Обсерватор (СИ)

Придя к такому заключению, я направился в медотсек, где неожиданно для себя был послан… Не из медотсека и даже не вообще: просто донна Дельфина изволила быть занята какой-то фигнёй вместо ожидания общения с умным и красивым гостем. Фигня заключалась в разглядывании чего-то там в микроскопы и стучании изящными пальчиками по клавиатуре, перемежавшихся размахиванием ладошками над затейливыми голограммами. Последнее оказалось довольно занятным способом взаимодействия со здешними машинами, хотя и требующим привычки. Я, например, пару раз попробовав потыкать в призрачные картинки пальцами, сумел вызвать лишь искренний смех Дельфины. Голограммы-то бесплотны, и никакого тактильного отклика на касание не дают. Только легонько рябят в месте соприкосновения с материальными объектами. Непривычно и неудобно. По крайней мере, мне так показалось.
Ну а сейчас Дельфина была занята вознёй с какой-то молекулой, судя по всему — ДНК, по крайней мере, именно на неё была похожа выведенная на большой голоэкран схема. Такая же длинная и спиральная. Медик сосредоточенно крутила её в разных направлениях, то и дело отмечая некоторые участки цепочки лёгкими касаниями пальцев, чему-то кивала и сосредоточенно колотила по клавиатуре, иногда хмурилась и пялилась в микроскоп… В общем, понятно, что какой-то фигнёй занималась вместо того, чтобы меня просвещать. Стоило мне показаться на пороге медотсека, Дельфина, бросив в мою сторону короткий взгляд, отмахнулась со словами: «Посиди там, Тони. Я занята». Ну да ладно, к чужим слабостям можно быть снисходительным, особенно, если человек за те слабости получает денежку.
Сидел я так минут тридцать, дожидаясь, пока Дельфина соизволит закончить свою работу и уставится на меня напрягающе-заинтересованным взглядом. Нехорошо так заинтересованным. Неправильно. Не в смысле кровожадным или гастрономическим, нет, но… нехорошо, в общем. И первые же слова медика мои предчувствия оправдали. Вот, прямо сходу и в лоб!
— Слушай, Тони. А ты не хотел бы кибернетизироваться? — сфокусировала на мне Дельфина уже натурально пугающий взгляд. — Биологическая кибернетизация не запрещена Советом, а перспективы здесь вырисовываются весьма и весьма привлекательные.
— Эм, перспективы? — осторожно уточнил я, прикидывая куда бы мне от милейшей дамы драпать, причём так, чтоб не догнала. Правда, реальная возможность такого действа смотрелась почему-то бледновато, если не сказать нереально: чёрта с два я от неё убегу. А раз в предложении «бежать нельзя отмазаться», положение запятой определено без твоего участия, Тоша, то… вдох — вы-дох, и активируем болтологический аппарат… — А это на ком-то уже тестировалось? Побочные эффекты выявлены? Много? А способы их купирования и сроки реабилитации после проведения операции уже определены? — засыпая медика вопросами, одновременно я всё же приготовился дать по тапкам. На всякий случай. Понятно, что догонит, но перспектива безропотно перекочевать из категории разнорабочих в лабораторные образцы меня не прельщает!
— Нет! — радостно заявила Дельфина. — Не желаешь? — сконцентрировала она, наконец, свой безумно-учёный взгляд на мне, точнее — выражении моей физиономии, которая вот никак не пылала энтузиазмом, скорее даже наоборот.
— Не желаю, — покачал я головой, потому что всякие галантные полумеры, вроде «не очень» и «может быть, попозже» могли мне выйти боком или ещё какой деталью организма, в этом случае непременно химеризированной госпожой медиком.
— Ну и… кула ди балено конте, — махнула рукой Дельфина, неожиданно теряя всякий научный интерес ко мне любимому. Вот так просто?
— Не надо мне китовую задницу, — поёжился я с облегчённым вздохом, на что донна Дельфина изволила рассмеяться, окончательно выходя из состояния «безумный учёный в поисках подопытного».
— Не тебе, а с тобой. Не хочешь — не надо, потом будешь жалеть, — отсмеявшись, ответила медик. — Чего хотел-то, Тони?
— Да появились у меня некоторые вопросы…
— Ну так задавай, дел и без болтовни хватает, — Дельфина демонстративно обвела рукой сияющие над её рабочим столом голоэкраны.
  
Получив столь неоднозначное разрешение, я встрепенулся и принялся уточнять: что за ангел мотался-растворялся вокруг Его Высокомордия. И, заодно, как местные, в том числе и Дельфина, так быстро двигаются? Не все местные, но вот Дельфина и Фачилле — точно, я порой просто не успевал уследить за их движениями. А с реакцией у меня, между прочим, всё очень и очень неплохо. В прошлом мире было, по крайней мере.
— За нашего капитана не скажу, а у меня костюм с фибромышцами, на мысленно-рефлекторном управлении, — хмыкнула медик. — Как и в тяжёлых доспехах.
— И как он синхронизирует скорость движения и мысли? Или ваш костюм ещё и мыслительный аппарат… «разгоняет»⁈ — уточнил я, ожидая ответа «это магия, Тони».
— А никак, — улыбнулась Дельфина, но, прежде чем я пришёл к выводу, что она надо мной попросту издевается, медик пояснила: — Вычислитель доспеха, как и моего костюма, имеет определённые шаблоны действий и возможность их программирования. Срабатывает он гораздо быстрее человека, но… — вопросительно посмотрела она на меня, явно ожидая, что я потружусь своим ленивым мозгом и додумаю ответ сам. Что ж, и правильно. Разжёванная информация всегда запоминается хуже, чем обработанная самостоятельно.
— Без команды они и не дёрнутся, получается? — нахмурился я.
— Рефлекторно-мысленное управление, — протянула медик и повторила для тугодумов: — Рефлекторно…
— Обратная связь? — дошло до меня. — То есть, ваш костюм может реагировать не только на «внутренние команды», так сказать, но и действовать по шаблону, в ответ на внешнее воздействие, так?
— Именно, — довольно отозвалась донна.
— Так, а эти шаблоны, они же должны быть не только вшитыми изначально, да? Всё-таки, люди разные, и ситуации бывают разные, и предполагать, что предустановленные шаблоны будут верными в ста процентах случаев, несколько самонадеянно, полагаю, — под ободряющие кивки донны стал рассуждать я. — Значит, носитель может создавать собственные шаблоны… Мысленно? — поинтересовался я, на что последовал очередной кивок медика.
— Можно мысленно, а можно и с помощью внешних устройств, — отозвалась Дельфина, махнув рукой в сторону всё того же рабочего стола с голоэкранами. — Это вопрос опыта и умений.
— Тогда понятно, как вы меня… — на этом лицо медика стало ОЧЕНЬ ехидным и стервозным. — Произвели педагогическое воздействие, — вывернулся я, получив в ответ одобрительный жест. — Но капитан Фачилле? Он же был без доспеха во время стычки на Ветренном.
— А тут вопрос не ко мне, а к самому капитану, но… Тони, я настоятельно не рекомендую тебе проявлять интерес к аэрам первого ранга и их магии. Аристократы не любят любопытных, сующих носы в их родовые секреты и тайны. Просто-таки, до смерти не любят, — с абсолютно серьёзным видом сообщила Дельфина. Что ж, не дурак, намёк понял. Но уточнить кое-что, всё же не помешает.
— Значит, про золотого ангела тоже лучше не спрашивать?
— Золотой ангел? — приподняла бров Дельфина.
— Ну, прозрачный такой, крылатый, золотом отливает. Вроде как младенец… Или, всё-таки, у меня галлюцинации были? — несколько напрягся я.
— Если ты видел посланника Адмиралтейства, то ты… странно, а прибор ничего не показал. Хотя, возможно, это просто свойство бывших, — задумчиво бормотала медик. — Ах да, — наконец, среагировала она на мой вопросительный взгляд. — Не напрягайся, Тони. Это не личный или родовой секрет Фачилле. Увиденный тобой «ангел» — порождение магии особого артефакта, созданного усилиями десятков аристократических семейств Эрикса для Адмиралтейства. Используется этот артефакт для срочной связи на дальних расстояниях. Насколько мне известно — он всегда находит адресата, передаваемая через него информация не может быть перехвачена никакими устройствами и артефактами, к тому же, «ангел» обладает чудовищной скоростью, так что, в случае необходимости, способен облететь всю планету за считанные минуты.