Демон из прошлого (СИ)

— Звучит как план, — отозвалась Шая. Её голос стал чуть более решительным, словно она уже представляла, как будет действовать. — Ладно, сейчас попробую.
Я повернулся к остальным. Гуль и Джон стояли рядом, их лица выражали смесь беспокойства и сосредоточенности.
— Что дальше? — спросил Гуль, поправляя свою шляпу.
— Дальше? Ждём Шаю. Если она сможет запустить электричество, у нас появится преимущество. Монстр слеп и ориентируется по звуку. Если мы создадим постоянный шум, он потеряет способность нас находить, — объяснил я, стараясь говорить спокойно.
  
— Значит, нужно быть готовыми. Как только она включит систему, мы начнём двигаться, — кивнул Джон, осматривая свой пулемет.
— Опять ждать. Когда-нибудь это станет нашей главной стратегией: просто стоять и надеяться, что всё само решится, — комментарий Гуля не заставил себя долго ждать.
— Пока работает, — парировал я, хотя сам понимал, что наши шансы зависят от того, насколько удачно Шая справится со своей задачей.
Мы замерли, прислушиваясь к каждому звуку. Из вентиляции доносились едва слышные шорохи — Шая явно пыталась передвигаться как можно тише. Время тянулось медленно, каждая секунда казалась вечностью.
Спустя несколько минут, откуда-то снизу появился монотонный гул. Он нарастал медленно, словно старые механизмы нехотя пробуждались от долгой спячки. Затем на потолке начали загораться световые панели — одна за другой, будто кто-то зажигал свечи в огромном подземелье. Убежище наполнилось тусклым, мигающим светом, который бросал странные тени на стены.
— Фрэнк, тут всё держится на честном слове. Я не знаю, сколько это проработает, — с досадой в голосе передала Шая. Её голос звучал напряжённо, будто она уже представляла, как всё разваливается на части. — Нужно действовать быстро.
— Мы готовы, врубай уже, — нервно ответил я, чувствуя, как мой палец инстинктивно сжимается на спусковом крючке дробовика.
Через минуту из динамиков, развешанных везде под потолком, раздался противный высокочастотный скрежет. Система пожарной тревоги включилась с оглушительным воем, от которого заложило уши. Этот звук был невыносимым даже для нас, что уж говорить о существе, которое полагалось на свой слух больше, чем на любой другой орган чувств.
— Двинули, — сказал я, делая жест рукой и указывая вперёд.
Системы оповещения гудели, заполняя коридоры убежища оглушительным воем. Мы шли к логову монстра, с трудом стараясь не замечать этот бесконечный скрежет. Я обернулся к Джону, чтобы озвучить план:
— Джон, ты в своём доспехе достаточно силён. Твоя задача — завалить тварь на пол и удерживать весом своего доспеха. Будем надеяться, что он не сможет поднять полтонны разом, — сказал я, стараясь перекричать звук сирены.
— А если сможет? — Джон всё так же был не уверен, как, впрочем, и всегда. Его голос звучал глухо из-за шлема, но в нём явно читалась тревога.
— Измотай его. Вон, смотри какая труба, выглядит тяжёлой, — ответил я, указывая на кусок ржавой чугунной трубы, торчащий из стены.
Джон подошёл к стене и одним рывком оторвал кусок трубы. Она выглядела ржавой, но всё ещё достаточно прочной и увесистой.
— А ты что будешь делать? — спросил он, взвешивая трубу в руках, словно проверяя её удобство.
— Как только ты его повалишь, я воткну нож ему в затылок. Если Гуль прав, то это его убьёт, — пояснил я, пытаясь говорить уверенно, хотя внутри всё сжималось от осознания риска.
— Слишком много «если», — скептически фыркнул Джон, качая головой.
Гуль, который до этого молча наблюдал за нашим разговором, не выдержал и вставил своё слово:
— О, да ладно вам! — произнёс он с ехидной ухмылкой, поправляя шляпу. — Вы обсуждаете план, как будто это какой-то театральный спектакль. Джон, ты просто бросишь эту железяку на тварь, а Фрэнк воткнёт свой ножик куда надо. Всё просто! Если что-то пойдёт не так, мы всегда можем придумать второй план… или третий… или четвёртый. Главное — выжить первые пять минут.
Я бросил на него недовольный взгляд, но промолчал. Гуль всегда умел добавить немного циничного юмора даже в самые напряжённые моменты.
— Да уж, отличная стратегия, — проворчал Джон, продолжая вертеть трубу в руках.
— Ладно, хватит болтать, — оборвал я их обоих, чувствуя, как напряжение нарастает. — Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше. Готовьтесь.
Мы двинулись дальше, стараясь сохранять бдительность. Шум сирены заглушал наши шаги, но я всё равно старался ступать как можно тише. Каждый поворот казался опасным, каждый тёмный угол — потенциальной ловушкой.
Вскоре мы услышали глухие удары и громкое рычание, перекрывающее даже оглушительный вой системы оповещения. Подойдя ближе, стало очевидно, что из-за шума монстр полностью потерял ориентацию в пространстве. Он метался от одной стены к другой, врезаясь головой с такой силой, что металл стен отзывался протяжным скрежетом. Каждый удар отзывался эхом по всему помещению, словно кто-то колотил огромным молотом по железной плите.
Наконец, он остановился. Его массивное тело застыло, словно статуя. Монстр закрыл передними лапами свою голову, пытаясь отгородиться от назойливого шума. Его дыхание было тяжёлым, прерывистым, почти хриплым. Судя по всему, бесконечные удары о стены и давящий звук системы довели его до изнеможения. Это был наш шанс.
Мы осторожно вошли в помещение, стараясь не делать резких движений. Гуль занял позицию слева, приготовив винтовку. Я встал справа, сжимая дробовик так крепко, что костяшки побелели. Джон, всё ещё сжимающий чугунную трубу, оказался прямо напротив монстра. Мы окружили его с трёх сторон, но тварь, казалось, вообще не замечала нас. Она стояла неподвижно, её безглазая голова была опущена, а треугольные уши беспомощно подрагивали, словно пытаясь уловить хоть какой-то звук в этой какофонии.
Я молча поднял руку, давая знак Джону начать.
Джон сделал шаг вперёд, размахнулся и со всей силы своего стального доспеха обрушил трубу на голову монстра. Раздался оглушительный треск — труба переломилась пополам, а из пасти твари брызнула кровь. Несколько зубов вылетели и поскакали по полу. Голову монстра повело вправо, он качнулся вслед за ударом и сделал неуверенный шаг в мою сторону.
Я не стал ждать. Нажав на спусковой крючок, я выстрелил из дробовика почти в упор. Заряд прошил его кожу, срывая её с черепа. Под ней показались прочные костяные пластины, блестящие в тусклом свете. Тварь взревела — рёв был таким громким, что даже система оповещения на мгновение показалась тише. Но она всё ещё не понимала, что происходит.
В этот момент Гуль выстрелил. Пуля ударила монстра точно в висок, заставив его голову дернуться вбок под неестественным углом. Раздался громкий хруст. Однако тварь не упала. Она лишь покачнулась, словно пьяная, и снова попыталась сориентироваться.
— Добивай его! — крикнул я, перезаряжая дробовик.
Джон снова шагнул вперёд и обрушил обломок трубы на голову монстра. На этот раз удар был ещё мощнее. Тварь пошатнулась и рухнула на пол, её тело судорожно задёргалось, словно она пыталась подняться. Джон прыгнул на неё сверху, придавливая к полу всем своим весом.
И тут свет погас. Вместе с ним прекратился и скрежет системы оповещения. Мы оказались в темноте. Только прожектор на плече Джона освещал извивающегося монстра. Его когти скрежетали по металлическому полу, оставляя глубокие царапины, а хриплое дыхание разносилось по помещению. Он барахтался под доспехом Джона, пытаясь дотянуться до него, но у него не получалось завести свои лапы за спину.
— Черт! — прошипел Гуль, судорожно передёргивая затвор на своей винтовке и досылая новый патрон в патронник. Его голос дрожал от напряжения. — Если эта штука сейчас встанет, мы все покойники!
  
Я понимал, что действовать нужно быстро. Если тварь сможет восстановить ориентацию и почувствует нас, то раскидает как тряпичных кукол. Ловко подскочив к ней, я выхватил нож и, не теряя ни секунды, вонзил его в основание черепа монстра. Лезвие вошло с хрустом, но только наполовину. Тварь снова заревела — звук был таким громким, и звоном отдавался в моей голове. Она начала биться ещё отчаяннее, её конечности судорожно забились о пол.