Шепот глубин

Ундина, этот придурок, сначала вернулся к городу, а теперь решил ее схватить?
Мира стала вырываться еще сильнее. Да как он посмел? Решил, что может вот так вот напасть за пределами города? У них же был уговор. Ну или что-то на него похожее. Она спасла ему жизнь. Он спас ее. Они были квиты. Чертовому зверю пора оставить ее в покое.
Вырываясь из его рук, она наконец развернулась. И теперь он сжал ее костюм так, что она не могла пошевелиться, не рискуя при этом повредить снаряжение. Даже если Мира после этого и уплыла бы, то никак не объяснила бы следы когтей на дорогущем новом оборудовании. Да еще и было бы неплохо как-то выжить. Давление, холод, – она умерла бы за считаные секунды.
Девушка нервно стукнула его кулаками под ребра, но он не отреагировал. Даже не посмотрел на нее, уплывая с ней прочь от этого места и… кто знает куда.
Кстати говоря… Повернув шею, чтобы посмотреть, куда они плывут, Мира смогла разглядеть только край скалы, на которой Бета построила свой город. За скалой их ждала глубина.
Большая глубина.
– Нет! – закричала она, и маска исказила ее голос. – Нет, туда меня нести нельзя.
Она не знала, что ждало там, под толщей воды, но это не имело значения. Она знала главное – что с ней сделает давление на глубине. Ей нужен был костюм получше, маска куда понадежнее, и если они продолжат спускаться в таком темпе…
Мира опять задергалась, снова и снова хлопая ладонями по своей мускулистой тюрьме.
– Стой! Да послушай ты меня, я не могу. Я не знаю, как глубоко ты хочешь заплыть, я даже не знаю, на каком там расстоянии дно. Я инженер, а не пилот. Да услышь же ты меня, ундина, я не могу!
Он не обращал на нее внимания. Мира уставилась на него, размышляя, будет ли ему достаточно больно, если она зажмет его жабры в кулак. И тут она вспомнила о ноже в своей руке. Вот же дура! Совсем мозгов лишалась из-за паники.
Страх поглощал ее. Страх перед неизвестным, перед глубиной океана, перед тьмой впереди и течениями, которые только помогали ему. Они уже были на краю, и бездна внизу разевала пасть, подобная огромному морскому зверю.
И Мира понятия не имела, что он от нее хочет. Знала лишь, что его народ убивал таких, как она.
Девушка ударила по нему зазубренным ножом и почувствовала, как все его тело содрогнулось от шока. Плавники встали дыбом, руки ослабли, а жабры на шее распушились, словно воротник.
И теперь она падала, поскольку попала в лапы течения. Она не могла с ним бороться, не знала, куда ее несет. Понятно было только одно – течение вырвало Миру из его рук и унесло за край скалы.
– Твою мать, – простонала она, и у нее вырвался рык бессильной злости.
Девушка дрыгала ногами, махала руками, делала все, чтобы остановить бесконтрольное падение своего тела в темноту.
Ее фонарь озарял пыль и каменную стену. Больше ей ничего видно не было, пока она кубарем летела вниз. Пыль стала золотой, затем красной, затем белой, потом пропал весь свет, кроме того, что давал фонарь. Стало сложно различать цвета. А после и стена тоже исчезла.
Появилось неприятное ощущение, словно она перестала существовать. Вокруг ничего не было, она не понимала, где находится, в каком направлении земля. Только беспросветная тьма, которую даже ее фонарь не мог пробить. Песчинки появлялись и исчезали, облачками проплывая мимо. Мира готова была поклясться, что в какой-то момент видела чей-то полный зубов рот.
Ничего больше не было. Только она и бесконечная темная бездна. Девушка не знала, где верх, а где низ. Даже предположить не могла. Она стала представлять себя никчемной пылинкой на полотне темноты и монстрообразное нечто внизу, которое ей было не разглядеть.
И тут ее спина внезапно встретилась с чем-то твердым и крепким.
Мира развернулась, путаясь в длинных ластах, и каким-то образом успела вытянуть руки и схватиться за камень, о который ударилась.
Он был небольшим, но прочным, и этого пока хватало. Тяжело дыша, она чувствовала, как шестеренки за ее затылком старательно вырабатывают кислород, чтобы она могла дышать. Надолго их бы не хватило. Ее механизм не был рассчитан на кого-то с настолько частым дыханием.
  
Вцепившись пальцами в камень, Мира закрыла глаза и попыталась дышать медленнее. Вдох, выдох. До пяти на вдохе досчитать не получилось, но вышло до трех. Так что она повторила это еще десять раз, а потом перешла на четыре и обратила внимание на остальное свое тело.
Пальцы ног были целы, она могла пошевелить ими в ластах. Костюм тоже в порядке, хотя холодная вода и начала сочиться сквозь прореху на спине. Рано или поздно это станет проблемой, но пока что жить можно. Костюм лишь слегка поврежден, так что в ближайшее время ей не сулило помереть от переохлаждения.
Распластавшись на камне, она мало что могла видеть, хотя фонарь на ее голове все еще работал. Мира посмотрела на черную и пористую породу между своими пальцами. Она видела такие образцы на Бете.
В голову пришло только одно – вулканическая. Она попыталась вспомнить другие синонимы, но не смогла, и это ее напугало. Неужели ударилась головой? Может, проблема была в этом.
– Да не ударилась ты головой, – заверила она сама себя. – Ты бы помнила, если бы это произошло. Всего лишь паническая атака. У тебя такие уже бывали. Все в порядке.
Но она не чувствовала себя в порядке. Подняв голову, девушка огляделась, настроив фонарь на самый тонкий и самый мощный луч, но… все еще ничего. Только вода и странные формы вдали, вероятно другие камни. Или глубоководные обитатели, с которыми она не хотела встречаться.
Течение проносилось прямо у нее над головой, и она чувствовала его, стоило только поднять ладонь. Видимо, Мира выпала из него и теперь лежала тут, на вулканической породе. Где-то рядом наверняка была еще часть скалы.
– Ты жива, – повторила она сама себе, снова обхватывая камень и пытаясь не думать о перепадах давления и о том, что они делали с ее телом. – Ты жива, у тебя нет галлюцинаций. Иначе ты бы видела, как что-то двигается вдали, видела…
Темные формы.
Она бы видела темные формы, приближающиеся все ближе с каждым ударом сердца, и решила бы, что они живые. Мира нахмурилась, снова глядя на тени вдалеке. Было непохоже, чтобы они двигались. А вдруг?
Азотное отравление. От него иногда страдали дайверы, и она знала, что тогда им начинало мерещиться всякое.
Так, нет, это просто паника. Ее маска такого эффекта давать не могла, ведь у нее не было аквалангов с кислородом, азотом и чем там еще они дышали. Ее механизм превращал воду в воздух, как это делали рыбы. Поэтому и галлюцинаций быть не могло, а это значило, что приближающаяся тень была явью.
Все ее тело пронзил страх, и, не раздумывая, она начала двигаться.
Отвернувшись от камня, Мира поплыла прочь, стараясь быть как можно незаметнее. Что бы там за ней ни гналось, проносясь сквозь воду подобно снаряду, оно явно охотилось. Но девушка была меньше и могла выжить, протискиваясь в узкие места.
Бояться, что она уплывает только дальше от Беты, было некогда. Этот риск стоил того, чтобы выжить. Шныряя между камнями, Мира нашла то, что искала. Высокие спирали из вулканической породы, упавшие друг на друга и образовавшие лабиринт из узких трещин, где мелькали стайки маленьких рыбок. Она могла пролезть в эти трещины. А вот то, что ее преследовало, – нет.
Мира не стала задерживаться, чтобы посмотреть, что на нее охотится, а сразу кинулась к останкам вулкана в надежде, что тот хотя бы больше не активен. Вокруг нее взметнулась черная пыль, не давая разглядеть ничего дальше расстояния вытянутой руки, но девушка знала, что спирали ждали ее прямо впереди. Нужно было только добраться до нее прежде, чем преследователь ее догонит.
Еще один толчок – и вот она там. Ровно в тот момент, когда она вцепилась в край камней, одна из ее ласт попала в течение и ее дернуло вверх. Острые камни резанули ей по рукам, но она отказывалась останавливаться. Стиснув зубы, Мира пролезла под один из камней так глубоко, что сама не знала, сможет ли потом вылезти.