Обсерватор (СИ)

С этими мыслями я устроился на лежанке поудобнее и довольно быстро заснул.
 Глава 3 
 Новости и классности 
Проснулся я на удивление здоровым и бодрым. Бегло вспомнил всю ту хрень и дичь, что случились со мной вчера, полюбовался на всю ту же тускло освещённую каморку, как наглядное подтверждение бредовой реальности, в которую с таким трудом упаковался днём ранее. Полежал ещё немного, пребывая в глубочайших размышлениях: а не повыть ли мне, не побиться ли головой об стенку? Может, поможет? Но, кое-как вернув здравомыслие на правильную полку, всё же решил фигнёй не страдать: такое никому никогда не помогало, а значит, и мне не следует надеяться. Так что вздохнул, поднялся, потянулся, осознал, что щелчок запертого замка мне вчера не приснился и… хлопнул ладонью по пластине, чтобы тут же услышать уже знакомое клацанье. Потянув дверь вбок, я с удивлением убедился, что этот звук мне не померещился. Створка действительно свободно скользнула в сторону.
— Не так понял, что ли? — с сомнением озвучил я, оглядывая пустой и гулкий коридор. — Вроде именно «звать-вызывать» говорила… Хотя ладно, разберёмся. Идти, вроде, туда, — определился я со сторонами коридора.
Впрочем, буквально через секунду в конце коридора появилась Дельфина, увидела мою высунувшуюся в дверной проём всклокоченную со сна голову, молча кивнула и, резко развернувшись, пошагала обратно. Ну и я за ней, само собой. Пришли мы в уже знакомый мне медотсек-лабораторию, где и продолжили то, на чём вчера остановились. В смысле, налаживание коммуникации и обучение меня местному языку. И надо заметить, с текстом и озвучкой дело пошло довольно споро, к обоюдному нашему удовольствию. Да, я заметил, что успехи в обучении радовали не только меня. Несмотря на демонстрируемую поначалу холодность, уже через полчаса занятий Дельфина тщетно пыталась скрыть то и дело проскальзывавшую по её пухлым губам удовлетворённую улыбку, а ещё через час от отчуждённости хозяйки медотсека вовсе не осталось и следа, так что за завтраком мы с ней общались уже как добрые знакомые. Пусть шапочные, но и это прогресс!
А после перекуса, состоявшего из уже знакомой киселеобразной жижи, удивительный вкус которой снова убил меня дичайшим контрастом с её непритязательным, совершенно неаппетитным видом, я стал задавать своей весьма симпатичной учительнице волнующие меня вопросы. И, к некоторому удивлению — получать ответы… которые породили ещё больше вопросов, хотя, следует признать, и прояснили они довольно многое.
Итак, выходило, что если я куда и угодил, помимо вселенского междубулочья, то точно на параллельную Землю. Терра, Гея, Эрда — вполне узнаваемые названия. А с учётом знакомых языков, эта самая параллельность вообще не вызывает сомнений. Но вот полученное, со слов Дельфины, иллюстраций показанных ею книг, и даже этакого голографического трёхмерного видео, продемонстрированного мне посредством некоего аппарата, похожего на закованный в гравированный латунный «доспех» каменный кубик с закреплённым на его верхней грани пирамидальным кристаллом-линзой, описание самой планеты меня весьма удивило и… заинтересовало. Не без того, да.
В общем, из всего мне сказанного-показанного выходило, что несколько тысяч лет назад, со здешним обиталищем человечества произошла примерно такая же хрень, как и та, что была неоднократно описана в самых разных легендах и мифах «моей» Земли. Великий Потоп. Разница лишь в том, что здесь он так и не закончился. В смысле, воды не отступили, моря не успокоились и реки не вернулись в свои берега… за полным исчезновением последних. Точнее, за полным их растворением в водах мирового океана, как и прудов, озёр и прочих болот.
Что стало причиной потопа, внятно так и не было объяснено. То ли глобальное потепление, то ли тотальная война, то ли ещё какой катаклизм, вроде одновременного извержения пары-тройки здешних «Йеллоустонов», но, в результате, от «древних земель», в смысле, вполне знакомых мне материков, остались лишь жалкие огрызки, превратившие бывшие горные системы в архипелаги из десятков и сотен разнокалиберных островов. Правда, и новые острова появлялись, но суши на планете всё равно выходило с гулькин нос, а о материках можно и вовсе не говорить, ибо не о чем. Кончились они. Внезапно.
  
Но это ещё не всё: мировой океан стал чертовски… ну электроактивным, как по мне. Хотя Дельфина упорно называла энергию в море «фулгуром». При этом, «эллетрицита», в смысле электричество, было отдельным словом, понятным, привычно используемым и распространённым на Обсерваторе, как назывался наш корабль-пирамида. В общем, мировой океан стал источником этой фулгуриной (или фулгуристой?) энергии, что вроде как и хорошо, а на деле я это «хорошо» на своей шкуре испытал, и восторга почему-то не ощущаю, вот ведь незадача какая! В общем, я — не великий физик-теоретик, да и Дельфина явно не вселенский электромонтёр, потому физических обоснований или иных каких гипотез возникновения сего мироизвращения я от неё так и не услышал, а сам и голову ломать не стал… запасной-то нету. Ай, да и чёрт с ним, фулгур так фулгур! Пусть будет, раз местные так обозвали.
Понять в каком году по нашенскому летоисчислению произошли все эти весёлые события, мне не удалось. Но точно попозже момента, из которого я сюда «попал», потому как современному мне человечеству при существующих вводных точно пришёл бы полный и абсолютный кирдык, а здешние как-то потоп пережили и даже приспособились к резко изменившимся условиям, а это говорит о том, что технологии у аборигенов должны были быть куда более продвинутыми, чем у нас. А вот дальше — мистика какая-то. Для начала, в мире существуют три… ну условно назовём их группы разумных. Расы? Этносы? М-да, сложно подобрать точное определение, учитывая, что различий между ними даже внешне побольше, чем между скандинавским викингом и африканским пигмеем.
Начиная «снизу вверх», в плане «обитаемых ярусов», на первом месте — Бездники. От слова «бездна», а не того, что кажется, а некоторым и слышится. Высокотехнологичный социум, обитающий… под водой. И на поверхность выбирающийся не слишком часто, гостей не любящий. Хотя любовью к гостям из других групп никто не отличался. Сами бездники — бледные, светловолосые, голубоглазые, почти гиганты: два метра — средний рост. Судя по именам и деталям их языка — наследники славян и дойчей. Ну, учитывая, что дойчи минимум наполовину славяне — это и логично выходит.
Живут в подводных городах, пользуются высокотехнологичными субмаринами. На поверхность поднимаются без особого желания, но и без проблем. Дельфина даже описывала летательные аппараты бездников, и старательно сдерживала недовольство, демонстрируя голозаписи и книжные иллюстрации. Но губы всё же кривила, да. Зато поведала, что от того же проклятого фулгура сии занятные последователи Кусто защищаются собственными технологиями, но в открытую воду без снаряжения стараются не соваться. И вообще, бездник в море без своей субмарины и защиты сварится так же, как не бездник. Странное отношение Дельфины к бездникам, я отметил, но развивать эту тему в нашем разговоре не решился. Рановато… да и, чёрт его знает, что там за причины у такой нелюбви. А ну как, что-то личное? Мы же с госпожой медиком пока не настолько близки, чтобы я мог безнаказанно лезть в её личное пространство. Надеюсь, только пока, а там… там посмотрим.
Вторая группа — обитатели островов. Именно обитатели, живущие под разрядами этой фулгры, добывающие пищу в море! Некие гриджо, или серые. Кожа у данных типов действительно серая, не коричневая, а технически серая, матовая, да ещё вроде бы толстая и прочная. Глаза — ультрамариновые или жёлтые и светятся. А ещё они… маги. Ну, по крайней мере, ничего иного в голову не приходило, хотя вариант «люди-аккумуляторы» — тоже был возможен. В общем, живут эти серые на островах, охотятся-рыбачат и жрут странную фауну заряженного моря. Но, в случае опасности, способны выдать мощнейший разряд молнии! Угри, блин, сухопутные!