Пушкарь его величества (СИ)
Примерно через месяц все семейство, вместе с нашей троицей, отправилось в деревенское поместье, где я и куча дворян из соседних поместий приняли участие в охоте. Верхом на лошади ездить я пока не научился, поэтому ехал в телеге с загонщиками. Мне выдали тяжелое кремневое ружье и определили направление, в котором надо будет ждать зверя. Заряжен этот допотопный огнестрел был круглой свинцовой пулей грамм, наверное, двадцать. Стрелки расположились в линию между двумя лесными массивами. Из которых, предполагалось выгонять зверье под наши выстрелы. Дамы и дети устроили пикник далеко позади и не мешали охотникам.
Вскоре из лесу послышались крики и лай собак. Я насыпал на полку ружья черный порох и взвел курок. Сердце в азарте ускорило бег, и я стал всматриваться в гущу стволов с редким подлеском. Постепенно загонщики приближались. Вот побежали самые шустрые обитатели леса зайцы, лисы, послышались первые выстрелы. Мои соседи разрядили ружья в стайку волков и принялись спешно перезаряжаться. Вот пронеслись косули, а за ними пара сохатых. Я не особо стремился кого-нибудь подстрелить, и просто наблюдал, изумляясь параду зверья населявшего обычный лес. Это как же надо было постараться, чтобы загубить такое изобилие! А когда из леса хлынули кабаны, стаями по три десятка, я все-таки не выдержал и выстрелил в крупного секача. Не попасть с десяти метров в высокий щетинистый бок было в принципе невозможно. Быстро перезаряжаю свой мультук, наблюдая за соседним стрелком, который выцеливал движущуюся гору с клыками. Ого! Да, эту свинку можно называть вепрем! Когда в огромную тушу прилетела тяжелая пуля, то он только слегка вздрогнул и, наклонив голову, пронесся на обидчика. Тот в растерянности зачем то попытался зарядить ружье и через несколько секунд уже летел в небеса, как из катапульты. Кабан пробежал еще с десяток метров и стал искать обидчика, крутясь на месте. Летун, вместо того чтобы не шевелиться, в шоке стал возиться в траве, не понимая что произошло. Вепрь определил цель и, взвизгнув от ярости, понесся добивать. Мои руки уже забили последний пыж в ствол, и я, почти не целясь, выстрелил в несущийся танк. Охотнику на земле в последнюю секунду удалось откатиться немного в сторону, как по этому месту пропахала клыками падающая туша весом в пару центнеров, а то и больше. Все это зафиксировалось в мозгу, как картинки из калейдоскопа, несмотря на мешающий дым от сгоревшего пороха. Но вот, картинки сдвинулись и появились звуки. Поспешил к раненному стрелку, оказавшимся одним из соседних помещиков, у которого обнаружился перелом ноги, и распоротая рука. Быстро перетянул руку выше раны ремнем, и перебинтовал, как мог куском от своей рубахи. Помещик кряхтел, но вроде пострадал не так сильно как мог. Рукавами от той же рубашки примотал с двух сторон от перелома пару веток.
- Простите, не знаю, как вас величать. Я сейчас сбегаю за помощью, а вы старайтесь не сильно двигаться.
- Обухов Юрий Степанович. Я ваш должник, - проговорил помещик, в ужасе взирая на возвышающийся рядом бок царя хрюшек.
Тут подошел еще один участник охоты, видевший нашу баталию со своего номера, а я побежал за телегой и помощниками. Через пол часа десяток мужиков с трудом погрузили лесного великана, а помещика забрала причитающая дама на легкой двуколке с возничим. В итоге героем охоты стал раненый помещик и ваш покорный слуга. Жена пострадавшего помещика, приятная пышечка непрестанно благодарила меня за спасения супруга и звала непременно посетить их поместье. Александр Никитич, крутя ус, ответил за нас двоих согласием. Что сказать! Охота удалась, как по добыче, так по драматизму событий. Зверья добыли немало, и добыча отправилась с караваном телег и загонщиков по поместьям. Все были довольны, возбуждены и веселы. Мужчины приняли водочки, а дамы ликеру. К особому неудовольствию Оленьки, местный бомонд тщательно оценил меня взглядами на предмет годности в качестве зятя для своих многочисленных дочек, которых собралось порядком. Особо шустрые девицы, умудрились подойти и представиться, пользуясь суматохой и стреляя глазками, что в обычной обстановке было бы непозволительно. Оленька вынужденно улыбалась в лицо и шипела как гадюка в спину, не отходя от меня ни на шаг.
С охоты возвращались чуть ли не с песнями, так как Александр Никитич и Елизавета Матвеевна изрядно подняли настроение во время пикника. За нами приехала удлиненная бричка, и мы вчетвером тряслись на ней под гусарские шутки барина и смех барыни, на которые Оленька весьма болезненно реагировала, так как батюшка непрестанно прикалывался на какой из дочек соседей надо меня женить.В поместье нас встретили Лешка с Машкой и выросший Мяв. Этот кот-переросток успел построить местных аборигенов и чувствовал себя хозяином, наведя шороху в мышиной популяции.
Братишка и сестренка за прошедший год тоже решили наверстать упущенное, и изрядно подросли. Лешка наел щеки и превратился из худенького мальчонки, в крепкого парнишку на десять сантиметров выше себя прежнего. А Машка уже сейчас могла заставить умереть от зависти всех помещичьих дочек своей красотой и намечающейся фигурой. Придется отбиваться от женихов и караулить с ружьем, чтобы не украли. Хе-хе!
Пошли смотреть на кабана, которого я свалил, спасая соседа-помещика. Огромная голова была уже отделена, и братишка с восторгом трогал острые клыки, похожие на костяные кинжалы. Машка охала и закатывала глаза, когда я рассказывал, как все случилось. Мяв, утробно рыча, попытался откусить мохнатое ухо, что вызвало наш общий дружный смех. Вечером мы ели тушеную кабанятину и Александр Никитич смаковал все перипетии прошедшей охоты.
К соседям мы все-таки съездили, и Оленька осталась довольна, ввиду малого возраста потенциальных невест. Родители уехали в Город, оставив нас, детишек, набираться деревенского здоровья про запас. Я решил наверстать упущение в отсутствии умения верховой езды и каждый день в сопровождении упрямой Оленьки, которая естественно тут же решила, что ей это тоже очень нужно, набивал свою тренированную пятую точку об жесткое седло. К концу месяца мы уже довольно сносно держались в седле, несмотря на то, что Оленьке приходилось скакать на женский манер боком, принятым в это время. Иногда мы брали с собой Машку и Лешку, которые пристраивались в качестве дополнительного седока. Я вез на манер пассажирки более крупную сестренку, а Лешка ехал с барышней. Еще я всех пристрастил к плаванию, долго обучая держаться на воде девушек в балахонистых рубашках. Пришлось терпеть Оленькины невинные объятия, по поводу и без повода хватавшуюся за мою шею. Хорошо еще, что прохладная вода не давала моему естеству проявить себя во всей красе. Поэтому не без удовольствия, поддерживал за упругий животик и косил глазом на горошины сосков, выпирающие на мокрой ткани.
Так и прошло лето, вполне невинно, благодаря скорей неискушенности Оленьки, которая не могла понять, чего ей нужно и как этого добиваться. Ну, и, слава богу! Нам проблемы не нужны! Скоро поеду в столицу, а там, глядишь, и найду, как спустить напряжение. Поэтому уезжал из дома одновременно с грустью от расставания, но и с облегчением.
Р.С. Друзья! Сегодня получил от читателя свой первый в жизни подарок 99 рублей! Если бы он был в натуре, я бы его вставил в рамочку! Спасибо ему!
Глава 14
Питер встретил меня хмурым небом и противным мелким дождем. Казарма с привычным запахом, ребята, искренне обрадовавшиеся мне и домашнему салу. По дороге прикупил дополнительно хлеба и немного конфет.
- Ты Васька еще, что ли вырос?! – Петруха на правах друга обнял, заглядывая на мою макушку.
- Конечно, нет! Это ты отвык, просто!
- Ага, и форма тебе мала стала, потому что села. Да?!
- Так, как не поправиться?! Деревенская еда, она ведь должна быть сытной и питательной, иначе у сохи и приляжешь. – Смеемся от души, и я расслабляюсь, не смотря на казенщину и некоторых недругов, типа Хари. Подлянки он уже давно перестал делать, но недолюбливал меня по прежнему за то, что я не давал ему изгаляться над слабыми. Прошел к своей кровати и стал выкладывать в тумбочку домашние гостинцы. Вечером, как полагается отметили мое возвращение чаем и сборной солянкой всего съестного нескольких вновь прибывших кадетов. Разговор понятно быстро перешел на известную тему, и отроки стали хвалиться своими подвигами над деревенскими девахами. Я смеялся со всеми над бесхитростными рассказами, явно выдуманными на ходу.