Перси Джексон и лабиринт смерти

И вот я лежал без сна почти до полуночи, глядя на матрас верхней койки. И тут я осознал, что комната озарена странным светом. Фонтанчик с морской водой светился.
Я сбросил одеяло и опасливо подошел. Морская вода была горячая, от нее шел пар. Струйка воды переливалась всеми цветами радуги, хотя никакого света в комнате не было, только луна за окошком. Потом из клубов пара послышался приятный женский голос: «Пожалуйста, бросьте одну драхму».
Я оглянулся на Тайсона – тот по-прежнему храпел. Он спит крепко, как слон, накачанный транквилизаторами.
Я не знал, что и думать. Мне никогда еще не приходилось получать послания Ириды. На дне фонтанчика блестела золотая драхма. Я достал ее и бросил в клубы пара. Монетка исчезла.
– О Ирида, богиня радуги, – прошептал я, – покажи же мне ныне… Ну, то, что ты собираешься мне показать.
Пар замерцал. Я увидел темный речной берег. Над черной водой ползли клочья тумана. На берегу валялись осколки вулканической породы. У реки сидел на корточках мальчик, поддерживая костерок. Пламя имело неестественный голубой оттенок. Потом я увидел лицо мальчика. Это был Нико ди Анджело. Он бросал в костер листочки бумаги: карточки из «Мифов и магии», игры, которой он увлекался этой зимой.
Нико было всего десять – теперь, наверно, уже одиннадцать, – но выглядел он старше. Волосы у него отросли. Они были спутанные и растрепанные и почти доставали до плеч. Глаза темные. Оливковая кожа побледнела. На Нико были драные черные джинсы и потрепанная пилотская куртка, на несколько размеров больше, чем надо. Куртка была расстегнута, под ней виднелась черная рубашка. Лицо чумазое, глаза слегка безумные. Нико был похож на уличного беспризорника.
Я ждал, когда он посмотрит на меня. Наверняка сейчас разозлится, примется упрекать меня за то, что я позволил его сестре умереть… Но он меня как будто не замечал.
Я стоял тихо, не смея шевельнуться. Если это послание Ириды отправил не он, то кто же тогда?
Нико бросил в голубое пламя еще одну карту.
– Бесполезная штука, – буркнул он. – Просто не верится, что когда-то мне это нравилось.
– Ребячья забава, хозяин, – поддакнул другой голос. Он вроде бы доносился откуда-то от костра, но мне было не видно, кто это говорит.
Нико смотрел за реку. За ней виднелся черный берег, одетый туманом. Я узнал его: это был подземный мир. Нико сидел на берегу Стикса.
– Ничего не вышло, – пробормотал он. – Назад ее никак не вернешь.
Другой голос ничего не ответил.
Нико нерешительно повернулся в его сторону.
– Ты тут? Отвечай!
Что-то замерцало. Я было подумал, что это просто отсвет костра. Потом понял, что это человеческая фигура: клочок голубого дыма, тени. Если смотреть на него в упор, ни за что не увидишь. Но если взглянуть краешком глаза, то становятся видны очертания фигуры. Призрак.
– Такого еще никто не делал, – ответил призрак. – Но, возможно, способ все же есть.
– Рассказывай! – велел Нико. Глаза у него яростно сверкали.
– Обмен, – сказал призрак. – Душа за душу.
– Я предлагал!
– Нет, не твоя, – сказал призрак. – Ты не можешь предложить своему отцу душу, которую он и так получит, рано или поздно. К тому же смерть сына его не порадует. Я имею в виду душу, которой давно пора умереть. Кого-то, кто сумел обмануть смерть.
Лицо Нико помрачнело.
– Ну вот, опять ты! Ты говоришь об убийстве.
– Я говорю о справедливости, – возразил призрак. – О мести.
– Это не одно и то же.
Призрак сухо рассмеялся.
– Подрастешь – узнаешь, что это не так.
Нико смотрел в огонь.
– Но почему у меня не получается хотя бы призвать ее? Я хочу с ней поговорить. Она бы… она бы мне помогла.
– Я тебе помогу! – пообещал призрак. – Не я ли спасал тебя уже не раз? Не я ли провел тебя через лабиринт и научил использовать свою силу? Так ты хочешь отомстить за сестру или нет?
Не нравился мне тон этого призрака. Он мне напоминал одного мальчишку из моей бывшей школы, задиру и забияку, который вечно подначивал других ребят делать всякие глупости: воровать оборудование из кабинетов или портить машины преподавателей. Сам-то он никогда не попадался, а вот других ребят из-за него поисключали уйму.
 
Нико отвернулся от огня, чтобы призраку не было видно его лица – зато мне его было видно. По щеке сползла слеза.
– Ну ладно. У тебя есть план?
– Да, конечно! – сказал призрак, ужасно довольный. – Но нам предстоит пройти немало темных дорог. Пора в путь…
Изображение замерцало. Нико исчез. Женский голос из тумана произнес: «Чтобы прослушать следующие пять минут, пожалуйста, бросьте еще одну драхму».
Других монет в фонтанчике не оказалось. Я полез в карманы – но на мне была пижама. Я бросился к тумбочке за мелочью, но послание Ириды уже мигнуло и выключилось. В комнате вновь сделалось темно. Связь прервалась.
Я стоял посреди домика, прислушиваясь к журчанию фонтанчика и шуму океанских волн за окном.
Нико жив. Он пытается вернуть свою сестру из мира мертвых. И у меня было такое ощущение, что я знаю, чью именно душу он намерен предложить взамен. Того, кто обманул смерть. Из мести.
Нико ди Анджело явится за мной.
 
Глава третья
 
Мы играем в салочки со скорпионами
 
На следующее утро за завтраком все были взбудоражены.
Судя по всему, в три часа ночи на границах лагеря видели эфиопского дракона. Но я так устал, что проспал весь шум. Магические границы не пустили чудовище внутрь, но оно так и бродило по холмам, отыскивая слабые места в обороне, и уходить никуда не собиралось, пока Ли Флетчер из домика Аполлона не отправился в погоню вместе с парочкой своих родичей. После того, как в щели драконьей брони впилось несколько десятков стрел, намек был понят, и дракон смылся.
– Но он по-прежнему бродит поблизости! – предупредил нас Ли в обеденном зале. – Двадцать стрел засело у него в шкуре, а он только разозлился. Эта зверюга длиной метров десять, ярко-зеленая. И глаза у нее…
Ли передернуло.
– Молодец, Ли! – Хирон похлопал его по плечу. – Ребята, держитесь настороже, но в панику ударяться не надо. Не в первый раз!
– Ну да, – откликнулся Квинтус, сидящий за главным столом. – И далеко не в последний. Такое будет случаться все чаще и чаще.
Ребята загомонили.
Слухи были известны всем: Лука со своим воинством чудовищ намерен атаковать лагерь. Большинство из нас ожидали, что это случится нынешним летом, но никто не знал, когда и как. Дело осложнялось тем, что нас было маловато. В лагерь приехало всего человек восемьдесят. Три года назад, когда я был тут впервые, нас было больше сотни. Некоторые погибли. Некоторые присоединились к Луке. Некоторые просто исчезли.
– Это хороший повод устроить новые военные игры! – продолжал Квинтус, блестя глазами. – Сегодня вечером посмотрим, как вы управитесь.
– Да… – сказал Хирон. – Ну что ж, довольно разговоров. Благословим нашу трапезу и приступим!
Он поднял свой кубок.
– Во имя богов!
Мы все подняли свои стаканы и повторили благословение.
Мы с Тайсоном подошли со своими тарелками к бронзовой жаровне и бросили часть еды в пламя. Надеюсь, боги любят тосты с изюмом и мюсли.
– Посейдон! – позвал я. И прошептал: – Помоги мне с Нико, и с Лукой, и разобраться с Гроувером…
Проблем у меня было столько, что я мог бы перечислять их здесь все утро, но я вернулся за стол.
Когда все принялись есть, Хирон с Гроувером подошли к нам. Глаза у Гроувера были осоловевшие, рубашка надета наизнанку. Он поставил тарелку на стол и плюхнулся рядом со мной.
Тайсон неловко заерзал.
– Ну, я пойду… это… рыбок-лошадок почищу.
И убрел прочь, не доев свой завтрак.
Хирон попытался улыбнуться. Ему, наверно, хотелось нас подбодрить, но фигура кентавра возвышалась надо мной довольно угрожающе, бросая тень через стол.
– Ну что, Перси, как тебе спалось?
– Ну… нормально.
Интересно, почему он спрашивает? Неужели он что-то знает о том странном послании Ириды, которое я получил?