Обсерватор (СИ)

Annotation
Антон очень уважает творчество Вильяма нашего Шекспира, и строки: "Весь мир - театр..." стали для него путеводными, можно сказать, девизом. Пусть на сцене не удалось снискать славы, что с того? Его подмостками стал весь мир. Какие только роли не примерял на себя Антон. От официанта "кушать подано" и безымянного солдата удачи "третьего слева в пятом ряду" до лондонского денди с причудливым хобби и громогласного владельца портового кабака. Но, ввиду авантюрного склада характера и природной непоседливости, долго "играть" одно и то же, Антон не мог. Надоедало. Пока не нашёл себя в роли Остапа Труффальдино Фигаро Д'Артаньяна... в современном прочтении. Долгих пять лет он с удовольствием носился по "сцене", влипая в приключения сам и устраивая их окружающим, пока... не пришла пора сменить декорации... или же театр целиком?
Гастроли Антона "Тони" Белова начинаются!
Обсерватор
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
notes
1
2
3
4
5
 Обсерватор 
 Глава 1 
 Безбашенный отдых 
С облегчённым вздохом я плюхнулся в тёплое, ласковое море. Вынырнул, подставил звёздному небу пузо, да и сам на звёзды уставился: всё же ночное небо рядом с экватором — что-то с чем-то, нигде такого не увидишь! И эти… придурки угомонились, наконец-то, хоть поплавать-отдохнуть перед завтрашним днём смогу. Тоже, блин, нашлась парочка: квадратномордый папик с пузом и слащавая девочка… Да только я, когда оформлял документы, видел, сколько этой девочке годочков! Сорок с немалым хвостом! А она ещё глазки строила… Не-е-е, на такое я пойти не могу: там же всё искусственное, дорогущее. Лопнет или порвётся у «девочки» какая-нибудь деталь, а мне, помимо психологической травмы, ещё иск в «компенсацию ущерба» вчинят!
Но вообще — зря я на эту парочку злюсь. Деньги хорошие, хотя нервов, конечно, потрепали. Вот говорил — нельзя сейчас, сезон дождей, бури… Не-е-е… «Ну ты не понял, красиво сделай, да? Я за что бабло плачу?» Возникало ощущение, что этот Аскольд Иванович, вместе с пинжаком от весраче скинул и «наносное», вернулся в родимые девяностые, на отдыхе. Но… платят действительно неплохо, так что можно (да и нужно!) терпеть. А вот накоплю нормальные деньги… И на Ямайку, или куда-то на тёплое море, сам себе господин, а не массовик-затейник (правда, и владелец, но вкалывать от этого не меньше) бюро экстремальных туров «Безбашенный Отдых».
И с сезоном бурь повезло: небо чистое.
И тут, как будто опровергая мои расслаблено-успокоительные мысли, в тёмной ночной вышине промелькнула зарница. А часть неба, как я понял, покрутив головой, лишилась звёзд. Блин, как неудачно-то! Вот на денёк бы попозже, и всё было бы шито-крыто. Эх, ладно, в самолёте отосплюсь и забуду этого Иваныча с Лидочкой, как страшный сон… Нет, заплатить-то мне заплатили, авансом. И я честно предупреждал о возможных вывертах погоды в это время года, да и в контракте форс-мажор прописан, но… знаю я таких Иванычей-Лидочек: на понос изойдут, всем знакомым про «мошенника-Тоху» расскажут… Или пронесёт?
Пока небесная канцелярия, похоже, сама не определилась: тучи на небе были, почти полнеба закрывали. В них мелькали зарницы, часто, оставляя после себя быстро гаснущие ломаные следы. Но, при этом, ни дождя, ни порывов ветра. Может, про…
Мысль прервала чудовищная молния, ударившая, как показалось, прямо в меня. Совершенно рефлекторно, оглушённый и ослеплённый, я заорал и тут же хлебнул солёной морской воды. Тело свело жуткой судорогой, и меня поволокло на дно. И всё время в башке билась мысль: вот чувствовал, не надо было с этими уродами связываться! На деньги повёлся, болван, а теперь — сдох!
  
Э-э-э, стоп! Дохлые не кашляют под водой, подавившись этой самой водой! И не трепыхаются, и мысли не думают! Дохлые лежат смирно и не кусаются, проверенный факт. Повезло? Ну, если не паниковать — да, несколько воспрял я духом и, сотрясаемый кашлем, рванул наверх. Только что-то плыву я долго… Раскрыл глаза — по ним полоснуло светом, закрыл. То ли от прошлой молнии — она и с закрытыми глазами ветвится красно-зелёными отблесками в темноте под опущенными веками, то ли гроза по морю херачит, но глаза лучше не открывать. И… нет. Всплывать точно надо, а то задохнусь к чертям и поселюсь на дне, аки кикимор какой. Есть, конечно, риск сдохнуть от очередной молнии, но под водой-то и вовсе гарантированная смерть. Да только где эта чёртова поверхность-то⁈ Я же реально задохнусь сейчас!
Но плыл вверх, чувствуя, как от нехватки воздуха в лёгких разгорается пожар. И, наконец, пробил поверхность воды, с сипом вдыхая пахнущий озоном воздух.
— Живой, — озвучил я, отдышавшись, обозначая свою живость. — Только… ничего не понимаю.
Дело в том, что лицо и кожу рук ощутимо припекало. Очень знакомо, надо заметить, это чувствуется — тропическое солнце. Но какое солнце в два часа ночи⁈
Открыл глаза, и чуть не потонул к чертям во второй раз, теперь уже от удивления. Мало того, что я бултыхался в воде кромешным и дремучим днём: это скажем так, странно и необычно, но смириться с потерянной ночью я могу. Дело в другом: какой-то жулик спёр остров… и клиентов, судя по всему: на небольшой песчаной косе, видневшейся чуть ли не в сотне метров от меня, пузо Иваныча и силикон Людочки, захочешь — не спрячешь. Если только в песочек закопать… по самую шею, ага.
— Бред какой-то… Ладно, к берегу… Блин, да что это?
Я уставился на свои покрасневшие руки, перевёл взгляд на воду и от души выматерился… Морская вода чуть заметно, несмотря на солнечный день, но вполне явственно светилась! А у меня всё тело жжёт!
— А ну вас нахрен, дорогие товарищи, — сказал я окружающему бреду, панике и дурацким мыслям и поплыл к косе так быстро, как только мог. Добрался, заполошно дыша, выкатился на берег и, справившись, наконец, со сбившимся дыханием, стал себя осматривать. К счастью, мои опасения не оправдались. Я-то уже ожидал увидеть красные пятна ожогов по всему телу, а обошлось лишь раздражением на коже. Серьёзным таким и болючим, шо пипец! Но не ожоги, слава всям… Повезло, не иначе. А то ведь если б меня всего так пожгло, как это долбанное море сейчас разукрасило, чёрта с два бы я выжил. Сто процентов ожогов тела, это и с медицинской помощью кирдык, практически гарантированный. Но…
— Да что за бред-то… — констатировал я, оглядываясь.
Просто… да реально, слов других нет! Бред и только! И то, что я умер от той молнии — самое… логичное объяснение. Я на песчаной косе, возвышающейся над поверхностью моря на метр от силы. В десяток метров длиной, полтора шириной, изогнутая, как косе и положено. Ни моих клиентов, ни яхты, ни пальм, вообще ни хрена, кроме песка, нет. Вокруг — только море, до горизонта. И море ни черта не правильное: бирюзовое и той же бирюзой нежно светящееся. Теоретически, могло вынести планктон какой-нибудь, со стрекательными клетками или ядовитый. Легенды о таком есть, да и вываливают в океан столько гадости, что мог и завестись какой-нибудь мутант фукусимский. Но светящийся? И, что самое главное — до горизонта? Маразм крепчал, присел я на песочек и выматерился от души… снова: горячий, заррраза!
Даже если отбросить весь бред уже произошедшего — мне кирдык. Ожоги от морской воды (на последнем захотелось побиться головой об дерево, от такой дурости, но на песчаной косе не было самой завалящей пальмы), жарит солнце, на мне только плавки. Охлаждаться водой — так на солнце только хуже, не говоря о том что ЭТА вода — сама оставляет ожоги.