Хозяин ночи

Да что за бред со мной происходит?
Я трясу головой, пытаюсь отогнать наваждение. Хочется несколько раз ударить себя по щекам. С силой. Чтобы мозги встали на место.
– Я… – мой голос осип, я откашливаюсь. – Я приду к восьми лишь за тем, чтобы забрать договор, Давид Романович. И только, – заканчиваю я, сглатывая собравшуюся во рту слюну.
– И только? – переспрашивает он.
В бездонном взгляде раздражение.
– И только, – повторила я. – Я не нарушу правила даже ради вас.
 
Глава 4. Рада
 
– Ну что? – я слышу эту фразу, едва переступаю порог собственного кабинета.
Кристина вскакивает из-за стола, возвращает карандаш на место, сворачивает записной листок вдвое и смотрит на меня с надеждой.
– Ничего. Хозяин Ночи изучает договор, – ответила я, забрасывая сумочку на полку стеллажа. – В восемь ждет в Ирисе. На подписание. Если его все устроит.
– Ага, – тянет девушка с раздражающей интонацией.
– Ага, – я передразниваю ее и плюхаюсь в кресло. – Что это? – спросила, с удивлением уставившись на экран ноутбука. С него на меня смотрел господин Немиров собственной персоной. Наглая ухмылочка, уверенный взгляд.
– Это я решила поискать неофициальную информацию о владельце. Мне же с ним плотно работать.
– Ну да, – произнесла я скептично, нажатием кнопки скрывая самодовольную морду с глаз долой.
– Это проверенный факт, Рада Артемовна. Хорошие взаимоотношения помогают в работе, – Кристина мечтательно улыбнулась, поигрывая бровями. – Думаете, нам бы позволили сверлить стену Элеганта для крепления гирлянд, если бы не мои теплые отношения с Владиком Тимофеевичем? – мне не удается контролировать скептическийхмык. – А так мы сэкономили на монтаже.
– Кристин! – воскликнула я, удивляясь собственной глупости. Почему я сразу не догадалась?! – Ты бы не хотела сегодня вечером встретиться с господином Немировым? – спросила я и затаила дыхание. Мне определенно нужно было держаться от него подальше. Давно мужчина не въедался в мысли так плотно. До галлюцинаций. И не то чтобы давно – никогда!
– Я с удовольствием, – ответила Кристина не раздумывая.
– Отлично. Он будет ждать в восемь в Ирис.
– Но он ждет вас, Рада Артемовна? – девушка сощурила лисьи глазки.
– Я могу сослаться на болезнь. В последний момент.
– Не нужно. Я сама все объясню при встрече. Думаю, Давидик Романович все поймет.
– Ты только не перестарайся, хорошо? – сказала я, почувствовав ничем не объяснимое раздражение. – Все же… мы должны сохранять репутации нашей студии.
– Рада Артемовна, ну, что ли, я похожа на дурочку? – спросила Кристина, сложив губки бантиком. – Во-первых, я не маленькая девочка и знаю, как себя вести с мужчинами, во-вторых, мне и своя репутация дорога. Я ищу мужа, а не любовника. С этим у меня проблем нет, – закончила она горделиво.
– А лучше бы ты искала любовника, – проворчала я. – С ними проще.
– Ну, я еще не разочаровалась в мужчинах, – выдала она стервозно.
– Какие твои годы, – ответила я. Господи, и зачем я вообще поддерживаю этот разговор? Словно хочу что-то доказать?.. – Кристин, и назначь, пожалуйста, встречу, чтобы уже тщательно осмотреть клуб. Сделать зарисовки декораций, переговорить с персоналом, – я вернула наш диалог в рабочее русло.
– Обязательно, Рада Артемовна. Ну я побежала? Кстати, – сказала она, уже взявшись за дверную ручку, – Грачевы трижды звонили сегодня. Переживают.
– Спасибо. Я свяжусь с ними и успокою.
Кристина хлопнула дверью и тут же открыла ее, просунув рыжеволосую голову в кабинет.
– Вы мне телефончик Немирова скиньте. На всякий случай. Мало ли.
– Конечно. Дай мне минуту.
И зачем я попросила эту минуту, почему сразу не могла сбросить номер, он же был забит у меня в телефоне?.. Как только эта мысль мелькнула в сознании, я сразу выполнила просьбу Кристины. Не хватало заниматься ерундой, словно я малолетка. Это в двадцать можно ревновать чужого или абсолютно незнакомого парня, а в тридцать с хвостиком пора бы набраться ума.
Я переговорила с Грачевыми, успокоила взволнованную мать. Она несколько раз объяснила, что их семья не может позволить провала. Планируется больше пятисот гостей, и все они уважаемые. Вот все: от первого и до пятисотого. Разговор закончился фразой:
  
– Если вы не сможете сделать так, как мы с вами обговаривали, то, поверьте, вашей студии не стоит больше работать с организацией мероприятий. Я позабочусь, приличных заказов у вас больше не будет.
– Я прекрасно понимаю ваши опасения, – произнесла я, стараясь улыбаться, хоть Грачева меня и не видела. – Я гарантирую, что совершеннолетие вашего сына город запомнит надолго.
– Надеюсь на это!
Я попрощалась, брезгливо отложила телефон в сторону. Разговор высосал из меня силы. Бывают же люди, несколько минут беседы – и ты разряжаешься, словно батарейка. И дело даже не в том, что говорит этот человек, достаточно его присутствия.
– Рада Артемовна, отпустите меня на часик раньше? Хочу подобрать подходящий лук для встречи, – спросила Кристина, поймав меня у кофемашины.
– Конечно. В Ирисе строгий дресс-код, – ответила я и задумалась над тем, почему, собственно, и мне не поехать домой. Я не хотела думать о прошлой ночи или о работе, я хотела спать! – Отпишись, как будет результат, – попросила я.
– Оки-доки.
Возвращаться домой, когда на улице еще светло, было довольно странно. Я так привыкла работать до последнего, что, идя к подъезду и встречая прогуливающихся людей, улыбалась им. Ничего хорошего прохожие точно не подумали. Не удивлюсь, если в общедомовом чате появится новость о странной женщине.
Серканчик был удивлен моему появлению не меньше остальных, застыв на месте преступления.
– Фу-у-у, – протянула я, поднимая халат с пола. – Ну нет у тебя ничего, что ты его мутузишь? И не смотри на меня так, я не буду покупать тебе плюшевую чихуашку, – на отказ пес отреагировал недовольным ворчанием и тявканьем. – А ты цены видел на собачьих подружек? – Серкан подпрыгнул, сделал оборот вокруг себя. – Тебе лет десять надо будет показывать цирковые номера у метро. И мне тоже. А что, если я скажу ГУЛЯТЬ?
Это слово всегда возвращало любовь к жизни моему рыжему мужчинке. На улице он мог вдоволь набегаться и налаяться. По возвращении домой падал без задних ног и спал до самого утра. И я, воспользовавшись моментом, что главный конкурент СПА-процедур отключился, набрала ванную. На Новый год девчонки подарили мне подставку для кайфушек. На нейможно было разместить бокал вина, закуски, телефон или книгу и отмокать часами.
– М-м-м, – я со стоном опустилась в горячую воду, отпила прохладного вина и откинулась на бортик ванной.
Ну что может быть лучше? Только звонок Кристины… Я дотянулась до полотенца, вытерла руки от пены.
– Все хорошо? – спросила, принимая вызов и пытаясь сообразить, сколько сейчас времени. Когда я вернулась с прогулки, на часах было семь тридцать. Сейчас Кристина должна была еще находиться в ресторане с Немировым.
– Это я хотел у тебя спросить, – вместо приятного женского голоса из динамика доносился мужской. Злой. Очень злой.
– Эм…
Ну что я могла еще сказать кроме “эм” ?..
– Судя по звукам, Р-р-рада, все отлично. Если тебя интересует аренда, моя чистенькая девочка, то я жду тут еще тридцать минут. И ни секундой дольше.
Я до боли прикусила губу, чтобы не сказать никакую гадость в ответ. Днем Грачевы дали ясно понять, что не потерпят накладок.
– Давид Романович, разве Кристина вам не сказала, что я плохо себя чувствую? – спросила я, придав голосу болезненности.
– Да, она что-то там мямлила, активно теребя себя за вырез платья. Ты хотела подложить ее под меня? – спросил он нахально.
– Что?! – воскликнула я, забыв, что должна изображать больную.
– Ну, судя по внешнему виду твоей коллеги, она приехала не только за договором.
– Черт, – ругнулась я сквозь зубы. Кристина могла… перестараться. В поисках достойного кандидата в мужья она была беспощадна к конкуренткам, да и самому кандидату. – Я не понимаю, о чем вы говорите, – произнесла самым невинным тоном, не забыв изобразить кашель и тяжелое дыхание.