Шаг до любви (СИ)
— Отлично… — выдал Константинов совершенно неожиданно, чем вызвал вполне искреннее недоумение своей спутницы. — Простите, я имею ввиду — хорошо хоть не пешком, — сделал попытку избежать конфликтной ситуации, ибо откровенничать уж слишком пока опасался. — Хотел пригласить в ресторан, но, как выяснилось, с сегодняшнего дня у вас здесь снова ужесточение противоковидных мер.
С 8 октября в области, действительно ввели новшество. Теперь в заведения общепита можно было попасть исключительно по кюар-коду, либо по справке, подтверждающей перенесённое заболевание новым вирусом максимум в течение полугодия.
— Ну, если не ошибаюсь, эти новшества планируется вводить повсеместно. Кюар-коды, справки, что там еще… — припомнила Рита последние новости. — У меня кюар-код, допустим, есть, так что мне этот черт не страшен.
— Да, точно, вы же делали прививку.
Тяжеловато у них сегодня шел разговор. Что-то было не так. Вот только что именно, понять Константинов никак не мог. Либо, действительно, сказывалась неожиданность встречи. Все же, теперь это понимал, следовало позвонить, когда прилетел в область.
— А вы, так понимаю — категорически нет, — нарушая ход его мыслей, озвучила очевидное Коташова.
— Категорически, — подтвердил он, уверенно добавив, — Не вижу смысла. Так что у меня ни кюар-кода, ни справки о перенесённой в течение полугодия этой заразы. Хотя, с ужином можно что-нибудь придумать. В гостинице ресторан работает на обслуживание гостей. Можем попробовать…
— Нет, давайте не будем.
Реакция… лично для него оказалась полной неожиданностью. Не высказал никакого предложения, кроме ужина… А вот в её голосе — испуг… И ошибиться не мог!
— Рита, а чего вы испугались? — остановившись, внимательно посмотрев на молодую женщину, на всякий случай пояснил, — Я предлагаю просто поужинать, — они взрослые люди и, казалось бы, вот тут вообще никаких проблем возникнуть не должно… Тем более, что совместный ужин у них уже был. Летом. Правда, тогда в кафе в парке, а не в отеле…
— Я понимаю, но давайте я лучше поеду домой.
Её необъяснимое напряжение чувствовалось даже на расстоянии. Появилось почти непреодолимое желание обнять и попытаться успокоить. Только сильно сомневался, что в таком случае срыв точно не случится. А он прилетел в данную область не для того, чтобы довести… женщину до нервного срыва.
— Не знаю, что вас так испугало в моем предложении, — намеренно медленно заговорил вновь, при этом продолжая очень внимательно за ней наблюдать. — Черт с ним, с ужином. Вы согласитесь со мной просто погулять? Потом вызовем вам такси, обещаю только оплатить его, точный адрес назовете уже в машине. Вечер очень хороший, а вы наверняка всю неделю просидели в офисе или где вы там работаете…
Предложение более чем заманчивое. Когда она там последний раз была в областном центре поздним вечером или ночью? Пешком — припомнить не могла. На машине — пару раз… И то — лет так пять назад.
— Ну, если я уже осталась… — он, кажется, даже дышать перестал, пока Коташова принимала «судьбоносное» решение, — Вы снова на съемках или на отдыхе? — выдала она, наконец.
А Константинов медленно выдохнул. Сомнений не было: своим вопросом озвучила принятое решение. У него был шанс… Только бы хватило собственного терпения. Вроде бы, преодолев проблему летом, к осени, всего пару месяцев спустя, вернулись к ней снова.
— Честно — на съемках. Моих конкретно — несколько эпизодов, — приписывать себе лишнего не стал. — Всей работы на пару дней. Потом — Москва до самого Нового года.
И один сложный проект, — о чем, естественно, сообщать не собирался. Это уже была его забота. В другое время, возможно, и отказался бы от участия. Но вот сейчас… Учитывая собственные планы на обозримое будущее…
— То есть — вы у нас дней на пять, считая сегодняшний, — прикинув что-то в уме, вслух обронила Рита. А он не мог понять по тону, в какой степени её данный факт радует или расстраивает. Да и вообще, на сколько интересна данная информация.
— Если честно — семь.
Неделя. Усилий пришлось приложить немало, чтобы заполучить себе в собственное распоряжение целую неделю почти в конце года, когда завершаются многие кинопроекты. По сути, должен был прилететь на пару дней, отыграть свои эпизоды и отправиться в столицу необъятной Родины…
— Соскучились по области? — удивилась она вполне искренне.
— Возможно… — давно не чувствовал себя влюбленным подростком, боящимся лишнее слово сказать понравившейся девочке чтобы та, чего доброго, не поняла то неверно. Какая-то неведомая сила тянула к этой женщине. Боялся даже представить себе её исчезновение из собственной жизни. — Рита, я говорил про сюрприз, — продолжал он, неторопливо следуя за ней по ярко освещенному проспекту. — Так вот, я… — черт, с собственной неуверенностью срочно требовалось что-то делать. — Я не случайно оказался сегодня в театре. Вернее, нет — в театре, на сцене, случайно. Наверно надо было, но не смог отказать в помощи. А вот около самого театра — нет. Вы согласитесь со мной сходить на постановку? — резко остановившись, Коташова не смогла скрыть удивления во взгляде. — Билеты, само собой, с меня, — добавил тут же, гадая, какая сейчас последует реакция с её стороны.
— Кто бы сомневался, — и снова, судя по тону, в котором не заметил категоричного отрицания, ему на встречу сделали крохотный шажок. — И на что пойдем? — поинтересовалась она, тем самым давая понять, что предложение в целом принято благосклонно.
— Я присматривался к женскому репертуару, — честно признался Константинов. — Но после вашего резюме к сегодняшнему выступлению даже не знаю… — а вот сейчас позволил себе легкую иронию. Хотя внешне остался совершенно серьезен.
— А это, действительно, сильно, — призналась Рита, на несколько секунд над чем-то серьезно задумываясь. — Никогда бы не подумала, что из произведений Мандельштама можно выстроить логическую цепочку. А прочтение: «Мы живём, под собою не зная страны…» до жути пробрало. Я с творчеством этого поэта через это произведение и познакомилась.
— У меня в тридцатые годы прадед со своими братьями был репрессирован, так что в чем-то и оно в частности, и творчество в целом мне близко.
— У меня тоже. Жуткое было время… — обронила задумчиво и в другую секунду, уходя от достаточно мрачной темы, так неожиданно всплывшей в их разговоре, поинтересовалась, — Так на какой спектакль идём?
— Предлагаю на красивую мелодраму с хорошим, позитивным концом, — прозвучавшее предложение было уточнено, — Два билета на завтра.
— Завтра? — не сразу понял сути её удивления. — Подождите, как вам удалось? — от сердца отлегло. Категоричного отказа не предвиделось. Скорее — удивление. По нынешним временам и в театр попасть непросто. Ладно хоть пока еще и туда не ввели обязательные кюар-коды и справки из поликлиник…
— Твори добро, добром ответят, — процитировал он откуда-то фразу. — Или у вас другие планы? Я никак не привыкну, что к вам для начала надо с предварительным согласованием, — и вновь позволил себе иронию.
— Нет, нет никаких планов, которые нельзя было бы отменить или перенести.
Что ей там недавно Маслова посоветовала? Свою функцию «железная леди», к следующему его появлению в области, отключить?.. Этот уж точно не в лесок, а в приличный отель повезет. Вот с отелем моментик вышел. И сама не поняла, чего вдруг испугалась. Предлагал, действительно, всего лишь ужин в ресторане. И уж, наверняка, сумел бы всё устроить, не смотря на все введенные ограничения. Не в номер же приглашал.
…Поздневечерний Калининград. Яркое освещение. По крайней мере — в центре. Черная гладь озера в свете фонарей… Был здесь минувшей зимой, в феврале. В компании Лерочки Вешний, обходил местные окрестности. Подержала тогда платиновая блондинка в напряжении. Сейчас то тоже присутствовало, но — другого рода.
Остановившись за спиной, удерживаясь от соблазна обнять, пошел на небольшую хитрость, повторив летний трюк. Оперевшись на перила мостика, заключил в подобие объятий практически не касаясь…