Очерки по истории русской церковной смуты

Вознося молитвы наши о ниспослании благословления Божия на труд народов объединенными силами своими во имя общего блага, мы призываем всех возлюбленных чад богохранимой Церкви Российской в сие ответственное время строительства общего благосостояния народа слиться с нами в горячей молитве ко Всевышнему о ниспослании помощи Рабоче-Крестьянской власти в ее трудах для общенародного блага.
Призывая церковноприходские общины и особенно их исполнительные органы не допускать никаких поползновений неблагонамеренных людей в сторону антиправительственной деятельности, не питать надежд на возвращение монархического строя и убедиться в том, что Советская власть — действительно народная Рабоче-Крестьянская власть и потому прочная и непоколебимая, — мы призываем выбирать в церковноприходские советы людей достойных, честных и преданных Православной Церкви, не политиканствующих и искренне расположенных к Советской власти.
Деятельность православных общин должна быть направлена не в сторону политиканства, совершенно чуждого Церкви Божией, а на укрепление веры православной, ибо враги святого православия — сектанты, католики, протестанты, обновленцы, безбожники и им подобные — стремятся использовать всякий момент в жизни Православной Церкви во вред ей. Враги церкви прибегают ко всякого рода обманным действиям, понуждениям и даже подкупам в стремлении достигнуть своих целей. Достаточно посмотреть на происходящее в Польше, где из 350 находившихся там церквей и монастырей осталось всего лишь 50. Остальные же или закрыты, или обращены в костелы, не говоря уже о тех гонениях, коим подвергается там наше православное духовенство.
Ныне мы, Милостью Божией, оправившись от болезни, вступая снова на служение Церкви Божией, призываем вас, возлюбленные братья — архипастыри, осудив еще раз всякое сопротивление власти, злонамеренные против нее умышления, мятежи и всякую против нее вражду, разделить наш труд по умиротворению паствы нашей и благоустроению Церкви Божией. В сознании лежащей на нас обязанности — блюсти чистоту жизни Церкви, первее всего ищущей спасения людей и осуществления вечных Божественных начал, мы не можем не осудить тех, кто в забвении Божьего, злоупотребляя своим церковным положением, отдается без меры человеческому, часто грубому, политиканству, иногда носящему и преступный характер, а потому, по долгу Первосвятительского служения нашего, благословляем открыть действия особой при Нас комиссии, возложив на нее обследование и, если понадобится, и отстранение в каноническом порядке от управления тех архипастырей и пастырей, кои упорствуют в своих заблуждениях и отказываются принести в них раскаяние перед Советской властью, предавая таких суду Православного Собора. Вместе с этим с глубокой скорбью мы должны отметить, что некоторые из сынов России и даже архипастыри и пастыри по разным причинам покинули Родину, занялись за границей деятельностью, к коей они не призваны, и во всяком случае вредной для нашей Церкви. Пользуясь нашим именем, нашим авторитетом церковным — они создают там вредную и контрреволюционную деятельность. Мы решительно заявляем: у нас нет с ними связи, как это утверждают враги наши, они чужды нам, мы осуждаем их вредную деятельность. Они вольны в своих убеждениях, но они в самочинном порядке и вопреки канонам нашей Церкви действуют от нашего имени и от имени Святой Церкви, прикрываясь заботами о ее благе. Не благо принес Церкви и народу так называемый Карловацкий Собор, осуждение которого мы снова подтверждаем и считаем нужным твердо и определенно заявить, что всякие в этом роде попытки впредь вызовут с нашей стороны крайние меры, вплоть до запрещения в священнослужении и предания суду Собора. Во избежание тяжких кар Мы призываем находящихся за границей архипастырей и пастырей прекратить свою политическую с врагами народа нашего деятельность и иметь мужество вернуться на Родину и сказать правду о себе и Церкви Божией. Их деяния должны быть обследованы. Они должны дать ответ церковному православному сознанию.
  
Особой комиссии мы поручаем обследовать деяния бежавших за границу архипастырей и пастырей, и в особенности митрополитов: Антония, бывшего Киевского, Платона, бывшего Одесского, а также и других, и дать деятельности их немедленную оценку. Их отказ подчиниться нашему призыву вынудит нас осудить их заочно. Наши враги, стремясь разлучить нас с возлюбленными чадами, вверенными Богом Нам пастырями, распространяют ложные слухи о том, что Мы на патриаршем посту несвободны в распоряжении словом Нашим и даже Совестью, что мы заполонены мнимыми врагами народа и лишены возможности общения с паствою, Нами ведомою.
Мы объявляем за ложь и за соблазн все измышления о несвободе Нашей, поскольку нет на земле власти, которая могла бы связать нашу святительскую совесть и наше патриаршее слово.
Неболезненно и с великим упованием взирая на грядущие пути Святого Православия, Мы смиренно просим вас, возлюбленные чада наши, блюсти Дело Божие, да ничто не успеют сыны беззакония.
Призывая на архипастырей, пастырей и верных нам чад Благослов-ление Божие, молим вас со спокойной совестью, без боязни погрешить против Святой Веры, подчиниться Советской власти не за страх, а за совесть, памятуя слова Апостола: «Всякая душа да пребудет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога, — существующие же власти от Бога установлены». ( Римл. 13,1.)
Вместе с этим мы выражаем твердую уверенность, что установка чистых, искренних отношений побудит нашу власть относиться к нам с полным доверием, даст возможность преподавать детям наших пасомых Закон Божий, иметь богословские школы для подготовки пастырей, издавать в защиту православной веры книги и журналы.
Всех же вас да укрепит Господь в преданности Святой Православной Вере, Церкви и ее иерархии.
(Далее рукой Святейшего Патриарха.)
Патриарх Тихон. 7 апреля 1925 года. Москва, Остоженка». (Известия, 1925, 15 апреля, № 86, с. 1, Правда, 1925, 15 апреля.)
«На смертном одре Тихон был окружен исключительно своими преданными поклонниками, иерархами православной церкви, духовенством тихоновского толка, — писал А.И.Межов в передовой статье «По поводу тихоновского завещания». («Известия» посвятили воззванию патриарха передовую статью).
«Говорить о каком-либо давлении на его совесть совершенно не приходится. Его завещание является вполне свободным волеизъявлением (подчеркнуто «Известиями») и, по-видимому, соответствует действительному настроению его последних дней. И как бы теперь противники Советской власти не пытались извратить действительный смысл завещания Тихона, им это не удастся. Завещание им составлено совершенно самостоятельно и свободно, передано им своему ближайшему помощнику, митрополиту Петру за несколько часов до смерти, и передано именно с целью опубликования (подчеркнуто «Известиями»). За последнее время враги Советской власти, в связи с приездом нашей профсоюзной делегации в Лондон, пытались снова разыграть басню о «преследованиях» Тихона и о мнимых религиозных «гонениях» в Советской республике. Особенно усердствовали в этом направлении реакционные газеты, и среди них орган богатой консервативной буржуазии — газета «Тайме». Завещание Тихона бьет в лицо клевете, распространяемой врагами русского народа, и вскрывает ее истинную цену. С этой точки зрения, завещание Тихона будет иметь и международное значение, поскольку оно наносит сильнейший удар бессовестным сплетням продажных писак и продажных политиканов о мнимых насилиях Советской власти над совестью верующих и о несуществующих в Советской республике гонениях на религию». (Известия, 1925, 15 апреля, № 86, с. 1.) Что может сказать о воззвании патриарха православный историк? Это последнее воззвание патриарха, подписанное при столь драматических обстоятельствах, заслуживает, несомненно, пристального внимания.
В смысле признания Советской власти оно мало что прибавляет к ряду предшествовавших воззваний. Следует, однако, отметить, что признание патриархом Советской власти носит отнюдь не безусловный, а условный характер. Не случайно в воззвании усиленно подчеркивается принцип свободы совести. Осуждая эмигрантское духовенство за политиканство, призывая способствовать восстановлению разрушенного хозяйства, патриарх, однако, подчеркивает, что никаких компромиссов в области вероучения быть не может. Наконец, в заключительной части воззвания формулируются основные требования православных христиан к Советскому государству. Патриарх требует свободы печати для защиты веры и свободы религиозного преподавания. Эти требования патриарха и в наши дни полностью сохраняют свою актуальность. Именно благодаря этому верующие люди, прочтя последнее патриаршее воззвание, с уважением почтили его память и он остался в народном сознании навсегда как мужественный защитник православной Церкви.