Обсерватор (СИ)

 Глава 10 
 Отпусти меня чудо-трава… 
До медотсека я добрался, по пути старательно успокаивая себя, а то мог ведь на Дельфину сорваться и похерить все полимеры. Кстати, в условиях Обсерватора эта фраза обретала совершенно иной смысл, а учитывая, что наличные деньги здесь делаются тоже из них, полимеров, то есть, шутка получалась совсем не смешной.
Почему так? Ну, в сволочизме мастера-ломастера Просперо, Дельфина точно не виновата. Сволочизм бездников… Скажем так, он — умеренно-терпимый, да и ответил я этим здоровенным обломам пару раз в их же стиле. В общем — терпимо. А вот парочка любителей агрессивных пробежек вслед за одним отдельно взятым Тохой, с дурацкими криками и угрозами… Тут выходит вообще непонятно. Может, это связано с сепаратором. Может — Кеша обиделся на меня и нанял ту парочку, дабы «указать наглому аэру его место». А что, дебилам ведь свойственно обвинять в своём дебилизме окружающих… свойство у них, дебилов, такое. И это тоже вполне возможный вариант. Да даже то, что местная гопота нашла мою симпатичную персону перспективной для их личного обогащения — тоже нельзя исключать, ведь в рамках правил-законов Ветреного это вполне возможный вариант, поскольку «гопанье» как действо, при определённых условиях находится в рамках этих самых законов. Как впрочем и противодействие таким попыткам обогащения. Прибить гопника, в процессе попытки «гопанья», тоже можно без проблем, точнее, без последствий со стороны закона, но уж если некий ухарь смог отнять у неместного деньги или ценности — это проблема неместного.
Короче: к тому, что я злой, как собака, и устал, как лошадь, Дельфина отношения не имеет. И появляться перед ней, рассказывая о доставке, надо не с мордой обиженного жизнью и злого на весь мир придурка… троттеля, как любят выражаться бездники.
В общем, порог медотсека пересёк усталый, но вполне благожелательный и коммуникабельный Тоха. Правда, не выдержать театральную паузу, с загадочным видом, я всё равно не смог. Ну так, актёрское прошлое, оно такое, да…
— Тони, то, что твоё молчание отсутствием в нём нот печали не демонстрирует неудачу — я вижу, то есть, понимаю, — с иронией зыркнула на меня из-за какого-то прибора Дельфина. — Но всё же хотелось бы услышать некоторые детали происшедшего, поскольку любоваться твоим светлым ликом у меня нет времени, а создаваемая тобой многозначительная тишина не слишком отличается от тишины обыкновенной.
— Может, я вами любуюсь, — отметил я с печальным вздохом. Вот и Дельфина не оценила моё мастерство игры… Но долго грустить по поводу, озвученному когда-то ещё моим первым режиссёром, не стал, отболело… и перешёл к делу. — Доставил. Ответное послание от адресата вам, донна.
Договорив, я протянул медику обёрнутую письмом коробочку.
— Прекрасно, — с этими словами она цапнула посылку и, деловито сломав печать, пробежала взглядом по тексту письма.
Слегка нахмурившись, она свернула бумагу фунтиком и тут же спалила какой-то зажигалкой, пламя которой выметнулось из её наруча. Судя по шипу, да и несколько раз появлявшемуся на виду гибкому щупу — у неё там мультитул широкого профиля, в прямом смысле, а не то, что мои современники выдавали за таковой. У них, что в мультитулах, что в многолезвийных ножах, толком ни один инструмент не работал.
Пока я сравнивал творения разных эпох-миров, Дельфина открыла коробочку и, заглянув внутрь, довольно улыбнулась. В отличии от неё, мне содержимое посылки видно не было, а получательница не стала хвастать, тут же захлопнула крышку коробочки и спрятала ту в карман.
— Совсем хорошо, — констатировала повеселевший медик. — И Тони, я, конечно, оценила твой отказ от денег. Но «дружеская услуга» предполагает симметричный ответ. Так что говори мне, что ты хочешь. И не надо морочить мне голову твоими увёртками, будь так любезен. Если ты думаешь насчёт секса, — прищурилась она на меня. — Я… тоже подумаю.
— Насчёт секса я, конечно, думаю, — честно признал я. — И рад, что вы подумаете… а как надумаете, так сами и решите. Ещё не хватало вас услугой принуждать, — принял я вид на одну десятую от высокомерия его высокомордия. — Услуга действительно дружеская и никакого ответа не предполагающая. Но…
  
— Но?
— У меня появились вопросы, — честно признался я. — А в книгах и записях, что вы мне предоставляли для обучения, ответов на них нет. Но, как мне кажется, они могут быть у вас.
— Если ты хочешь знать про мои семейные дела… — нахмурилась, прикусив губу, Дельфина. М-да, всё же, эгоизм — штука неубиваемая. Слова про книги и записи, моя собеседница просто пропустила мимо ушей. А я как-то сомневаюсь, что её «семейным делам» нашлось место в изученной мною общеобразовательной литературе. Не было там такого. Я бы запомнил!
— Они ваши и мне не слишком интересны, по крайней мере, пока вы не «надумаете», — улыбнулся я, оставив свои мысли при себе. — То, что можно увидеть глазами — я увидел и понял, а остальное — ваше дело. Но у бездников я наткнулся на вещи, которые в учебных материалах не описывались, а мне показались очень странными. И теперь я в недоумении!
— И какие? — уже всерьёз заинтересовалась медик.
— Киборги… хотя не знаю, правильно ли я их называю… — задумался я.
— Если ты имеешь в виду сложные системы объединения живых организмов с электронно-механическими элементами — то правильно. Именно так они и называются.
— Про них, донна. Просто в описаниях не было…
— Было, Тони. Это основа экономики бездников, то за счёт чего они существуют.
— Но они же заняты добычей металлов и всяких там минералов, я помню.
— Правильно помнишь. Просто… Тони, в океане — фулгур. Может, тебе показалось, что это не слишком страшно, — задумалась она, замолчав.
— Не показалось, — передёрнулся я, вспомнив как меня поджаривало на песчаной косе. — Но…
— Но тебе невозможно повезло, — хмыкнула Дельфина. — Тут даже капитана с его фантазиями понять можно, — скорее себе, очень тихо пробормотала она и договорила уже куда отчётливее. — Не было бурь: ни обычных, ни магнитных. И Солнце было удивительно спокойно.
— А это влияет на фулгур?
— Да. Смена времени суток — тоже, но это ты на себе почувствовал. Ночью энергия фулгура передаётся в атмосферу: молнии, плазма, в лучшем случае — сильнейшее напряжение микроволн над водой.
— Бр-р-р… — передёрнулся я. — А когда бури — хуже?
— Бури, приливы — Луна тоже очень сильно влияет на энергообмен фулгура. Много факторов и под водой — не лучше, а хуже: на передачу по воздуху энергия тратится очень ощутимо, а вот в воде эти потери сокращаются в разы. Делай выводы.
— Понятно, спасибо. Но киборги и основа…
— Ах да. Так вот, Тони, для того, чтобы добывать металлы и пищу в океане, механизмы должны быть прекрасно защищёнными, очень сложными и, по сути, многофункциональными. В результате — неэффективными, — на этом она посмотрела на меня вопросительно, в стиле «сам догадаешься?»
Так, значит, смотрим: нужны всякие там манипуляторы, «очищаторы» и прочие «…яторы— … аторы». В агрессивной среде, причём судя по известной мне информации — нестабильной даже в своей агрессивности. Выходит, что этот сложный механизм либо должен быть запредельно надёжным, а, следовательно, дорогим, либо он будет довольно быстро выходить из строя. И в том и в другом случае, добытое с помощью такого механизма, просто не окупится. И тут уже неважно, что тому причиной: запредельная стоимость самого устройства, либо цена его постоянного ремонта-простоя. А значит, бездники используют механизмы, приспособленные к фулгуру, созданные эволюцией.
— А кибернетизация — метод контроля и управления? — уточнил я, вопросительно глянув на собеседницу.
— Правильно, Тони, — довольно кивнула она. — Использование в сервисных механизмах биологических элементов — максимально рационально. Выгодно экономически и, в случае аварий и внештатных ситуаций, надёжнее чистой механики и электроники.