньше не встречал у людей. Чуть древесный, дразнящий кончик языка, растекающийся сладостью. Знакомый. И одновременно — нет.
 
Вот какой запах ему точно не нравился — это зверька, что крутился порой у ног Ланты. Распознать его природу оборотень не смог, но старался не принюхиваться, существо пахло гнилью и смрадом, как помоечная крыса.
Собственно, на нее он и походил.
Так и не найдя разгадку, Армон мотнул головой и достал несколько «ос». С ними он чувствовал себя спокойнее, а файер у него и сейчас получался через раз. Лучше уж по старинке и без магии. Надежнее. «Осы» зависли в воздухе, молотя туман слюдяными крылышками. Жала пока спрятаны, но стоит указать им на цель…
— Идем, Ланта, — скомандовал оборотень девушке, перехватывая поводья трех лошадей. — Поднимемся…
Клочья тумана на миг расползлись, а потом завертелись водоворотом.
— Бежим! — заорал Армон, еще не понимая, что происходит, но почуяв неладное.
Они побежали, но все равно не успели. Туман облепил движущиеся фигуры со всех сторон, спеленал, словно мать — дитя, и утащил сквозь пространство.
* * *
Первое что услышал — рычание. Низкое и глухое, изредка перемешивающееся с каким-то собачьим скулежом. Армон напрягся, пытаясь хоть что-то рассмотреть в тумане, что обвивал их с Лантой коконом, но пока в его распоряжении были лишь звуки. Он вслушался, пытаясь определить животное, что их издавало, и не смог.
Он уже хотел обернуться, запоздало пожалев о последних штанах, как к рычанию добавился голос. Утробный и лающий, мало похожий на звук человеческого голоса, но тем не менее, говорящий произносил слова, и его речь была понятна.
— Отойди, Лык! Да убери свою тушу!
— Ххто там?
— Крупная добыча, кажется… Смотри!
— Обед! Ну скорее! Чего копаешься? Я жрать хочу!
— Отойди! Я же не Первый, чтобы за раз кокон распутать! Да убери ты харю!
— Ххаррррр!
Дальше вновь рычание вперемешку с подвыванием и поскуливанием. Но агрессии в этом звуке Армон не слышал и решил повременить с обращением, хотя тело уже выгнулось дугой. Если бы те, кто стоял за туманом, пытались напасть, он не смог бы удержать трансформацию, а так — сдержался, загоняя внутрь звериную сущность.
Туман редел, и оборотень бросил ободряющий взгляд на Ланту. Впрочем, девушка стояла спокойно и признаков беспокойства не проявляла.
Сквозь клочья белесого и вязкого кокона он наконец смог рассмотреть две фигуры и нахмурился, не понимая.
Одна — вытянутая и угловатая, явно звериная, нетерпеливо перебирала лапами. Однако ее гортань издавала звуки:
— Ну хто там? На коня похоже… Чую! Неужто повезло? Лошадь?
Армон придержал «ос», что жужжали крыльями возле уха. Рано.
— Да кажется не одна коняка? Неужто… две?
Лошади, молчавшие, оглушенные перемещением в пространстве, недовольно всхрапнули, почуяв неладное. Туман рассеялся, оставив лишь холодные капли на коже, и Армон изумленно уставился на тех, кто притащил их сюда. Оказалось, что их было не двое, а трое, но как оборотень ни всматривался, понять, к какому виду принадлежат существа — не мог. Тот, что стоял ближе и держал веревку, более других походил на человека. Все, что выше пояса, у него было вполне людское, если не считать шерсти и пятен, покрывавших кожу торса и лица, удлиненных янтарно-золотых глаз и желтой львиной гривы на голове. А вот ниже пояса были звериные лапы и два хвоста. На создании была лишь кожаная набедренная повязка, и Армона так удивил этот индивид, что он застыл, мучительно пытаясь сообразить, что это такое! Оборотень в частичной трансформации? Но это невозможно! Единственный известный вид оборачивания — это смена формы в то тело, которое принимал сам Армон! Других видов в природе просто не существовало! Здесь же было что-то совершенно иное.