Николай I Освободитель // Книга 9 (СИ)

— А вы сами не жалеете? — аккуратно спросил меня Куприянов, — такая все же махина как РАК… Только вот доходы приносить начала…
Последний глава компании в отличии от многих других прекрасно осознавал масштабы вложенных в компанию за 20-е и 30-е годы средств. Одна только перевозка чуть ли не двух сотен тысяч колонистов — с сопутствующими грузами конечно — на другой конец света сожрала полсотни миллионов рублей. Очень долго РАК болталась на уровне нулевой окупаемости и только в начале 1840-х со стартом промышленной добычи Калифорнийского золота начала показывать устойчивую прибыль.
— Нисколько, — я улыбнулся контр-адмиралу, получившему в ознаменовании завершения его работы на посту директора РАК Владимира третьей степени. — Для меня как императора нет ничего важнее нежели благо Российского государства. Передача этих земель продиктована политическими соображениями и пойдет империи на благо, а значит и волноваться не о чем.
Продажа Русской Америки стала самой большой земельной сделкой в истории. До того и вероятнее всего в будущем никто повторить это не сможет. Разве что когда человечество выйдет на межпланетный уровень, но до этого точно нет. Пять миллионов квадратных километров земли!!! Пол-Европы, если от Уральских гор до Атлантического океана считать.
Территория настолько огромная, что, если честно, никто даже не пытался точно определить передаваемую площадь. Прикинули с разбегом в сто-двести тысяч квадратных — пару Ирландий сюда, пару туда, кто их там считать будет — километров и округлили до целого числа. Чтоб красивее было. Да и граница между Россией с одной стороны и Канадой и США с другой была в тех местах не делимитированна по большей части, просто по причине дикости этих земель. Договорились «по реке» или «по водоразделу» — а где точно тот водораздел проходит — Бог знает. Глядишь потомки разберутся.
С финансовой точки зрения сделка также выглядела монструозно. На собрании акционеров РАК было принято решение о формировании общей средней цены за квадратный километр территории — то есть без разбивки на горы, пустыни, города, леса и прочие там ледники — 30 рублей за квадратный километр. Фактически даром, по правде говоря.
Средняя цена земли в империи колебалась с районе 30–40 рублей за гектар. Плодородная земля на юге в районе побережья могла торговаться и за 200 и за 400 рублей, а кусок какой-нибудь тайги вдалеке от обжитых мест отдали бы и за 5 рублей без всяких сожалений. Но это за гектар, а квадратном километре как ни крути сто гектар, и если бы Русская Америка выкупалась в казну по «рыночной цене», ее бы стоимость — одной земли, даже если забыть про то же добываемое там золото — составила бы не много не мало пятнадцать миллиардов золотых рублей. Двадцать скорее, если опять же вспомнить про все «дополнительные» богатства и миллионное население.
Понятное дело, что повесить такую гирю на ноги империи я просто не мог. С другой стороны и дальше продолжаться ситуация, когда часть территории империи фактически находится вне ее правового поля, тоже не могла. Ладно, когда там десяток-другой тысяч колонистов, можно закрыть глаза, но население края стремительно росло, нужно было организовывать полноценные властные институты — полицию создавать, набор в армию проводить вместо полуимпровизированного ополчения и так далее.
Не знаю, как этот вопрос был улажен в моей истории и как там договаривались о цене с американцами, но тут ситуацию сильно упрощало то что главным акционером РАК был я сам. Первые акции этой компании были куплены мною еще в десятых и потом по мере вливания туда огромных, просто недоступных другим предпринимателям России средств мой пакет потихоньку становился все больше и больше, достигнув к моменту продажи солидных 82% акций.
Главным аргументом, который позволил убедить остальных акционеров компании согласиться на столь скромные запросы по конечной цене, стала банальная угроза забрать территорию в казну вообще без всяких компенсаций. Дело мол политическое, и относится к нему нужно было бы так же. Получили бы тогда акционеры компенсацию за непосредственно изымаемое у них имущество, а все остальное бы просто отошло в казну.
  
Ведь не могут же быть в империи «частные» города? Нет. Ну вот пусть здания — часть из них естественно выкупили бы под административные нужды — остаются за РАК, а сам город отходит под управление имперской администрации. Так же оставили бы акционерам различные производства, движимое имущество, а 99.9% земли ушло бы государству. То есть как бы и право частной собственности не нарушилось, но и тратить уж слишком много казённых денег не пришлось бы.
Конечно в такой ситуации я сам как главный акционер пострадал бы больше всего, однако видимо никто не сомневался в том, что император не дрогнувшей рукой подпишет указ по переводу всего имущества РАК из своего «левого кармана» в «правый». Пусть даже этот самый правый карман как бы и не мой лично, а общеимперский.
Так или иначе на выкуп РАК было выделено 150 миллионов рублей. Огромная сумма, которую бюджет России был естественно не способен «поднять» единоразово. Поэтому я свою долю взял облигациями государственного займа, «милостиво» выделив остальным акционерам живые деньги. Восемнадцать миллионов на это в казне найти смогли. Ну как смогли, мне пришлось еще немного ссудить империи из своих личных денег. С какой стороны не посмотри сомнительная с коммерческой точки зрения сделка — менять высоколиквидный и высокодоходный актив на 3,5% гособлигации — но опять же политические резоны тут превалировали над денежными. Ничего не поделаешь.
Если говорить о дальнейших событиях, то «национализация» Русской Америки однозначно пошла краю на пользу. Появилась некая уверенность в его будущем, в том, что Россия сюда пришла надолго. Навсегда.
Во-вторых, создание там имперской администрации позволило включить эти территории в переселенческую программу. До того все переезжающие на новое место русские колонисты заключали частный договор с компанией. На практике их правовой статус мало чем отличался от «государственных» переселенцев в Сибирь или ту же Африку, но все же непосредственно правительству у нас люди верили больше чем какой-то там компании, поэтому поток желающих отправиться на другой конец планеты — и без того нужно признать достаточно полноводный — вырос еще сильнее. Все упиралось в логистические возможности, а они оставались теми же. Изменилась ситуация только после достройки Транссиба до Владивостока, но до этого еще было очень много лет.
— Так значит это вот оно? Я правильно понимаю? — Я ткнул пальцем в достаточно невзрачного вида горку белого, немного комковатого порошка, на первый взгляд почему-то напомнившего стиральный. Хотя где я, а где стиральный порошок, его поди еще не изобрели, мыло все пользуют для этих целей.
— Именно так, Ваше Императорское Величество, именно так. Искомый продукт в самом чистейшем виде! — Руководитель научной группы, высокий немного всклокоченный мужчина лет тридцати выделявшийся толстенными очками на переносице попытался еще раз изобразить что-то вроде поклона. Он явно не знал куда деть руки, постоянно теребил полу халата, щупал стол, поправлял и так нормально стоящие предметы на столе и вообще очевидно чувствовал себя не в своей тарелке.
Тем более рядом с императором на «ознакомительную экскурсию» прибыл еще и новый министр общественного здоровья, от которого вообще неизвестно, что ждать, вот и нервничал ученый, еще не понимая, сколь серьезное открытие он только что сделал со своими подчиненными.
— А что, много можете его сделать? Ну вот если нужно будет… — Я задумчиво отщипнул от лежащей на блюдце горки порошка верхушку, растер пальцами, зачем-то понюхал и даже попробовал на язык, вызвав у всех присутствующих буквально приступ паники. А ну как монарх отравится и кони двинет, их же всех потом скопом отправят на Камчатку, белым медведям прививки ставить. И никому не объяснишь, что травить не собирались, и вообще император исключительно по собственной глупости на свидание с предками отправился.