Полечка (СИ)
— Э, нет. Что произошло, детка?
— Я не могу вам рассказать. Пожалуйста, не тревожьтесь. Все в порядке. Я вызову такси. — Да, Анна Ильинична видела, что совсем не «в порядке», но мучить Полю не стала.
— Я провожу. — Они спустились в холл.
— До свидания, Анна Ильинична. Пожалуйста, извинитесь за меня перед Андреем Петровичем, что сбежала вот так… — коротко обняла женщину и выскочила за дверь, оставив хозяйку в полнейшем недоумении.
За воротами Поля почувствовала себя гораздо лучше, собралась с мыслями и вызвала такси. Ждала машину, сожалела… О чем? Догадаться не трудно, пожалуй. О Климе, о собственной доверчивости и о том, что так легко потеряла голову от одного лишь поцелуя.
Анна Ильинична, тем временем, направилась прямиком к Жене. Разумеется, первое, что пришло ей в голову — поссорились! По дороге столкнулась с Климом — тот выходил из спальни и вид имел, мягко говоря, несобранный.
Нет, все как всегда: причесан, выбрит, рубашка чиста, джинсы в порядке. Но, взгляд старшенького как-то не обрадовал, а если совсем честно, то напугал Анну Ильиничну. Клим в отчаянии? Да что же происходит?
— Мам, привет. Я уехал, — и пошел к лестнице.
— Стой, Клим. Вы что, с ума все посходили? То Поля, то ты. Что за массовый побег с утра пораньше? — старшенький притормозил.
— Полина уехала?
— Проводила ее вот только что. Клим! Стой! Дурдом… — это она уже в спину убегавшего Клима.
Он уже не слушал, бежал и сам себе удивлялся. Проснулся утром с мыслью уехать подальше, забыть и никогда больше не встречаться, а стоило только услышать о Полине, решение самой собой изменилось.
Клим выскочил за ворота как раз в том момент, когда Полечка садилась в такси. Он рванул к машине, вытащил девушку, захлопнул дверь и обратился к шоферу.
— Сколько? — тот обозначил сумму и Клим, не замечая вырывающейся, возмущенной Полины, одной рукой, неловко, достал из бумажника купюру и кинул в окно.
Машина уехала, Поля и Клим остались у ворот.
Знаете, молчание бывает разным: спокойным, отчужденным, заинтересованным и таким, какое случается в ожидании катастрофы. Вот такое и повисло сейчас между молодыми людьми, пусть и ненадолго.
— Я довезу.
— Я бы не хотела.
— Полина, я довезу. Нам нужно поговорить, — взглянул на нее и уточнил, — Мне нужно поговорить с тобой. Поэтому, я прошу тебя сесть в мою машину и по возможности не кричать. Кстати, у тебя свитер порван.
— Я знаю. — Самое странное, что она была рада.
Не тому, что Клим, вероятнее всего, начнет читать ей мораль, а тому, что есть у нее возможность еще какое-то время быть рядом с ним. Это не было мыслью, скорее ощущением.
В катастрофическом молчании уселись в машину и поехали. Минут пятнадцать ужаса, когда оба знают и чувствуют, что все не так и все очень плохо. А потом…
— Полина, я не должен был так говорить с тобой. И вести себя подобным образом, я тоже не имел никакого права. Извини. — Поля смотрела в окно, но после его слов обернулась.
— Я не виню вас, Кwим. Пожалуйста, давайте не будем говорить об этом.
— Почему не винишь? — разумеется, он проигнорировал ее просьбу.
— Потому, что вы имели все основания думать обо мне плохо. Я не обижена, — натянутая улыбка Полины, хмурый взгляд Клима…
Ну, что же еще… Он извинился, она простила. Приличные случаю слова сказаны и на этом все закончено как будто. Но, от пустых слов обида не кончается, а если хорошо подумать, еще и больше становится.
Потом еще минут десять ужасного, холодного молчания. Клим не выдержал первым! Он и удивиться не успел, как закатил первую в своей взрослой жизни истерику.
— Какого чёрта ты молчишь?! Почему не выскажешь мне? Какие у меня были основания, и что я должен был думать?! Знаешь что, Паулина, ты либо расскажешь мне о том, что скрываешь, либо я тебя никуда не выпущу! — С этими словами Клим крутанул руль и выехал на обочину дороги.
Остановил машину, повернулся к Полечке и даже навис над ней, понимая, и прекрасно, что пугает ее, заставляет подчиняться. А она опять засмотрелась на Клима, даже его сердитый взгляд и грозно сведенные брови не стали тому помехой. Через секунду и сам Клим забыл о своих вопросах.
Полечка, затаив дыхание, наблюдала, как меняется лицо Клима. Сердитая складка на лбу разгладилась, глаза перестали метать молнии и утратили мрачную черноту, явили ей свой настоящий шоколадный цвет. Полечка все же думала, что кофейный, наверно потому, что любила кофе.
Клим разглядывал Полю внимательно, пристально, удивляясь ее нежному, мягкому взгляду и красивым губам, которые дрогнули, приоткрылись и уже готовы были к улыбке. Откуда-то он знал, что улыбка будет такой же нежной, как и ее глаза.
— Почему ты так смотришь? В смысле…я не против, но… — Полина смутилась и опустила голову, Клим же мысленно обругал себя бараном.
— Клим, если я вам все расскажу, вы отвезете меня домой? У меня очень много дел сегодня.
— Обещаю. — Поля и рассказала…
— Я рассталась с Сашей потому, что не подходила ему. Слишком проста. Нет, он никогда не говорил мне об этом напрямую, но давал понять. А с Женей ….Вы спросите у него самого. — Клим долго обдумывал ее слова, укладывал в голове, перемещал мысли и так и сяк, словно играл в пятнашки.
— Спрошу. И вот еще что … Саша твой — баран. — Клим завел машину и выехал на трассу.
Дорогой молчали, но катастрофы уже никакой не было вовсе, а всего лишь уютная тишина. Полечка старалась не улыбаться уж очень открыто, а Клим пытался не сотворить какой-нибудь охранный знак, символ, чтобы не спугнуть надежду и не насмешить этим Полечку.
— Куда тебя отвезти? — Поля назвала улицу. — В лавку? Я знаю, где это. Тебе не нужно домой?
— Я там и живу.
— В лавке?! — Клим удивленно уставился на девушку, насмешил ее, но и получил ее домашний адрес.
— Моя квартира прямо над магазинчиком. Мне нужно попасть домой, а потом подменить Соням на час, пока не явится Соняж.
— А потом? — ему было интересно узнать, чем обычно занимается Полечка.
— Потом займусь дипломом. У меня защита четырнадцатого июня.
— В мой день рождения. — Поля заулыбалась, засветилась вся не понятно отчего, да и Клим не сдержался, сверкнув ей белозубой улыбкой в ответ. — Паулина, я не завтракал и не отказался бы от чашки кофе и бутерброда.
Да, он прекрасно понимал, что нагло напрашивается к ней в гости, но совершенно точно не хотел оставлять ее сейчас. Уж слишком хорошо, приятно было ехать с ней по Москве этим свежим майским утром воскресенья.
Полина задумалась, но отказать не смогла.
— У меня нет ливерной колбасы.
— Экая досада, Поль. Ладно, сойдет и докторская, — милостиво согласился смеющийся Клим и …
Все уладилось, а потому и настроение само по себе поползло вверх, обрадовалось, как малыш получивший лакомство и оба уж не молчали, а болтали как тогда в гостиной.
Полина смеялась так заразительно шуткам Клима, что тот, не умевший развлекать девушек именно беседами, чувствовал себя известным комиком, поражался этому¸ но и продолжал болтать. Она вдохновляла, он шутил.
У дома Полины оказались быстро. Клим выскочил из машины, помог выйти Полечке и тут как назло раздался телефонный звонок.
— Клим, здравствуй. Ты в Москве? — помощник Клима и его, простите, собутыльник в тот момент, когда это было необходимо обоим — Борис Хайт — решил позвонить.
— Да. Что, Борь?
— В порядке все. Мне нужно, чтобы ты отдал мне пакет по «ИнтерКо». Есть возможность подскочить в офис? — Боря был деликатен и никогда не позволял себе тревожить Клима по выходным, полагая, и совершенно справедливо, что это его личное время. Потому и игнорировать его просьбу было нельзя — Борис вряд ли стал бы надоедать без особой нужды.
— Не проблема. Так…Дай мне половину часа, Борь. Ты где?
— Рядом с офисом. Буду минут через пятнадцать.
— Жди. Я скоро. — Так Клим понял, что он лишился завтрака, а что хуже всего, возможности побывать у Паулины дома.