Хозяин ночи

– Прошу, – широкой ладонью он указал направление.
– Спасибо, – я поднималась по лестнице, чувствуя чужой взгляд на ногах и бедрах. Впервые за долгое время мне хотелось выдумать причину, чтобы задержаться и пропустить мужчину вперед.
– Выше, – подсказал Немиров, когда я остановилась. – Мой кабинет на самом верху, как и вы, Р-р-рада, я не люблю шум и суету.
– Тогда почему владеете ночным клубом? – спросила я с улыбкой, стараясь задать тон нашему общению. Легкий, дружеский.
– Потому что человеческие пороки очень прибыльны. И я бы мог задать тот же вопрос вам, Р-р-рада, – сказала он.
– По той же причине, что и вы, Давид Романович, – ответила я. – А еще я люблю свою работу и умею ее хорошо делать, – я остановилась на последней ступени. – Можно включить свет? – попросила я, глядя в непроглядную темноту коридора. Внутри неприятно похолодело, словно сейчас я совершала самую большую ошибку своей жизни. Чувствую себя загнанным зверьком. Впереди неизвестность, а сзади хищник, что вынуждал делать один шаг за другим.
– Зачем? – спросил мужчина на ухо, встав за моей спиной.
– Там темно. Я ничего не вижу.
– Для меня это не проблема, Р-р-рада, – прорычал он, запуская мурашки по телу.
– Не хочу упасть, – произнесла я, нервно рассмеявшись, чувствуя не только мужское дыхание на своей шее, но и тепло его тела. Ненормальное для обычного человека. А ведь Немиров даже не касался меня.
– Я не позволю этому случиться.
Мне не нравилось происходящее. Вроде бы он не переходил границы дозволенного. Не трогал, не говорил банальные пошлости, не предлагал быстрый, ничего незначащий секс или же неземные блага в ответ. Кажется, я ошиблась в характеристике господина Немирова. Работа с ним будет сложней.
– И как часто женщины клюют на мнимую заботу о себе? – спросила я, повернувшись к мужчине лицом и отмечая тот факт, что, даже стоя на ступень ниже, он возвышался надо мной.
– Всегда, – ответил он с нахальной улыбкой.
– Жаль. Нужно уметь заботиться о себе самой, – произнесла я, разворачиваясь и буквально вслепую идя по коридору.
– Вы прошли дверь, Рада, – сообщил Немиров.
Я обернулась, рассматривая силуэт. Тусклый свет, проникающий с лестницы, подсвечивал мощную фигуру. Внутри зарождался страх. Тонкий-тонкий. Он спутывал своими нитями тело, заставляя стоять на месте, смотря за приближением мужчины.
«Мне нечего бояться, – успокаивала я себя. Внизу Витя, и стоит мне закричать, он придет на помощь».
Да и разве я раньше не встречала подобных Немирову? Они думали, что если их природа наградила привлекательной внешностью и кобелиной натурой, то все женщины обязаны падать к их ногам, но как приятно смотреть на удивленные лица, когда уверенно говоришь “нет”.
– Если девушка не реагирует на мнимую заботу, вы пытаетесь ее запугать? – спросила я, не веря, что произнесла это. Я же пришла за арендой помещения.
– Я использую любые способы, чтобы добиться своего.
– Надеюсь, в рамках законодательства, – произнесла я, глядя в лицо мужчины. Я не видела его выражения, было слишком темно. А темнота всегда действует гипнотически. В темноте самые простые вещи обретают глубину и тайну.
Он пожал плечами. Усмехнулся, если я правильно поняла шумный выдох.
– Удивительно, – сказал он тихо, остановившись в шаге от меня.
– Что же? – спросила я, гордо вскинув голову, отгоняя от себя неуместные и совершенно ненужные ощущения. Тело отзывалось на напор Немирова. Он был шикарен. Мне, как женщине, нравилось, как он выглядел, нравился его голос, его запах. И именно после подобной гормональной встряски в прошлый раз я собирала себя по кускам, выплакав литры слез, превратив себя в амебное нечто с грязной головой, одетое в растянутую футболку с пятнами от какао.
– Жизнь удивительна.
– Это бесспорно, – согласилась я.
– А вы всегда жили в этом городе или?..
– Всегда. Я родилась здесь.
Не знаю, к чему были заданы эти вопросы, но если Немирову хотелось знать место моего рождения, то пожалуйста. Подобной информации мне не жалко.
  
– Тогда мне повезло.
Наступила тишина.
Мы продолжали стоять друг напротив друга. Почти в полной темноте.
По коже пробежал холодок. Странное чувство. Очень.
– Надеюсь, и мне повезет, Давид Романович, – я решила идти в наступление.
– Посмотрим, – сказал он.
– Посмотрим, – повторила я на выдохе.
Он рассмеялся.
– А почему такое разочарование в голосе, Рада.
– Самое ужасное слово, что можно услышать от мужчины, – это “посмотрим”. Некрасивое. В первом случае оно означает “никогда”.
– А во втором?
– А во втором, что женщине придется очень постараться, чтобы получить желаемое.
– Хм. А ведь так и есть.
– Да. Я была замужем, знаю, что означает слово “посмотрим”.
Немиров словно получил пощечину, дернувшись всем телом. Он отступил на шаг, мотнул головой, ругнулся сквозь зубы.
– Ты не пахнешь мужчиной, – процедил он.
– Эм-м-м, я очень на это надеюсь, – ответила я обескураженно. Что вообще это значит?.. Чем больше я говорила с владельцем “Ночи”, тем больше убеждалась, что это будет самый сложный заказ из всех, выполненных нашим агентством.
Если мы его получим.
– Как давно ты развелась?
– Это личный вопрос, Давид Романович, и он не имеет никакого отношения к работе.
– Как давно ты развелась? – спросил он повторно.
– Четыре года назад, – произнесла с профессиональной улыбкой на губах. Она всегда появлялась, когда ситуация выходила из-под контроля.
– Ты… ты…
Я продолжала улыбаться, ожидая продолжения. И, честно говоря, мне уже хотелось позвать Витю. Только не для этого я пахала столько лет, чтобы спасовать перед эксцентричным богатеем.
– Что я?
– Ты… встречаешься с кем-нибудь?
М-да…
Быстро. Очень быстро.
Даже не успели войти в кабинет.
– Прошу прощения, но я бы хотела сменить тему нашего разговора.
– А что в ней плохого? – Немиров раздраженно передернул плечами. – Простой вопрос.
– Личный, – я сделала ударение на этом слове, – вопрос. И опережая ваши действия, я хочу предупредить… – в этот момент зажегся свет, ослепляя меня.
– Уйди! – рыкнул Немиров тому, кто буквально спас меня от неудобной беседы. Я не видела, мужчина это или женщина – слышала только шаги. Торопливые.
– Пройдемте наконец в кабинет? – поинтересовалась я, направляясь к двери, обходя Давида Романовича по дуге.
Внутри продолжало все сжиматься от странной смеси тревоги, заинтересованности и, стоит признать, возбуждения. «Но это абсолютно нормально, когда ты живой человек», – убеждала я себя. Нормально чувствовать влечение. Особенно если секс был, мягко говоря, давно. Как бы сказала Кристиночка: “Рада Артемовна, пора снять паутинку с усиков киски”.
– С удовольствием. В обмен на встречу. Ужин?
Я остановилась, повернулась к мужчине лицом.
– У меня есть правила, – произнесла я, глядя в наглые глаза. – Никогда не встречаться с клиентами. Правила помогают хорошо выполнять свою работу и не отвлекаться на личные неурядицы.
– Так я не клиент, я владелец помещения, Рада, – прошептал имя так, что кожа покрывалась мурашками.
Вот только я давно исключила таких мужчин, как Немиров, из своей жизни. Подобные ему любили только себя. А! Еще моих подруг. Дома меня ждал Серкан и бутылка вина.
– Это мое второе правило. Не вступать ни в какие отношения с арендодателями, – говорила как можно увереннее.
– Слишком много правил для такой милой девочки, – он улыбнулся и подался вперед, выдохнув мне в губы: – Парочку придется нарушить.
По логике Немирова я должна была впечатлиться его мятным дыханием и ярким мужским парфюмом. По логике любого здравого человека – испытать неудобство, а я рассмеялась.
– Спасибо за девочку, – пояснила я. – Меня давно так не называли. Перейдем к рабочим моментам?
– А ты упрямая, – с неожиданной гордостью в голосе произнес Давид Романович.