Последний Охотник Империи 2 (СИ)

Она молчала. Просто смотрела вперед, жуя свой салат с редиской.
— Уже второй раз за утро ты слишком много себе позволяешь, и я пришёл… — но я не успел закончить.
— Кто тебе вообще сказал, что ты можешь со мной разговаривать? — перебила она, даже не подняв на меня наглые глаза.
«Ого, — выдохнула Алиса. — Какая борзая»
— Вот, значит, так ты хочешь общаться, — я покачал головой. — Еще раз. Я сказал тебе…
  
— А я сказала — пошёл нахер, — повторила она, и в голосе появилась уже очевидная насмешка.
— Так, ясно, по-нормальному тут не получится, ну ок… Значит слушай сюда, крошка… — обратился я к ней уже сменив тон.
— КТО? — она вскочила так резко, что стул отлетел в сторону. — Как ты меня только что назвал⁈
— Крошка, — спокойно ответил я. — Могу «детка», если так лучше. Выбирай, какое из обращений подходит больше. Короче, ты так разговаривать будешь со своими дружками или папочкой, а я тебе быстро по жопе настучу за такое, усекла?
Вокруг все затихли. Даже студенты сидящие, за соседними столами перестали жевать и обратили все свое внимание на нас.
— Ну мне теперь все понятно… — Настя скрестила руки на груди. — У этого первокурсника от недосыпа крыша потекла. Будем мозги на место вправлять тогда. Альберт, поучи-ка этого выскочку манерам.
Здоровяк, который утром разбудил нас ударами палкой по тазику поднялся из-за стола. Он и вправду был огромный, но мне безумно хотелось наказать его за утренний перфоманс.
— Ну что, первогодка! — тихо сказал он, подходя ко мне ближе. — Ты сам напросился.
Он снова шагнул вперёд, но я был готов к чему угодно.
Противник попытался схватить меня за грудки — я ушёл в сторону, перехватил его руку, дёрнул на себя, одновременно подсекая ногу. Здоровяк рухнул на пол с грохотом, от которого, кажется, дрогнули стены академии.
Обычно после такого уже не встают, но он не сдался. Перекатился, вскочил, снова пошёл в атаку. Теперь он бил серией — тяжёлые, мощные удары, от которых уклоняться становилось всё сложнее и сложнее. Я пропустил один в плечо. Не впервый раз такое, нужно отработать защиту в этой зоне. Боль вспыхнула, рука онемела. Второй — вскользь по лицу, разбивший мне губу.
«Ярик! — крикнула Алиса. — Слева!»
Я ушёл в сторону, пропуская кулак над ухом, и врезал ему в печень. Коротко, жёстко, вкладывая весь вес моего тела. Он охнул, согнулся, и я добавил коленом в лицо. Отработанный годами удар, вырубает сразу же.
ХРЯСЬ
Хруст сломанного носа. Альберт рухнул снова, и на этот раз больше не встал.
В столовой стояла мёртвая тишина. Сотни глаз смотрели на меня.
Я выпрямился, вытер кровь с разбитой губы.
— Я же просил по-человечески, — сказал, глядя на Настю Бозину. — Неужели нужно было доводить до такого?
— Ты знаешь, кто я такая? Вообще-то я графиня, а ты кто? — она смотрела на меня со злостью в своих темных глазах.
— Да мне похрен, кто ты такая, особенно там, за чертой академии! А тут ты такая же, как и я, студентка, — жестко ответил я ей. — И у меня имя есть, Я тебе его уже говорил, видимо память плохая. Мне повторить не сложно. Ярослав Шереметев. Хватит мне тыкать и первогодка называть.
— Ярослав Шереметев… — медленно произнесла она.
— Запомнить несложно, — кивнул я. — Приятного аппетита.
Я развернулся и пошёл назад к своему столу. Сел, взял вилку и принялся кушать. Наконец-то!
— Ты охренел? — выдохнул Игорь. — Совсем, что ли, бессмертный? Это же Бозина! Она родом из одной из самых известных графских семей Российской Империи. Говорят, ее отец лично с императором знаком.
— Есть немного, — согласился я, отправляя в рот картошку. — Но мясо тут вкусное! А вы чего сидите-то? Ешьте, остынет же.
Я не собирался обсуждать произошедшее. А зачем? Дальше мы ели молча. Через полчаса в столовую вернулась Екатерина Витальевна. Подошла к нашему столу.
— Шереметев, Безухов, Иванов, Дебуа, Лиза, — перечислила она, видимо из-за того, что Елизавета была не из аристократов, ее фамилию она не запомнила. — Через три часа быть в главном холле. Оттуда вас проводят на аудиенцию с ректором, которую вы получили в награду за рекорд академии.Мы переглянулись.
— Уже через три часа? — переспросил Игорь.
— Все верно, Безухов! — подтвердила она. — Не опаздывать!
— А нам дадут какую-то одежду переодеться? Все таки встреча с самим ректором академии, или в таком виде будем? — спросил Виктор.
— Форма академии — лучшая одежда в нашей империи, вы что, этого ещё не поняли? — сказала она, улыбнувшись.
Она развернулась и ушла, а мы остались сидеть, переваривая новость.
— У нас есть три часа до этот встреча с ректором, чем пока займемся? — спросила Анжелика.
— Я бы не сказал, что тут много видов развлечений. Но для тренировок в зале мы слишком мало спали… в принципе, как и для изучения чего либо… — ответил я.
— Говори за себя, я бы в библиотеку сходила была бы! — заявила Елизавета.
— И я бы тебя поддержала! — присоединилась Анжелика.
— Ну хорошо, давайте тогда разойдемся и встретимся тут через три часа. — резюмировал я.
— Договорились! — ответили ребята хором
Мы разошлись, и я думал погулять по академии, изучить что-то тут где, как вдруг услышал знакомый голос:
— Ярослав Иванович!
Я повернулся и увидел, что Моисея Абрамовича.
— А я вас ищу, по академии бегаю! Мне сказала ваша куратор, что вы в столовой, но я вас там не нашел… — зачастил он. — Поздравляю вас с прохождением испытания! Я слышал, что вы поставили новый рекорд академии! Блестяще! Мы вроде бы проверили всю нашу аппаратуру, все работает теперь нормально. Пройдемте, пожалуйста, со мной обратно в наш корпус йота, чтобы мы могли провести повторно все нужные тесты. Вы же сейчас не заняты?
— Да, конечно, Моисей Абрамович, почему бы и нет. Нужно же соблюсти все официальные процедуры, — ответил я и отправился за ним по длинным коридорам академии в нужный корпус.
  
Глава 4
 
Я шел за Моисеем Абрамовичем по коридорам академии, и всю дорогу мы в целом молчали. Он шел быстро, мне кажется последний раз я подобное видел, когда смотрел на Олимпиаде спортивную ходьбу. Моисей Абрамович шел чуть впереди меня, но даже со спины мне было видно, как он нервничает — плечи напряжены, руки то сжимаются в кулаки, то разжимаются. Будто мы с ним шли не стандартный для академии тест сдавать, а он меня на расстрел вел.
— Моисей Абрамович, — решился я нарушить тишину, — а что именно вас так беспокоит?
Он дернулся, обернулся на ходу, поправил очки.
— Беспокоит? — переспросил он с нервным смешком. — Меня, молодой человек, беспокоит, что мои приборы, которые я настраивал двадцать лет, и которые проходили сертификацию в Императорском институте метрологии, вдруг решили сойти с ума именно в тот момент, когда к ним прикоснулись вы.
— Может, дело не в приборах? — осторожно предположил я.
— Если дело не в приборах, это меня беспокоит больше всего! — воскликнул он и снова зашагал быстрее.
Мы наконец-то зашли в уже знакомое помещения. Та же стеклянная сфера в центре, те же столы с приборами по периметру. Но кое-что изменилось. Вдоль стен, там, где раньше ничего не стояло, теперь громоздились дополнительные генераторы. Штук десять, не меньше, соединенные толстыми кабелями, напоминающими змей. Они еле слышно гудели.
— Ого, — выдохнул я. — Вы серьезно подготовились на этот раз.
— Не люблю, когда что-то идет не по плану — буркнул Моисей Абрамович, подходя к своему рабочему месту. — После прошлого раза я всю ночь не спал, переживал. Заказал дополнительные мощности. Вдруг оборудование поизносилось и где-то замыкание. Если и это не выдержит… тогда надо будет полностью все менять.
  
Думаю подобное вызвало бы у профессора инфаркт. Я встал на подиум перед шаром.
«Алиса?» — позвал я на всякий случай. В ответ только тишина.
— Начинаем, — сказал Моисей Абрамович. — Ярослав Иванович, прошу вас, положите руки на шар и постарайтесь не думать ни о чем. Просто дайте энергии течь по вашим пальцам.