Темная элита. Раскаяние

– Мне жаль, – повторяет он. Так тихо и с такой болью. В его глазах тоже застыли слезы. Но ведь это его решение. Это он причиняет мне боль. И у него нет права на эти слезы.
Бен поднимается с пледа, смотрит на меня сверху вниз:
– Я действительно хотел, чтобы у нас все получилось. Но мы слишком разные.
Слишком разные. Эти слова эхом отдаются в моей голове, оседают там, погружая меня в глубокую тьму. Я не подхожу ему. Со мной что-то не так. Поэтому он больше не может быть со мной.
  
– Так будет лучше для нас обоих. Меньше боли, понимаешь? Может, не сейчас, но в будущем.
Разумное решение – вот как он теперь пытается это мне преподнести? Серьезно?
– Я… Спасибо за все, Лу. Однажды, надеюсь, ты поймешь.
Это уже слишком. Мне чертовски больно, и эта боль просто должна выплеснуться наружу. Она буквально прорывается из меня подобно лаве из вулкана.
– Нет, Бен. Я никогда не пойму! Никогда. Потому что я люблю тебя! Просто выбросить наши отношения – последнее, что я бы сделала. И уж тем более не за твоей спиной. Я бы боролась за нас, отдала бы все ради любви. Потому что я знаю, мы бы справились. Вместе.
Пока я с надеждой жду его реакции, сердце бешено колотится. Но Бен лишь печально улыбается и качает головой.
– Я не могу, прости, Лу. – Он уходит. С каждым шагом отдаляется от меня все больше и больше, а я остаюсь сидеть, словно окаменев. Яркое пятно в море белых цветов.
Он спускается по тропе, растворяется среди деревьев и окончательно исчезает из виду. Мой взгляд затуманивается. Сердце разбивается на тысячу осколков. Я уверена – это навсегда. Осколки настолько мелкие, что их уже не склеить. Никогда больше. Они теряются в моей груди, впиваются в легкие, исчезают между ребрами, навсегда оставляя мое сердце неполноценным.
Потому что чего-то не хватает. Потому что не хватает Бена.
Человека, который так не похож на меня, но именно поэтому подходит мне, как никто другой. Он моя вторая половинка. Я всегда думала, что это оттого, что я была совсем юной, когда познакомилась с ним. Но я и сейчас в этом уверена. И я знаю, что встретить кого-то вроде Бена – редкость. Встретить близкого человека, который принимает меня такой, какая я есть. Который любит меня со всеми моими недостатками. Или любил?
Я всхлипываю и прижимаю руки к груди, потому что осколки сердца разрывают меня изнутри. В тот момент, когда я впервые прикоснулась к Бену, я почувствовала, что между нами что-то есть. Какая-то связь, пусть даже мы почти не знали друг друга. Она лишь ждала момента, чтобы окрепнуть. Найти Бена – лучшее, что когда-либо случалось со мной. Но теперь? Я сижу здесь, окруженная этими обманчиво прекрасными цветами, и мечтаю о том, чтобы я никогда его не встречала. Никогда не испытывала, каково это – чувствовать себя по-настоящему счастливой.
Потому что я уверена, что больше не найду такого, как Бен.
Куда ни посмотри, повсюду «майский снег». Цветы рассыпаны по всему полю. Но для меня они утратили свою красоту. Теперь они словно зеркало, отражающее миллионы осколков внутри моей души.
 
Глава 2
 
Люсия
 
Два года спустя
Я тяжело вздыхаю. Мои пальцы замирают над дверной ручкой. Я не могу этого сделать. Мне незачем быть здесь. Но… Что-то внутри тянет меня к этой комнате. Я словно подвешена на невидимых нитях, которые влекут меня сюда снова и снова. Сколько раз за последние недели я стояла перед этой дверью? Я даже не могу сосчитать.
Но я так и не заставила себя открыть ее. Каждый раз я сдавалась. Мне не хватало смелости. Хотя я знаю, что комната за этой дверью пуста. Что это всего лишь обычная комната. Четыре стены, комод, кровать, письменный стол. Точно такая же, как была моя, пока я не заполнила ее книгами, растениями и плакатами с иероглифическим алфавитом или хроникой мировой истории.
Стоит ли мне это делать? Эти нити должны наконец исчезнуть. Глупо, что они вообще существуют, в этом нет никакого смысла. Моя соседка Сара мертва. С тех пор как она погибла в ужасной автокатастрофе, прошло три месяца. Ее родители давно освободили комнату, и в следующем семестре, возможно, у меня уже будет новая соседка. Кто-то, кто заселится в эти четыре стены, украсит их и сделает своим домом.
И тогда у меня уже больше не будет возможности войти в комнату. Я сама не знаю, почему мне так хочется это сделать, но внутри меня живет стойкое чувство, что я в этом нуждаюсь. Чтобы освободиться. Мне необходимо войти, необходимо попрощаться, необходимо отпустить. Даже если мои поступки по отношению к Саре были далеки от идеала. Возможно, именно там я смогу попросить у нее прощения. За свое мерзкое поведение, о котором буду сожалеть всю жизнь.
Я делаю глубокий вдох и… отступаю. Я не могу этого сделать. Я никогда прежде не была в этой комнате. Даже когда Сара была еще жива. У нас не было хороших отношений. На самом деле у нас вообще не было никаких отношений. Мы избегали друг друга, занимались своими делами и лишь иногда обменивались банальными фразами на кухне.
Потому что она принадлежала к «Фортуне», к этим лицемерам. Они затягивают в свои сети всех и каждого только для того, чтобы потом уничтожить. Я могу лишь надеяться, что моя сводная сестра Элора сильнее. Что она сможет постоять за себя в этом братстве. Она…
Нет, сейчас не время думать об этом. Я хочу наконец открыть эту проклятую дверь. Я должна ее открыть.
«Возьми себя в руки, Люсия», – бормочу я себе под нос. Просто глупо – в который раз стоять перед дверью, только чтобы в конце концов опять отступить. Я должна наконец преодолеть свой страх.
Решительно протягиваю руку, пальцы сжимают холодную ручку. Они дрожат, но я не сдаюсь. Мой пульс учащается.
Я открываю дверь и вхожу в комнату Сары.
Меня встречает тишина. Голые стены, холодные и серые. Сквозь решетчатое окно пробивается одинокий солнечный луч, в свете которого, словно танцующие светлячки, кружится пыль. Я делаю несколько осторожных шагов, половицы из красного дерева поскрипывают под ногами.
«Как в фильме ужасов», – мелькает в голове. Быстро отгоняю эти мысли прочь. Здесь нет ничего страшного. Сара давно ушла.
И все же… Кажется, будто я все еще чувствую ее присутствие и слышу ее звонкий смех, который иногда доносился из-за ее двери. Мысленно представляю, как она проходится по комнате. Темные волосы, которыми Сара немного напоминала мне Белоснежку, откинуты назад и струятся по спине. Она всегда была гордой. Готовой дать отпор. И всегда немного… озлобленной. Я не доверяла ей.
И не зря.
– Прости меня, Сара, – шепчу я в пустоту комнаты, непроизвольно дотрагиваясь до шрама на ладони. Мой голос эхом отдается от стен и разносится по комнате, из-за чего звучит громче, чем есть на самом деле. По рукам пробегают мурашки. Но теперь, когда я здесь, я хочу довести это дело до конца. Неважно, насколько глупо я себя при этом чувствую. – Прости, что плохо говорила о тебе. Прости, что не спросила, что с тобой происходит. Скорее всего, ты бы мне этого и не сказала, но… Но по крайней мере, я бы спросила. Я была плохой соседкой. Впрочем, ты тоже, но…
Стоп, нет, это полная глупость. Я качаю головой; это все равно ничего даст. Это была явно тупая идея – вообще заходить в эту комнату. Я слишком зациклилась на этой ситуации, придавая ей больше значения, чем она того заслуживает. По крайней мере, теперь я с этим покончила и в ближайшие недели смогу сосредоточиться на том, что действительно важно: буду изучать историю, поддерживать моего лучшего друга Габриэля во время его терапии и наконец-то лучше узнаю свою сводную сестру.
  
Вздохнув, я поворачиваюсь, чтобы покинуть комнату. Под моей правой ногой прогибается, поднимаясь другим концом, половица. Замираю, отступаю, и она возвращается на место. Я снова наступаю на нее, и она покачивается. Что?.. Приседаю на корточки, ощупываю края доски. Я, конечно, знала, что здания в Корвина Касл нуждаются в ремонте, но неужели все и правда разваливается? Я должна срочно сообщить об этом смотрителю, прежде чем появится новая соседка.