Вторжение 2 (СИ)
- Сидите спокойно, и никто не пострадает, - Тойола сосредоточенно смотрела на чёрную панель, что там было, я со своего места не видел.
Личного опыта общения с террористами у меня не было, но вот эта фраза во всех фильмах про захват заложников присутствовала. И практически в каждом они очень даже страдали, многие – до смерти, а то и город целиком взрывался, вместе с мирными, ничего не подозревающими людьми, или база возле Луны меняла курс и падала прямо на самый населённый купол, сравнивая его с реголитом. Чаще второе, почему-то режиссёры на планетах, особенно на Земле, считали именно лунную орбиту самой подходящей для криминала.
- Сейчас я проложу новый курс, - поспешила объяснить синт-медик, - мы разгонимся немного, отпустим груз, он полетит своим ходом за нами, а сами отправимся на другую базу.
- Республиканскую? – один из синтов-техников чуть напрягся, даже, кажется, готов был прыгнуть, вектор гравитации указывал на двигатель, и шанс у него был.
- Имперскую, - сознался Тойо.
Техник все-таки прыгнул, в полёте доставая пистолет, только стрелять почему-то не стал, неуклюже приземлился возле парочки, и застыл в нелепой позе. Второй чего-то выжидал, он тоже собирался прыгнуть, но вроде как опоздал с этим, и теперь внешне затих, а внутри у синта всё бурлило. В голове, а не в животе.
- Бесполезно, - Тойола наконец отвлеклась от панели, врастила её обратно в стенку, и кивнула на пульт, который Тойо из рук не выпускал. – У каждого из вас в организме блокаторы, попробуете на нас напасть, адаптеры временно отключит. Вот как у этого прыгуна. И не надейтесь, я хорошо постаралась, в лучшем случае они просто откажут, в худшем – распадутся. Курс проложен, нужая скорость набрана, лететь около семнадцати часов, так что не делайте резких движений, а лучше всего – расслабьтесь и помечтайте о чём-нибудь хорошем.
Йолана прикрыла глаза, второй техник последовал совету синт-медика и положил руки так, чтобы их было видно. Не думаю, что он сдался, в его мыслях была какая-то решимость, а я подумал, что снова глюки ловлю. Излишняя впечатлительность и мечтательность, они в пустоте только мешают.
Прислушался к себе, у меня-то адаптеров не было, и в капсуле я давно уже не валялся.
- У меня тоже блокаторы? – на всякий случай переспросил. Будут угрожать, у меня есть чем ответить, десантный скаф может и автономно, с потерявшим сознание содержимым, тут всё на атомы разнести.
- Нет, у тебя нет.
- Почему? – не сдавался я.
- Дэн, зачем нам лезть в твой организм? – подключился к подруге Тойо. – Во-первых, твои наноботы не дали бы что-то подсадить так быстро, ты после пустоты вон сколько валялся, а во-вторых, сколько тебя знаю, тебе что республиканцы, что имперцы, что мы, жители Союза, одинаковы, ты ко всем относишься как к посторонним. Не знаю, откуда ты такой взялся, но ладно, спрошу. Ты настроен против какого-нибудь из государств?
- Нет, но один из моих предков был десантником Федерации, - отчего-то честно признался я, собственная откровенность насторожила. Сразу вспомнилась ловкая шпионка с синими волосами, той тоже чуть было всё не рассказал, пока она меня крохотным людоедам не скормила.
- У всех свои недостатки, - успокоила меня Тойола. – И это касается не только тебя, остальных тоже. Мы летим на бывшую станцию Империи, где есть необходимые ресурсы, но ключ доступа к станции нам дали наши друзья, поддерживающие Союз. База была необитаемой несколько тысяч лет, поэтому, если что-то пойдёт не так, груз лишним не окажется, подхватим его штурмовиком. Курс вы все можете посмотреть на экранах, связь в штурмовике глушится, а коммы мы ваши перепрошили на всякий случай. Йолана?
- Остальные семь штурмовиков сенард уничтожил? – зачем-то спросила девушка.
- Нет, - Тойо для убедительности покачал головой. – Это идея Майло. Он считал, что ты и остальные его не поддержите, пришлось его сторонникам от потенциально несогласных избавиться. Сами штурмовики не пострадали, кроме твоего, их перехватили в полёте. Экипажи все уничтожили.
- Тогда я – за, - равнодушно ответила синт-пилот. – Не ожидала, что вы там у себя договорились с имперцами, но мне всё равно. Эта станция, что там есть?
- Прилетим – узнаем. И с имперцами мы не договаривались, о станции они не знают. Дэн?
- Ладно, - я кивнул. Что-то и местоположение, и описание этой базы уж больно знакомыми были. Да что там, на одну из таких, только ту, которая сейчас почти на противоположном конце звёздной системы была, я уже собирался лететь год назад, но не добрался. Всего в поясе астероидов их изначально было семь, до нашего времени дотянуло пять разной степени раздолбанности, и Тойо выбрал один из самых неудачных вариантов, планетарный комплекс, который мне кузнечики помогли обнаружить, оценивал её сохранность всего в несколько процентов. Мог бы добавить, что мятежники на самом деле против Империи были, но рассказывать всё это не стал, вдруг у искусственных ребят всё получится, а заодно и у меня. Со станции можно было связаться с базой на планете, по крайней мере до вторжения я один раз это уже проделал. – Я с вами.
- Хорошо. Ещё раз повторяю, - Тойо повысил голос, - мы – не предатели. Всё это мы делаем во благо Союза окраинных планет. Ну и для всего человечества, если вам от этого станет легче. Вас мы обездвижили исключительно для вашей же безопасности, как только прибудем на базу, блокираторы снимем. Понятно? Дэн, Йолана?
Синтов-техников отчего-то спрашивать не стали. Один и так ясно выразил своё отношение, а второй, видимо, был под подозрением. Оба словам Тойо не очень поверили. Я кивнул головой, а Йолана вообще никак не отреагировала, ей, похоже, действительно было всё равно, это мне так мой эмпатический внутренний голос подсказывал.
Не знаю, чем там занимались остальные, а я все семнадцать часов спал. Сказалась и усталость, и наступившая тишина, и бескрайний космос за не слишком толстой обшивкой штурмовика, и то, что уже довольно долго я, наверное, единственный из землян, путешествовал по другим звёздным системам. Это было здорово, несмотря на все сложности и трудности. Даже на чужих, кому ещё повезёт столкнуться с чужой цивилизацией. Нам в колледже даже курс теоретической ксенопсихологии читали – один из немногих в этой никому не нужной области специалистов, профессор колледжа, был племянником декана, так что его лекции в принудительном порядке слушали все, от медиков до математиков. Профессор Кларк отчего-то считал, что те, кого мы можем встретить, если когда-нибудь полетим к звёздам, на людей походить не будут совершенно, а значит, и ценности у них будут другие. Какие, я не знал, дела в то время у меня были поважнее какой-то учёбы. Запомнил только, что договориться с ними не удастся, единственный вариант – полное уничтожение. Это тот случай, когда профессия убивала саму себя.
Чужие и в моём сне появились. Отчего-то казалось, что им страшно и одиноко в чужой части галактики, и что только я могу им помочь. Под конец из тускло-чёрного эллипсоида появилась синеволосая хакерша-шпионка, в бикини на босу ногу, и нежно погладила меня по щеке.
- Ты обязательно справишься, Дэн, - сказала она отчего-то голосом Йоланы. А потом ни с того, ни с сего, врезала мне кулаком по лбу.
И от этого я проснулся, перехватив руку, готовую ещё раз меня треснуть.
- Если бы ты был в моей команде, давно оказался в утилизаторе, - Йолана вырвала руку, другой что-то рисуя на панели. – Замедляемся до нуля относительной. Маскировка на максимум. Проходим в трёх тысячах, сканеры включены в пассивном режиме.
От обычного астероида предполагаемая станция мятежников ничем не отличалась, и, по сути, им и была – только с новыми внутренностями. Плотность примерно соответствовала обычному небесному телу с кремниевым составом, вытянутая неправильная форма напоминала картофелину. Пятнадцать километров в длину, и до пяти – в толщину, поверхность астероида была испещрена хребтами длиной до полукилометра и глубиной в сто-двести метров, и небольшими кратерами. Подобных небесных тел в Поясе с размерами больше десяти километров было несколько сотен тысяч, возможно, когда-то две одинаковые протопланеты столкнулись, и развалились на множество обломков. Часть таких астероидов была преимущественно из льда, но хватало и металлических, и кремниевых. На поверхности картофелины были видны следы разработки – посадочный модуль буровой станции и остатки добытой породы, которую при первом же ударе другого космического тела достаточной массы разнесёт по пространству. Модуль принадлежал конфедератам, сколько он тут находился, сказать было трудно, может, пять лет, а может, пять сотен – в космосе объекты отлично сохраняются.