Пушкарь его величества (СИ)
- Посудина, так себе! – произнес Александр Никитич.
- Одно только достоинство – дерево крепкое и его много! Пока не знаю, куда его девать. Пусть постоит пока в бухте.
Наконец, наши жены получили своих мужей и с восхищением слушали за обедом рассказ о боевом походе. Когда они узнали, сколько и кого мы освободили, то были расцелованы расчувствовавшимися женщинами. А вечером Оленька отблагодарила меня персонально, горячо шепча: - Ты мой рыцарь! Да! Спаси меня!
Глава 26
Всех подростков мы поселили у себя, взвалив заботу кормежки и одежды на своего управляющего. Маман с Оленькой организовали их обучение грамоте и «правильному» воспитанию. Те в свою очередь трудились в саду и помогали по дому. Избалованных среди крестьянских детей не было по определению и они искренне радовались своему новому положению. Заикнулся было предложить им помощь в поездке в родные места, но был не понят. Куда-куда?! Домой?! Работать от зари до зари и есть не пойми что? Спасибо! Нам такого не надо! Придется их как то легализовать в имении. Оставил эту заботу на тестя, ориентировавшегося в этих вопросах лучше меня.
Не успел Александр Никитич с Иваном уехать на материк, как спустя несколько дней нас посетила военная флотилия, отправленная императором напомнить Туркам, кто здесь хозяин. Командовал флотом вице-адмирал Кольцов. Я устроил для высших офицеров обед, на котором они предложили поучаствовать в походе.
- У нас на флагмане установлены несколько новейших дальнобойных пушек казнозарядной системы такие я увидел на вашем корабле. Вы ведь офицер? Насколько я осведомлен, воевали, – обратился ко мне адмирал.
- Артиллерист. Майор в отставке. Почту за честь присоединиться и помочь в меру моих сил.
- Скажите, господин адмирал, а много ли солдат на ваших кораблях? – поинтересовалась Елизавета Матвеевна. Надо сказать, что женщины своей красотой произвели ошеломляющее впечатление на флотских.
- Солдат много. Мы планируем высадить десант, но где – это секрет! Но вам, я скажу! Мы планируем захватить Константинополь!
Ничего, себе! Это уже серьезно! Константинополь – это Босфор! Кто владеет Константинополем, тот контролирует пролив из Черного моря в Средиземное. Наш император не мелочиться!
- Надеюсь, мы зайдем в Севастополь? Мне надо пополнить запас угля. – Стал прикидывать в уме его расход.
- Да. И, если возможно, я хотел бы познакомиться с вашим кораблем. Я слышал о кораблях англичан с паровой машиной, меня очень интересуют их возможности. А теперь, с вашего позволения, мы вас покинем. Если бы не ваша красота, то мы бы не осмелились задержать здесь целый флот, а так у нас есть оправдание! – адмирал поцеловал ручки польщенным женщинам.
Пока мы осматривали наш корабль, с берега спешно переправлялись мой десант из тридцати солдат и провизия.
- Не знаю, что сказать! Корабль совсем не военный, но корпус обшит металлом, сами орудия и их установка просто великолепны, а уж маневренностью вы можете поразить любой вражеский корабль. Вы ведь можете двигаться и задним ходом?
- Да, конечно! Но пока не знаю его максимальной скорости.
- Вот и узнаем! А корабль очень перспективен! Если в походе у вас не случится поломок, готов заказать что то подобное для флота.
Получив лестный отзыв о нашем кораблике, который был не так уж мал, по сравнению с парусными фрегатами, мы спешно двинулись за парусной армадой. Не повезло Туркам!
Еще как, не повезло! На всем пути следования, наш корабль выполнял роль хищной акулы, догоняя и осматривая встречные турецкие суда. Нам ничего это не стоило, так как у нас не было парусов, которые нужно было убирать и ставить. Мы мгновенно набирали ход и догоняли удалившийся флот после очередного таможенного осмотра. Надо ли говорить, что все ценности и нелегальные рабы и рабыни переходили на наш борт. Те же, кто вздумал сопротивляться, быстро отправлялись на дно, усеивая морскую поверхность обломками и тонущими людьми. Фугасный снаряд и деревянное судно, это просто смешно!
К вечеру второго дня подошли к Константинополю из которого, как муравьи разбегались мелкие суденышки. Большие суда стояли без парусов, видно, что нас никто не ждал. Адмирал недолго думал и приказал открыть огонь из всех пушек. Через час в свете уходящего дня был виден только дым на развалинах форта и догорающие полузатонувшие корабли. Наша чайка тоже повеселилась, рыская по заливу и захватывая все, что не успело или пыталось убежать. Улов оказался неплохим, так как попались несколько довольно «жирных» купцов. Скоро наш корабль стал напоминать склад восточного базара, от сваленных в кучи мешков с пряностями, ковров, холодного оружия и других товаров. Нашлось и неплохое вино, которое я потягивал в компании капитана, любуясь красочным закатом и розовыми на их фоне парусами. Пока вокруг паника, наши корабли тем временем высаживали десант, который сосредотачивался в порту и его окрестностях, чтобы с утра начать зачистку города.
Выводы по устойчивости и резвости корабля, оказались очень неплохими, так как узкий нос и тяжелый корпус легко разрезали волну, добавляя преимущества в ходе, над парусными судами.
На утро, мы отправились на патрулирование акватории, пока наши войска ставили на уши жителей Константинополя. Возможно, теперь уже имперского города! К вечеру мы вынуждены были состыковаться с флагманом и сдать громоздкие трофеи вместе с освобожденными русскими, бывшие на захваченных нами кораблях в качестве рабов.
- Я вами очень доволен, - произнес адмирал, глядя на открытый сундучок с золотыми монетами. Серебро я не стал отдавать, для адмирала это было мелковато. Заодно и драгоценные камни не стал светить, чтобы не ввергать в искушение. Хватит с него той кучи товара, что перегружали сейчас в огромные трюмы флагмана. – Ваш корабль, тоже выше всяких похвал! Я доложу императору о вас в самом лучшем свете.
- Что, вы! Ваше превосходительство! Зачем императору это. Я служу ему и, можно сказать, уже этим вознагражден, - я скосил глаза на золото, и адмирал, усмехнувшись, поднял свой бокал.
- Тогда примите мою самую искреннюю благодарность и дружбу.
- Почту за честь!
Мы выпили и скрепили слова крепким рукопожатием.
Еще через пару дней мы забили бункеры местным углем и, взяв на буксир турецкий кораблик загруженный трофеями, которые мы натрясли за эти дни поплыли к родному берегу. Так как адмирал почистил богатый город, то можно было уже ни с кем не делиться. Трофеи - это святое! Заодно и солдаты будут довольны, которым я пообещал долю, в том числе и оставшимся на берегу.
Сказать, что наше возвращение было триумфальным, это было бы малой толикой того восторга всех обитателей нашей семьи и жителей гарнизона. Когда с подтянутой к берегу баржи хлынул поток ковров, сундуков, мешков с пряностями и тканей, у населения чуть «крышу» не снесло.
Своим женщинам в дополнение ко всему я презентовал по шкатулке с восточными украшениями, усыпанными драгоценными камнями. Радости и визгу было много, и я заслужил поцелуев и не только. Хе-хе! Теперь во всех комнатах у нас разбросаны ковры, включая нашу прибрежную беседку, добавляя нашим слугам забот по их чистке.
Адмирал еще раз посетил наш дом примерно через месяц и с удовольствием отдохнул два дня, общаясь со мной и ухаживая за красавицами, не зная кому отдать предпочтение. Он рассказал о ходе войны с Османами, которых не на шутку возбудил захват стратегически важного города, который они давно считали своим, забыв о прошлом. Наш император переправил туда войска и пушки и теперь планомерно уменьшает население обозленных Турков путем их отстрела. Что ж! Историю делают сильные! В голове возникла мысль об Аляске и Америке. Нет! Отмахнулся я от нее. Хоть там и есть золото, но пусть его кто-нибудь другой добывает. А может посодействовать Российской империи, создав пароходную компанию, и профинансировать поселения по всей Америке, где получится. Куплю у индейцев Манхэттен! Ха-ха! Вот вам! Пиндосы! Или не куплю..., что то я не помню историю! Когда это было? Ладно, спрошу у тестя.